Любовь - проклятие или дар (СИ)
Утром проснулась от назойливого луча, пробивающегося через листву. Услышала чей-то шепот. Прислушалась и поняла, что это Актазар и Арес.
— Как так вышло, что она покинула шатер, а мне никто не доложил? — прорычал Актазар.
— Тише, брат, а то тварей разбудишь, — шикнул на него Арес.
— Ей давно пора вставать, — фыркнул муж.
— Я волков имел ввиду, — выдохнул Арес. — Почему твоя жена спит с ними в обнимку? Почему они ее не сожрали? Что это за чертовщина? Такого еще никогда не было, чтобы эти твари вели себя, как ручные псы.
— Я знаю только одно, если она будет угрожать миру, нам придется ее убить. А я не сомневаюсь, что такой момент настанет. Хочу, чтобы ты тогда думал не сердцем, а разумом, брат, — строго проговорил Актазар, а я сжала кулаки, вцепившись в шерсть зверя. Волк приглушенно зарычал.
— Все же считаешь, что она дьявол? Мне кажется, если бы это было так, она бы уже всех захватила и склонила на колени, но ее власть не интересует, — насторожился Арес.
— Ты прав, но это может быть уловкой, чтобы затуманить наш рассудок, — задумчиво проговорил Актазар, а у меня сердце больно кольнуло. Он не верил мне, по сути мне вообще никто не верил. «Изгой! Чудовище, которому нет места в этом мире», — подумала я, ощущая, как слезы обожгли кожу. Зажмурилась, чувствуя раскаленный металл в груди. Поднялась, осторожно погладила волка и, как ни в чем не бывало, молча прошла мимо воинов, которые были готовы к атаке, если бы животные напали. В сторону мужа даже не взглянула. Желала поскорее разорвать связь и скрыться с его глаз. Поселиться в замке, чтобы никто меня не беспокоил. Устала от косых взглядов, от сражений, от того, что меня боялись.
Вошла в лагерь. Единственный человек, который улыбнулся мне, был Рамир. В его глазах я не нашла ни страха, ни презрения, только сочувствие и понимание. Села рядом с ним, взяла из его рук хлеб и сыр и приступила к завтраку. Но вкуса еды не чувствовала. Внутри была пугающая пустота.
— Не могу смотреть на твой потухший взгляд. Что бы тебя порадовало? — прошептал Рамир, осторожно погладив меня по голове. А я вздохнула и положила голову ему на плечо.
— Наверное, полная ванная с душистой пеной, очень хочется смыть с себя пыль, — призналась я. — А ручей нам встретится еще не скоро.
— Думаю, я могу тебе это устроить, — загадочно улыбнулся Рамир.
— В смысле? — удивилась я.
— Сейчас увидишь, — проговорил он, поднялся и подбежал к незнакомому мне воину. Что-то прошептал ему на ухо и тот кивнул.
— Пойдем в твой шатер, — скомандовал Рамир и я послушно пошла за ним и воином.
Незнакомец сосредоточился, прикоснулся руками к земле и создал на моих глазах большую деревянную бочку. А потом вышел. Рамир призвал свой дар и приказал воде наполнить бочку. Я зажала рот рукой и чуть не завизжала от восторга.
— Спасибо, — выдохнула, а потом повисла на шее у Рамира.
Он улыбнулся и вышел из шатра. Я погрузилась в прохладную воду и зажмурилась от удовольствия. Искупалась, переоделась и с новыми силами вышла к воинам.
— Рад, что это действительно вызвало улыбку на твоих губах, — улыбнулся мне Рамир, а меня распирала благодарность. Он единственный, кто по-человечески ко мне относился. Не удержалась и снова обняла его. Рамир задышал прерывисто, а потом приподняв меня за подбородок поцеловал с неожиданным напором и страстью, разжигая внутри меня огонь вспыхнул. Но все же, это были не те губы, которые я жаждала ощутить. Когда он от меня отстранился, заметила грозный взгляд Актазара. Пламя бушевало в его глазах, а кулаки вспыхнули, покрываясь красным огнем. Желваки заходили на скулах. Не сказав ни слова, он прошел мимо нас, сделав вид, что не знает нас. Чувство обиды и разочарования душило меня изнутри. Лучше бы Актазар накричал или ударил, но не игнорировал.
Муж избегал меня все путешествие, а когда добрались до хрустального дворца, мое сердце остановилось в груди. От величественного сооружения остались одни руины. Земля была пропитана кровью, а в воздухе стоял запах смерти. На меня накатила паника и плохое предчувствие. Среди руин на цепи сидела Мира. Смотрела на нас испуганно. Актазар нахмурился и подошел к ней.
— Что случилось? — рявкнул он, смотря на нее с презрением.
Девушка поежилась под его уничтожающим взглядом, а потом, стараясь не смотреть в глаза, прошептала:
— Сразу после той битвы, Феникс прибыл сюда со своей армией и уничтожил все.
— Где Амиза? — рявкнул муж, сжимая кулаки. Перед нами появилась самая могущественная из прорицательниц. Она была бледной и напуганной. Склонилась перед Актазаром в знак почтения.
— Я ждала вас, милорд, — прошептала Амиза. — Милорд Феникс все уничтожил, убил многих моих собратьев, те, кому удалось скрыться, сейчас прячутся.
Актазар тяжело задышал и спросил:
— Ты должна была приготовить зелье из крови, которую мы отправили тебе, чтобы найти способ разорвать связь…
— Феникс все уничтожил… Эликсира больше нет, — ответила она.
— А если заново собрать кровь? — поинтересовался Актазар, бледнея. Казалось, муж перестал дышать. Слова прорицательницы эхом отдавались у меня в голове, заставляя кровь стыть в жилах. Меня затрясло как в лихорадке, а разум окаменел, пытаясь совладать с информацией, с осознанием того, что это конец.
— Вы не успеете, стрела практически завершена, еще несколько фрагментов и она будет готова, — ответила прорицательница.
У меня во рту все пересохло от волнения и ужаса. «Это конец. Мы проделали такой путь и все напрасно», — подумала я, ощущая как затошнило от безысходности. Паника накатила. Я не желала умирать так же, как и девушки из моего сна. Актазар посмотрел на меня и в его взгляде я прочла сожаление и тревогу. Его надежды на то, что удастся избавиться от меня рухнули. Смотрели друг на друга, понимая, что смерть уже отправилась за нами, оставалось только принять ее.
ГЛАВА 13
Я смотрела на Актазара и липкий страх окутал душу. А потом перевела взгляд на Миру и меня накрыла волна ненависти и злости. Вмиг ощутила, как по венам устремился черный дым, сбивая дыхание, и распаляя жажду мести. Тьма окутала меня и звала к себе, нашептывала совершить возмездие, призывала отнять жизнь у той, по вине которой мы пришли к тому, с чего начали. Ведь если бы Мира не предала, Феникс не отвлек бы нас с Актазаром. Пока мы восстанавливались после его ловушки, братец успел все разрушить.
Смотрела на Миру не отрывая взгляда, а потом отправила в нее ком черного дыма, чтобы уничтожить, но в последнее мгновение предательницу закрыл своим телом Актазар. Я зарычала, в руке возник нож, который мысленно достала из тайника, и уверенным шагом направилась к Мире.
— Угомонись! — рявкнул на меня муж, преграждая дорогу.
— Это все из-за нее! Она предала тебя, а ты ее защищаешь? По ее вине нас ждет смерть! — завопила я, сжимая кулаки.
— Нам нужны прорицатели. Твой брат и так постарался… Сократил их численность. Я не позволю тебе убить Миру! — строго проговорил муж, а я закипала от ярости.
— Все дело в том, что твое сердечко стало мягче или тебе не безразлична эта рыжеволосая бестия? Конечно, она же не чудовище. Она у нас покладистая, всегда землю целовала под твоими ногами, не то что я, — рявкнула, теряя над собой контроль. Ревность отравила душу, и жажда что-нибудь уничтожить возросла.
— Возьми себя в руки! — прошипел Актазар. — Иначе надену блокирующие браслеты. Не позволяй дыму взять над тобой вверх.
— Как скажешь, любимый, — фыркнула я, скрипнув зубами и отошла в сторону. Перевела взгляд на испуганную Миру, она так и сидела прикованная цепью. Металл был самый прочный — из панциря сумария. Прорицательница не могла телепортироваться. Феникс никогда не любил предателей и всегда с ними расправлялся. Понимал, что раз Мира подставила Актазара, то и его с легкостью сдаст при подходящем случае. А может быть вообще приказал ей следить за нами?
— Ее нельзя оставлять в живых, Актазар! Феникс мог специально оставить ее, чтобы она передавала сведения о нашем передвижении. Сдала нас раз, что ей мешает сделать это снова? — поинтересовался Рамир, вторя моим мыслям. Я улыбнулась и громко проговорила: