Любовь - проклятие или дар (СИ)

Актазар похлопал меня по щекам, чтобы я не отключилась.
— Дым меня не слушается, — простонала я. — Не могу нащупать контроль над ним.
Актазар обхватил мои щеки и посмотрел в глаза, из-за этого у меня все внутри стянуло в тугой узел от желания, а потом прорычал:
— Соберись! Иначе Рамина погибнет. Мы не успеем им на помощь.
Его слова отрезвили. «Рамина! Держись!», — мысленно крикнула я.
Словно пелена спала с глаз и разум вернулся, взяв верх над силой. Усмирила черный дым и он исчез.
— Знал, что ради сестры ты на все готова. Сработало, ты справилась, — улыбнулся милорд. Подал знак рукой своим воинам и огромная армия ринулась в бой. Мы же с Актазаром не лезли в пекло, хотя раньше он всегда находился в центре сражения. В этот раз по плану мы расположились недалеко от Запретного леса, чтобы в случае необходимости уйти. Актазар понимал, что меня нельзя оставлять одну и не лез в гущу сражения.
Тошнота подкатила к гору, когда заметила, как по земле текла алая кровь, словно ручей. Крики, стоны раненых пробирали до костей, в воздухе стоял запах гари и смерти. Звон соприкасающихся металлов оглушал, заставлял сердце замирать от страха, а вспышки различной силы ослепляли. Меня лихорадило от того, что люди гибли, а мы с Актазаром стояли в стороне и никому не помогали. Хотя его могущества хватило бы чтобы защитить своих воинов. Но он не мог бросить меня одну, ведь сражаться не умела, а если бы воспользовалась даром, то убила бы и своих. Муж сжал мою руку в знак поддержки, а я натянуто улыбнулась. От неизвестности исхода битвы сердце сжималось, паника и страх волнами расходились по телу. Ведь я не знала кому из родных удастся уцелеть, а кто покинет мир Пандоры навсегда.
Вдруг перед нами возникли Феникс, Драко и Аид. Три сильных правителя против меня и Актазара. Проглотила ком в горле, ощутила, как липкий страх сковал душу. Я могла призвать дым и сразу же уничтожить врагов, но не хотела так поступать со своим братом. В отличии от Феникса, я ценила семейные узы. Любила брата и не желала, чтобы его сын вырос без отца. И очень сильно давил груз вины за то, что в прошлом лишила Феникса родителей. Пусть не специально, но все же я являлась убийцей своей семьи. Поэтому не желала, отнимать жизнь у Феникса, даже несмотря на то, что он бы меня не пощадил.
— Сапфира! Убей их, — прорычал Актазар, а по моим щекам потекли слезы. Облизнула пересохшие губы и прошептала дрожащим голосом:
— Я не могу! Прости…
— Ты в своем уме? Если они нападут, я не услежу сразу за всеми, — прошипел муж.
— Давай сбежим в лес, — прошептала я мужу, и он, не долго думая, схватил меня за руку и мы телепортировались. Вот только в лесу не оказались, а переместились на границу. Что-то не пропускало нас дальше. Дыхание у Актазара сбилось, когда нас окружили воины Феникса, а он и два других правителя возникли рядом.
— Актазар! Разочаровал. Думал все гораздо сложнее будет. А вы так легко угодили в ловушку. Слишком все предсказуемо, — цокнул языком Феникс, посмотрев на нас с усмешкой. Я попыталась призвать дым, но ничего не вышло. Актазар нахмурился и взглянул на свои ладони, его огонь тоже пропал.
— Как ты узнал, что мы не будем участвовать в сражении, что именно в Запретный лес намерены отступать? — холодно поинтересовался Актазар.
— Ты знаешь, нет ничего страшнее отвергнутой женщины. Леди Мира сдала вас. Рассказала о вашем плане и о подробностях вашей связи. И я позволил тебе думать, что ты на шаг впереди. Мне оставалось дождаться, когда вы окажетесь здесь, — с этими словами Феникс махнул рукой и я открыла рот от удивления. Мы все вместе находились в огромной клетке, сделанной из сети сумариев. «Вот почему мы не можем призвать свой дар! Прутья блокируют нас, лишая телепортации и могущества. Феникс и остальные правители скрыли ловушку от наших глаз», — подумала я, испытывая отчаяние. Сердце тарабанило в висках, а ладони вспотели. Актазар побледнел, осознавая, что один против пятнадцати человек. Полагаться мог только на свой меч, но меня ему бы не удалось защитить в таком бою. Дыхание его сделалось прерывистым, муж оттолкнул меня к себе за спину и обнажил меч. Собрался и сосредоточился. Прижал меня к прутьям клетки, чтобы я не получила удар со спины.
 
— Актазар, и как это я не догадался, что ты будешь защищать это чудовище до последнего вдоха? Ой, прости, эта тварь теперь твоя жена. И каково это — спать с дьяволом? — рассмеялся Феникс, а у мужа кулаки сжались так, что услышала хруст костей, пальцы его побелели. Слова брата словно сталь, разрезали мое сердце и душу, доставляя боль и мучения.
— Феникс! Пожалуйста! Не надо, — зарыдала я, осознавая, что это конец. «Вот тот синеглазый, что отнимет мою жизнь!», — промелькнула мысль. Была уверена в этом, как никогда. Расставаться с жизнью не хотелось.
— Если сдадитесь, умрете быстро и без боли, в противном случае смерть придет, когда будете корчиться в агонии, — холодно проговорил он, а у меня душа сжалась в комочек, дышать было больно. Сердце кровоточило.
— Феникс, пожалуйста, умоляю. Я не хочу умирать! — прошептала с мольбой, меня душили слезы и я сползла на землю, уткнувшись лбом в колени. Рыдания сотрясали тело. Перевела взгляд на брата, а он смотрел на меня с холодом и презрением.
— Ты убила всю нашу семью, чудовище. Твое место в аду. Вот и проваливай туда! — рявкнул Феникс, теряя над собой контроль от ярости. На его шее пульсировала вена, а кулаки сжались так, что услышала хруст костей.
— Прекрати называть ее чудовищем! Ты на себя лучше посмотри, — прорычал Актазар, а я удивленно захлопала ресницами. «Он защищает меня?», — промелькнула мысль. На душе стало тепло, испытала безграничную любовь к мужу.
— Она дитя Тьмы! — выплюнул Феникс, прищурив глаза.
— Сапфира намного лучше тебя. Да, у нее кошмарный характер и я не раз мечтал убить ее, но, тем не менее, ее сердце наполнено светом, она лучшее, что было в моей жизни. Неужели убьешь свою сестру? — гневно сказал муж. Актазар был напряжен и дышал прерывисто. А у меня душа перевернулась от его слов. Никогда бы не подумала, что услышу такое от Актазара. Показалось, что крылья расправились за спиной, тянуло всей душой к мужу, он, словно ощутив это, перевел взгляд на меня и грустно улыбнулся. Его глаза светились любовью. А еще он словно прощался со мной навсегда. От этого в душу проник липкий страх и отчаяние. Вдруг яркий свет ослепил всех и в руках Актазара снова возникла стрела, удлинилась и исчезла. Я проглотила ком в горле, осознав, что это оружие появлялось вне зависимости от того, где мы находились.
— Прощай Сапфира! Я действительно любил тебя, сестра, — проговорил Феникс с грустью и кивнул своим воинам. Я прикусила кулак, чтобы не завыть от ужаса. Наблюдала, с какой яростью отбивал удары мой муж, пытаясь избежать смерти. Горькие слезы текли по щекам и сотрясали рыдания. Меня то и дело пронзала острая боль, платье окрасилось в алый цвет. Понимала, что все удары муж отбить не мог, но тем не менее снес голову нескольким воинам. Ничего страшнее не видела в жизни. Зажимала рану в боку и не могла исцелиться, потому что не ощущала черный дым. Рыдания душили, от боли тошнота подкатила к горлу. Я схватилась рукой за грудь, пытаясь дышать глубже и почувствовала под ладонью амулет с символом Инь и Ян. И прозрела.
— Любимый, продержись еще хотя бы несколько минут, — крикнула я, снимая кулон с шеи. «Металл с Земли — способен разрушить любой блок!», — осенило меня. Душу окутала надежда.
Приложила амулет к прутьям клетки и они начали плавиться.
— Не знаю, что ты придумала, но поторопись, — прорычал Актазар, а потом не удержал стон, когда очередное лезвие пробило броню. Я вскрикнула от боли в животе. Во рту образовался привкус крови. Руки дрогнули и я выронила кулон. Набрала побольше воздуха, держась из последних сил, чтобы не отключиться. От потери крови голова кружилась и меня затрясло от холода. Дрожащими, окровавленными руками нащупала амулет, сжала в ладони и снова приложила к прутьям, наблюдала, как они плавились. Вздрогнула, когда адская боль поразила ногу. Актазар в тот же момент со стоном рухнул на одно колено.