Что-то в тебе (ЛП)

— Чувствуешь, как сердце колотится? — спросил он.
Я кивнула, радуясь тому, что не только на меня так действовала близость между нами и то, что мы собирались сделать.
Кейсон прикоснулся к моей щеке здоровой ладонью. Я прильнула к ней.
— Ложись, Шей.
— Сейчас?
Он кивнул.
Я положила голову на подушку. Добравшись до пуговицы на моих джинсах, Кейсон стянул их с меня, бросил на пол и встал.
Его взгляд пробежался по мне, лежащей на его кровати в комплекте из красного лифчика и стрингов.
— Ты словно мой подарок.
Не теряя времени, Кейсон стянул с себя шорты и полностью голый встал передо мной.
Взгляд пробежался по его совершенному телу, меня очаровали высеченные мышцы в форме буквы «V» над бедрами и эрекция, с достоинством выступающая на фоне живота. Лично я еще не видела голых парней, но Кейсоном можно было восхищаться. С самодовольной улыбкой он подошел к прикроватной тумбочке. Я следила за его движениями, когда он, потянувшись к ящику, достал презерватив. Кейсон бросил его на подушку рядом с моей головой, затем от подножья кровати начал взбираться на меня, медленно целуя мое тело. Я задрожала, когда он добрался до стрингов и стянул их, а затем продолжил оставлять дорожку из поцелуев по моему животу и лифчику.
— Помоги немного, — проговорил Кейсон, когда понял, что не сможет снять лифчик с громоздкой загипсованной рукой.
Я села и расстегнула лифчик, но легла, оставив его на себе.
Кейсон вскинул брови, словно осознал, чего я хотела. Он стянул с каждого плеча бретельку, а потом и полностью лифчик.
Я втянула в себя воздух, пытаясь не разволноваться, когда впервые в жизни оказалась полностью голой перед кем-то.
— Шей, ты прекрасна.
Мой взгляд опустился вниз.
— И ты вся моя, черт возьми.
Я рассмеялась, а он, склонившись, зажал между губами мой чувствительный сосок. Я ахнула, неготовая к боли, но Кейсон провел языком по соску, успокаивая его круговыми движениями.
Моя голова снова откинулась на подушку, Кейсон, чередуясь между моими грудями, обводил языком каждый сосок, пока я не стала извиваться под его телом. Бедра стремились избавиться от боли между ними, но вес его тела крепко прижимал меня.
Кейсон поднялся наверх, мы оказались лицом к лицу, его эрекция уперлась в мое бедро. Он припал своими губами к моим и поцеловал как в последний раз, наслаждаясь каждым движением моего языка. Задыхаясь, мы отстранились друг от друга. Кейсон схватил презерватив и разорвал зубами упаковку. Я наблюдала, как он натянул его по всей длине. Когда я ощутила, что он смотрел на меня, мой взгляд поднялся к его глазам. Я с трудом сглотнула. Мы это делали. Мы, правда, это делали.
Не отводя взгляда, Кейсон накрыл меня своим телом. Соприкасаться с ним кожа к коже — ничего подобного я еще не испытывала. Тепло его тела пропитывало меня, я хотела оказаться еще ближе к нему.
— Ты готова?
Я кивнула.
Он чмокнул меня в губы.
— Я не думал, что ты доверишься мне. Особенно такому.
Я подняла бедра, радуясь его словам, но нуждаясь в действиях.
— Готова.
— О, еще как готова. — Кейсон наклонился и поцеловал меня.
Я закинула руки ему на спину и вжалась кончиками пальцев в его кожу, когда он, подвинув бедра, прижался членом к месту между моими бедрами. Я закрыла глаза, от прикосновения по телу побежали мурашки. Он вновь это сделал. Боженьки. Поскольку я еще этим не занималась, то не знала, пытался ли он войти в меня или всего лишь пытался понять, готова ли я. Но учитывая сильное пульсирование в клиторе, я еще как была готова. Кейсон повторил это в третий раз, но уже не проверяя меня. В этот раз он широко растянул меня, входя понемногу внутрь. Я зашипела от боли, но понимала, что она исчезнет. Люди бы так сильно не наслаждались этим, если бы боль не исчезала.
— Все хорошо? — спросил Кейсон.
Мои глаза распахнулись, и я кивнула. Смотреть Кейсону в глаза, когда он находился внутри меня, оказалось интимнее всего происходящего. И с полной уверенностью я осознала, что запомню это мгновение на всю свою жизнь.
 
Наши взгляды встретились, и он до конца вошел в меня. Я ахнула от незнакомого, но терпимого чувства. Кейсон немного вышел и вновь ворвался в меня. Он оторвал от меня взгляд и прижался ко мне губами, целуя и продолжая входить в меня быстрым ритмом. В итоге он оторвал свои губы от моих и прижался ими к моей шее, посасывая чувствительное место возле плеча, при этом продолжая двигаться внутри меня. Кейсон опустил руку между нами и заскользил большим пальцем по клитору — это уж точно нелегко с загипсованной рукой, на которую он опирался. Моя голова все больше вжималась в подушку, знакомое чувство начало нарастать, а он продолжал работать большим пальцем.
— Какая ты приятная, — протянул Кейсон, накинувшись на мое горло с жадными поцелуями, от которых у меня закатились глаза.
— Продолжай, — выдохнула я.
— Я и не останавливаюсь, детка.
Его палец обводил клитор, вновь и вновь, пока чувства внутри меня не обострились. Мое тело, словно скрученная спираль, хотело расслабиться.
Я понимала, что скоро кончу.
— Кейсон?
— Шей?
— Готова.
Он ущипнул меня за клитор, и напряжение между бедрами высвободилось, а ощущения проникли в каждую клеточку тела. Тело сотрясалось, по чувствительной коже пронеслось теплое покалывание, пока я испытывала оргазм.
Удерживаясь на обеих руках, Кейсон продолжил входить в меня, уткнувшись лицом в мою шею и тяжело дыша с каждым толчком.
— О. Твою. Мать, — простонал он, затем замедлился и, наконец, остановился внутри меня. Его тело обмякло и прижало меня всем своим весом, а я, удовлетворенная и изнуренная, была невероятно счастлива.
Как только наше дыхание восстановилось, Кейсон поднял голову и взглянул на меня.
— Спасибо, что доверилась мне.
— Спасибо, что громко слушал музыку.
Он прыснул со смеху.
— Если бы ты не был таким придурком, мы бы не сделали это.
— Значит, если упустить из виду мою душу, потрясные навыки катания на доске и привлекательную внешность, я нужен тебе только для секса?
Я улыбнулась.
— Может быть.
— Ну, хотя бы ты меня хочешь. — От ранимости в его словах у меня ёкнуло сердце. — Потому что без тебя я бы пропал.
Его слова совершенно выбили меня из колеи, и я, наконец, осознала. Как бы сильно я ни задавалась вопросом, что во мне, зануде, нашел Кейсон, именно он задавался вопросом, что я нашла в нем. Именно он боялся потерять меня. Я нужна ему для создания собственного мира. И мне нравилось это осознавать.
ГЛАВА 42
Кейсон
— Господи, Кейсон. Как ты мог пообещать ему такое? — спросила Жизель, в то время как я сидел за прилавком в ее бутике.
— Не знал, что еще делать, — признался я, пока она развешивала одежду на вешалке после закрытия.
— Но, Кейс, это оказывает на тебя сильное давление, потому что ты даже не знаешь, сможешь ли соревноваться.
— Я буду соревноваться. Это даже не подлежит обсуждению. — Я опустил взгляд на гипс на запястье, который подписали все мои парни и Шей. Она съязвила, сказав, что ей стоит написать формулы по физике, чтобы я смог сдать итоговый экзамен, но, в конце концов, написала свое имя вместе с сердечком. — У меня есть здоровая рука, большего мне не надо.
Во взгляде Жизель читалась неуверенность.
— Штыри, не штыри, но я поеду в Аспен, — уверил ее я, — и получу это чертово золото.
Она вздохнула.
— Я не сомневаюсь, что ты можешь выиграть. Я всего лишь говорю, что тебе не нужен лишний стресс к давлению, связанному с возвращением к соревнованиям после травмы.
— Ты помнишь, чтобы я пасовал перед трудностями?
Она пожала плечами.
— Кто знает? Ты упрямый засранец.
Я рассмеялся.
— Расскажешь Шей?
— Господи, нет.
— Она заслуживает знать, на что ты пошел ради нее, — заявила сестра, сверля меня взглядом.
— Как только получу золото, расскажу. Мы оба знаем, если я не выиграю, она все равно узнает.