Любовь - проклятие или дар (СИ)

— Актазар! — испуганно воскликнула я и зажмурилась, не в силах смотреть на все это. Ощутила, как напряглись мышцы мужа, он накрыл нас с головой щитом из своего огня, и стрелы сгорали, не причиняя нам вреда.
— Почему медлишь до последнего? — шикнула я на него, инстинктивно пригибая голову, как будто это могло меня уберечь.
— Я думал, как поступить лучше — уничтожить все стрелы, пока они были в небе и потратить на это много огня, или же накрыть только нас, чтобы сэкономить энергию, — спокойно ответил муж, а я закатила глаза.
— В следующий раз постарайся ускорить свой процесс мышления, у меня сердце чуть в пятки не ушло из-за тебя! — выдохнула я, чувствуя, как по лбу скатились капельки пота. Если бы мужу не хватило энергии на такое количество стрел, мы бы превратились в подобие ежиков.
От нашей силы враг немного сдвинулся к границе. Актазар поднял руку с мечом и махнул, в бой пошла конница во главе с Аресом. Он подобно стреле скосил часть войска противника по левому флангу. Мы с мужем разбили врагов, разъединили их идеальный строй на две части, так было проще воинам Актазара нападать. Милорд дал очередную команду, и уже Маркус повел в бой свою часть воинов. Небо заволокло тьмой. Свои и чужие стрелы проносились то тут, то там, с визгом разрезая воздух на своем пути. Две армии перемешались между собой, лязг соприкасающихся металлов оглушал. Повсюду слышались стоны и крики, а мое сердце тарабанило так, что мешало думать. Теперь дым призывать было опасно, я ведь могла ранить своих. Дрожащей рукой сжала меч и прерывисто дышала. Взгляд был прикован к сражающимся. Они бились жестоко, кровожадно, сносили то головы, то пробивали насквозь доспехи, а у меня от этой картины тошнота только усилилась. Ноги приросли к месту, в голове не было ни одной мыли, внутри все сковал холод. Уловила движение рядом с собой и успела отреагировать. Какой-то верзила замахнулся на меня мечом и снес бы голову, но я успела отбить удар, при этом завалившись на одно колено не удержав равновесия. Актазар проткнул моего обидчика насквозь. Подал мне руку и дернул на себя, помогая подняться.
— Молодец! Не зря учил защите! — крикнул он, прерывисто дыша. Форма его была покрыта кровью. Испуганно посмотрела в его глаза, а муж подмигнул.
— Люблю тебя, — сказал он, и снова замахнулся мечом. Кружился вокруг меня, поражая противника, а я застыла, наблюдая за его четкими движениями, точными ударами и испытывала гордость, что этот сильный мужчина принадлежал мне.
— Сапфира! — рявкнул Актазар. Я вздрогнула, словно очнулась. Заметила, как на меня замахнулись сразу двое и машинально попятилась, но споткнулась о чье-то тело и свалилась, выронив меч. От ухмылок воинов, дрожь прошла по телу, воздух сделался тягучим. Сосредоточилась и отправила в воинов черный дым. Зацепила при этом и своих. Сморщилась от досады. «Извините», — мысленно попросила прощения. Но не успела я разделаться с одними, как другие бросились в атаку. Ну я же не боец, я всего лишь девушка. Нужно было что-то придумать, но я растерялась. Застыла, ощущая, как мышцы окаменели и дыхание сбилось, ладони взмокли. Но врагу не удалось пронзить меня, потому что огромная лавина воды смыла всех в сторону, подальше от меня. Мне этого хватило, чтобы ползком добраться до меча и попытаться выпрямиться. Рамир возник рядом. Актазар благодарно кивнул ему, а потом строго посмотрел на меня. Я лишь пожала плечами, давая понять, что не знала, как так вышло, что не справилась.
Я мечтала, чтобы весь этот ужас поскорее закончился. Заметила вдалеке вспышку голубого огня и поняла, что Рамина пустила в ход свое пламя правосудия. Отвлеклась, что было не позволительно и ощутила резкую боль в плече. Стрела противника застряла в моем теле, пробив защиту. Зарычала от боли и слезы скопились в глазах. Актазар подскочил ко мне и одним рывком выдернул инородное тело из моего плеча. Я закричала от боли и рухнула на одно колено. Затрясло как в лихорадке. Призвала дым и исцелилась. У меня уже не было сил, я устала от этого хаоса.
 
— Соберись! — рявкнул на меня муж, снова спасая от удара противника. В пылу борьбы не заметил змею из черного дыма, она сомкнула свою челюсть на ребрах Актазара. У меня глаза распахнулись от ужаса, заметив муку, отразившуюся на лице правителя. Муж рухнул на колени, и гадюка убила бы его, если бы Рамир не отсек ей голову, в тот же миг змея развеялась. Актазар скривился от боли, схватившись за кровоточащий, а до меня вдруг дошло, что боли не испытывала. Посмотрела на себя, ран не было! «Как так? Почему мы больше не связаны?», — ничего не понимала. Призвала дым, но так как связь наша с Актазаром исчезла, я не могла помочь исцелиться ему. Подбежала к мужу, перепрыгивая через тела убитых, и рухнула рядом с ним на колени. Знала, что яд змеи смертелен. Актазар, опираясь на свой меч, тяжело поднялся. Удивленно взглянул на меня и нахмурился.
— Что произошло? Почему мы больше не связаны? — надсадно дыша, спросил он. Меня пугала бледность милорда.
— Нам нужна Рамина! Она исцелит тебя! — с отчаянием воскликнула я, ощущая, как сердце сжимается в тиски и паника накатывает. — Ты только не смей умирать!
— Ты снова меня недооцениваешь, — прохрипел муж, выплевывая кровь изо рта, и продолжил уничтожать врагов. А я ни на чем сосредоточиться не могла. Во рту пересохло от страха, тошнота усилилась от запаха смерти, витавшей вокруг нас и забиравшей с собой души убитых.
Меня постоянно прикрывали воины или Рамир, ну и самой пару раз удалось отбить удары врагов. А потом увидела, как муж не устоял на ногах и рухнул на землю. Над ним занесли меч, чтобы проткнуть. В страхе я завизжала, как ненормальная, и позволила дыму вырваться наружу. Рядом с мужем никого не осталось. Я уничтожила всех: и врагов, и воинов, которые защищали меня, но главное не позволила убить милорда.
Покрутила головой и выдохнула облегченно, заметив, что Рамир цел и невредим.
— Прикрой нас! — крикнула я ему. Рамир кивнул и возвел стену из воды вокруг меня и Актазара. Я склонилась над мужем. Его глаза были затянуты пеленой, стонал от боли, а у меня сердце замерло в груди. Достала нож и трясущимися руками разрезала его военную форму, роняя слезы. Всхлипывала, вытирая глаза ладонью. Посмотрела на укус змеи и зажала ладонями рот, чтобы удержать крик отчаяния. У мужа половина грудной клетки почернела, яд распространялся по телу, напротив укусов красовался глубокий порез от меча. Рана сильно кровоточила.
Сбросила с себя шлем, отшвырнув его в сторону. Вцепилась руками в свои всклоченные волосы, лихорадочно пытаясь придумать способ помочь мужу.
— Актазар! Ну как же так? — шептала я в отчаянии дрожащим от слез голосом. Снова попыталась остановить кровотечение.
— Прости, — прохрипел он, прикрывая глаза. Я завыла, хлопая его по щекам, чтобы не отключался.
— Не смей умирать, кретин! — рявкнула я, глотая слезы. Из-за слез все было как в тумане. — Пожалуйста! Не оставляй меня! — умоляла, зажимая рот рукой.
Актазар потерял сознание, ритм его сердца замедлился. Я прижалась к нему, сосредоточилась и телепортировалась в ту часть поля, где видела вспышки голубого огня. Конечно, это была неудачная идея, потому что, как назло, попали в самый эпицентр битвы. Оглядевшись, позволила дыму разойтись в стороны на полметра, чтобы никто не смог подойти, и глазами пыталась отыскать сестру.
— Рамина! Рамина! — кричала я, надеясь, что она услышит меня в этом хаосе. Зажала уши руками и застонала. Невыносимо слушать стоны умирающих, звон мечей, ржание коней, свист от стрел. Задышала прерывисто, мир словно замер для меня, стояла, наблюдая за хаосом, и уже ничего не чувствовала. В голове пульсировала только одна мысль: «Если Актазар не выживет, я тоже уйду из жизни!».
Удерживать дым долго не могла, итак потратила много сил, поэтому не удержалась и села на окровавленную землю рядом с мужем. Гладила его по лицу и рыдала, умоляя не бросать меня.
— Сапфира! Сапфира! — вдруг услышала я крик Феникса и обернулась. Удивилась, что он тоже был здесь. Он не собирался нам помогать, но все же пришел. Пришлось призвать свой дым обратно, чтобы брат смог подойти. Он подскочил ко мне и прижал к себе, а потом взглянул на Актазара и покачал головой.