Что-то в тебе (ЛП)

— Просветите нас.
— Закон Шарля заключается в том, что расширение всех газов зависит от повышения температуры, если они находятся под постоянным давлением. — Профессор Реймонд открыл рот, чтобы заговорить, но малышка… мисс Миллер прервала его. — Он подразумевает, что давление всех газов увеличивается при увеличении температуры, если объем газов остается неизменным. — Профессор Реймонд снова попытался заговорить, но мисс Миллер продолжила: — В настоящее время закон применяется только для идеальных газов.
— Сам бы я лучше не объяснил, — наконец сказал профессор Реймонд. — Кто-нибудь знает, откуда берет свое начало название?
Мисс Миллер снова вскинула руку вверх. Я огляделся: ее рука была единственной.
Профессор ухмыльнулся.
— Мисс Миллер?
— Название выражает почтение Жаку Шарлю, который проводил эксперименты над тем, как объем газов зависит от температуры. К сожалению, он так и не опубликовал работу, над которой трудился в конце восемнадцатого века, потому что это сделали другие.
Мое предположение о том, что малышка заучка попало точно в цель. К тому же еще и помешана на науках. Лучший тип заучек. По крайней мере, когда мне нужна помощь.
Шей
Собрав вещи, я засунула их в рюкзак, понимая, что сдала тест на «отлично». Закинула его на спину и направилась к выходу. Но прежде чем успела выйти в коридор, передо мной возник мой заклятый враг со скейтбордом в руке, преграждая выход.
— Отойди, — бросила я.
— Нет.
— Мне всего лишь нужно позвать на помощь, — ответила я.
Он бросил взгляд на коридор, кишащий студентами, которые шли в разные стороны за его спиной.
— И какая именно помощь тебе нужна? — спросил он, вновь обратив взгляд своих голубых глаз на меня. Они поразительно контрастировали с черной рубашкой, надетой им.
Я стиснула зубы.
— Оттащить тебя с моего пути.
— Ты представляешь, как много девушек бы оценили, если бы я оказался на их пути?
Я не смогла не закатить глаза.
— Чего ты хочешь?
— Я многого хочу. Мира по всем мире. Звезду на Голливудской аллее славы. Золотую медаль…
— Серьезно? — фыркнула я, раздраженная, что он доставал меня и заставлял опаздывать на следующую пару. — Кому-то нужно на пару.
— Тогда хватить меня прерывать. Мне кое-что нужно от тебя.
Я усмехнулась.
— Вернуть тебя в действительность?
— Я серьезно. Похоже, ты понимаешь все эту физическую ерунду, и мне тоже нужно понять ее.
Мои брови сошлись к переносице.
— Есть такие штуки под названием книги. Почему не откроешь и не почитаешь их?
Выражение его лица поменялось, вокруг глаз появились мрачные морщины.
— Я серьезно, малышка.
— Не называй меня так, — рявкнула я.
— Мне нужна твоя помощь.
Из меня вырвался смешок без толики юмора.
— Тебе нужна моя помощь?
— Да, — невозмутимым тоном сказал он.
— Так, давай проясним. Когда я попросила тебя помочь и сделать музыку потише, чтобы я могла поспать, ты отказал, стал еще большим мудаком и сделал ее только громче.
Он встретился со мной взглядом. Я видела, как дрожала его напускная храбрость, пока он силой поддерживал зрительный контакт.
— Но ты хочешь, чтобы я помогла тебе?
— Да.
Этот парень не только мудак, он еще и идиот.
— Нет.
Я оттолкнула его плечом и, не оборачиваясь, пошла по коридору прочь из здания. Зачем мне это? Я прекрасно знала, что впереди меня снова ждет ночь громкой музыки.
ГЛАВА 4
Шей
— Эй, не хочешь сходить сегодня на вечеринку?
Я оторвала взгляд от домашней работы и посмотрела на Кендалл, сидевшую на кровати.
— Разве хотя бы часть меня кричит о желании потусоваться?
Она рассмеялась.
— Да ладно. Ты только и учишься. Нужно немного выбираться в люди.
— И кто так считает?
— Я. А раз я твоя соседка, которая наделена привилегией слушать твой ночной храп, то, по-моему, мне полагается потусоваться.
Я рассмеялась, оценив, что она предлагала провести время вместе, но все же понимала, что с ее подругами из сестринства, время было проводить намного веселее, чем со мной.
 
Кендалл указала на меня.
— Я вижу, что ты в раздумьях.
— Ой, ладно, я думаю. Думаю, какая это ужасная идея.
Она рассмеялась.
— Да брось, если там станет тухло, мы уйдем.
— Когда станет тухло, — поправила я.
— Не будь такой предубежденной. Ты же собираешься стать ученым, да? Разве для оценки не нужны доказательства?
— Это была гипотеза.
Она закатила глаза.
— То-о-о-о-очно.
— Где вечеринка?
— За кампусом.
— Мне нечего надеть, — добавила я в надежде, что это спасет меня от кошмарной ночи, какой она непременно будет.
— Конечно же, есть. Зеленая футболка отлично подчеркивает твои красивые зеленые глаза.
Щеки слегка запылали, потому что мне стало неловко от неожиданного комплимента. Никто еще не называл мои глаза красивыми.
— Может быть.
Она запищала.
— Принимаю за согласие.
Я взглянула на фотографию мамы и меня около кровати. Фото сделали, когда в пять лет я впервые пошла в садик. Мама стояла рядом со мной, опустив руки на мои худые плечи, и выглядела такой гордой за меня, а я была в платье с цветочным рисунком и коробкой для обеда в руке.
— Это твоя мама? — спросила Кендалл, почувствовав, что мои мысли о вечеринке улетели куда-то далеко.
Я кивнула.
— Она приедет навестить тебя?
Я отрицательно покачала головой.
— Она умерла от рака, когда мне было пять.
— Ох, Шей. Мне так жаль. Я даже не догадывалась.
Я пожала плечами.
— Это случилось давным-давно.
Она взглянула на фотографию так, словно вообще впервые заметила ее.
— Ты похожа на нее.
Я ухмыльнулась, радуясь, что Кендалл это увидела. За столько лет люди постоянно отмечали это. Из-за этого я ощущала ее рядом с собой, хоть и потеряла еще в детстве.
— И тогда ты тоже ходила с косами, — заметила она с улыбкой.
— Она каждое утро заплетала мне волосы, — ответила я, перед глазами всплыли те дни. — Я сидела на полу между ее ног, а она возилась с волосами.
— Поэтому ты их заплетаешь, — проговорила Кендалл.
Я обдумала ее слова, без сомнения осознавая, что это правда.
***
Мы вышли из «Убера» перед домом за кампусом. В двухэтажном особняке громыхала музыка, а из передних окон, лишенных штор и жалюзи, на улицу лился свет. Некоторые люди стояли снаружи на газоне, а другие внутри виднелись через окна.
Кендалл надела короткие шорты и симпатичный топ без рукавов. Я опустила взгляд на зеленую футболку, джинсы и черные армейские ботинки, без которых никогда не выходила их дома.
— Выглядишь великолепно, — заверила меня Кендалл.
Я ценила ее попытки примирить меня с собственным гардеробом, но в этом не было необходимости. Я никогда не пыталась вписаться. Зачем пытаться, раз и так торчала на виду?
Мы прошли по подъездной дорожке к компании девушек, которые подозвали Кендалл. Она взглянула на меня, прежде чем подойти к подругам.
— Если мы разойдемся, напиши мне, где ты.
— И не забудь: если мне станет грустно, я ухожу отсюда. Что будет минут через десять.
Она рассмеялась.
— Цель моей жизнь — поразвлечь тебя.
Я фыркнула.
— Удачи.
Она поздоровалась с подругами, которые без промедления стали обниматься с ней, словно давно не виделись. Они вежливо посмотрели на меня, и мы пошли в дом. Внутри музыка играла еще громче, а все коридоры и комнаты были забиты людьми с красными стаканчиками в руках. Осмотревшись, я никого не узнала
— Давайте выпьем, — объявила одна из подруг Кендалл.
Мое сердце слегка ёкнуло. Я понимала, что вот он колледж, но я не пила — всего лишь один раз в жизни пробовала алкоголь. Только пару глотков пива. Я генетически предрасположена к алкоголизму, и понимала, что не хотела ступить на пагубный путь.