Мемуары бабы Яги (СИ)
— Это же вода, Кузенька! — сказала Таня и принюхалась к жидкости.
— Какая же это вода⁈ Тут вся таблица Менделеева, плюс хлор, мазут и остатки переработанных продуктов человеческой жизнедеятельности! Помоги-и-те-е! — застонал кот и позеленел.
— Чем же мне тебе помочь, Кузенька? — всполошилась Татьяна. — У меня другой нет!
— Сливки… — простонал он. — Молочка…
— Так нет же у меня! — расстроилась Татьяна.
— В холодной своей посмотри! — строго сказал кот, подняв голову с подушек, но вспомнив, что он смертельно болен, со стоном повалился обратно.
Таня рванула обратно на кухню, резко открыла дверь холодильника и обомлела. В её обычно пустом холодильнике, царило нечто невообразимое: расписные глиняные кувшинчики со сметаной, сливками и свежесбитым маслом — красовались на верхней полке. Чуть ниже, на пергаментной бумаге расположилась кральками домашняя колбаска и корзиночка со свежими лесными грибами. На нижней полке, источая чарующий аромат стояло лукошко с земляникой и крошечной ромашкой — привет от Лешего.
— Боже мой! — воскликнула Татьяна и зажмурилась. — Нафанечка, спасибо тебе, дедуля ты мой родной, хозяин ласковый! Лешеньке моему любимому низкий поклон от меня передай!
— Так, я сейчас опять ничего не понял! Значит кот там умирает, а она тут восторгается и приветы передаёт⁈
Раздалось недовольное за её спиной. Татьяна подпрыгнула от неожиданности.
— Нет-нет, не торопись! — обиженно пробурчал кот. — Вот оно, гостеприимство нынешнее. Сначала замуровали, потом отравить пытались, а потом и вовсе про кота забыли. Вот и приходи теперь в гости — не знаешь, выйдешь ли живым…
— Кузя… — начала оправдываться Татьяна.
— Сливки мои, где? — требовательно спросил кот. — Долго я ждать должен?
— О-ой, прости пожалуйста! — извинилась Татьяна и подала коту крынку со сливками.
Кузьма долго пил из крынки, потом чинно поставил её на стол, и вытерев лапой усы, присел на стул, закинув лапу на лапу.
— Кузь… А ты как вообще в холодильник попал? — спросила Таня.
— Я⁈ — возмутился кот, от чего его усы гневно встопорщились. — А… Ну, попал, да… Так я решил ревизию провести — проверить, всё ли Нафаня привёз, правильно ли поставил… Вот и зашёл посмотреть погреб твой диковинный, а кто-то меня замуровал! А там темно, страшно, холодно, дышать нечем — чуть не помер со страху! Снаружи ручка есть, а изнутри нет! Что это за холодная такая неправильная, да маленькая ещё? Как там запасы хранить?
Таня чуть не покатилась со смеху.
— Кузенька… — скрывая смех, откашлялась она. — Это не холодная, и не комната это вовсе, а холодильник. Его только снаружи открыть можно… Ну… Потому что никто вовнутрь обычно не заходит. Просто открывают дверку, берут всё, что нужно и уходят.
— А что, так можно было? — удивился кот.
— Ну, да. — рассмеялась Таня и обняла кота.
— Всё равно обиделся, ужасов натерпелся, за что так с котом? Пришёл в гости, а тут… В общем, выброси ты этот холодрыльник, не нравится он мне!
— Давно ты тут? — спросила Таня.
Кот подозрительно прищурился, взял с тарелки пирожок и откусив бо́льшую часть, сообщил:
— Я за Нафаней следом пришёл… Проверить, убедиться, что у тебя всё хорошо.
— А Нафаня?
— А что сразу Нафаня-то? Неужто тебе меня мало? — обиженно проворчал кот, и недовольно отложил вторую часть пирожка. — Вот, аппетит пропал…
— Что ты, Кузенька! Я так тебе рада, просто Нафанечке хотела спасибо сказать, за заботу…
— У него, вообще-то, своей работы и дома полно. Вечно он всем угодить старается, а потом пыль по углам катается, а у меня аллергия — я чихаю!
— Кузя! — укоризненно сказала Таня и погладила кота. — Зачем ты так? Нафаня ведь тебя любит, и для тебя старается, и для меня, и для Васеньки с Ягой.
— Да знаю я. — раздражённо фыркнул кот. — Ну, ревную я немножко и что? Я ведь так не умею… — он тяжело вздохнул и покачал головой. — У меня ведь лапки! — скуксив несчастную мордашку, кот протянул Тане передние лапы, показав нежные розовые подушечки.
Таня едва сдержалась от умилительных возгласов.
— Зато, ты у меня самый учёный кот на свете, много знаешь и многое умеешь! А песни какие поёшь, а сказки рассказываешь! И красавчик какой! Кстати, в твою честь очень милого котёночка назвали… — Таня подозрительно покосилась на Кузьму. — Он тебе, часом, не родственник?
— Фыр, фыр, фыр. — недовольно фыркал кот. — Хотя… — он задумчиво почесал кончик носа. — Всё может быть! — ехидно заметил он, и умчался в комнату. — Я полежу пока, отдохну перед дорогой. — донеслось из спальни.
Таня расхохоталась и пошла за котом.
Кузьма вальяжно развалился на подушках, и закрыв глаза, намурлыкивал какую-то мелодию.
Таня задвинула ногой сумку с одеждой под кровать, поставила телефон на зарядку, включила компьютер и села за стол, чтобы проверить сообщения.
— А ничего у тебя хатка. — лениво промурчал Кузьма. — Светлая, просторная. Вот только зелени из окон не видать, и небо пыльно-серое, не то, что у нас… Кстати! — вспомнил Кузьма, и повернувшись на бок, внимательно посмотрел на Татьяну. — Мы тут всем семейством подумали, и я решил, что в отпуск тебе нужно. Ты же к морю хотела, на небо полюбоваться, на волны.
— И? — насторожилась Татьяна, развернувшись к коту.
— Чего «и»? Говорю же тебе, семейный совет у нас был. Вася с Ваней тебе подарок сделать придумали… — кот закрыл лапами мордочку, поняв, что сказал лишнее. — Ладно, пора мне. — недовольно нахмурился он. — Ягуся без меня скучать начнёт, да и дел у меня невпроворот.
— Кузенька! — воскликнула Таня. — Чего так быстро-то? Я думала ты у меня с ночевкой останешься.
— Некогда мне. Говорю же — Ягуся ждёт. Да и тебе пора собираться!
Кот подошёл к Тане и обнял её, погладив лапами по спине.
— Куда собираться? — Таня смотрела на кота с недоумением.
— На столе посмотри! И бон вояж! — хихикнул кот, и смылся в приоткрытую дверь.
Слегка опешив от столь быстрых перемен, Таня повернулась к монитору, и с удивлением уставилась на стол, на котором лежал красивый бирюзовый конверт с фотографией белоснежного лайнера рассекающего волны. Она протёрла глаза и снова посмотрела на стол. Конверт лежал на том же месте, хотя несколько секунд назад его там не было.
— Круиз? — прошептала она.
Открыв конверт, Таня достала билеты и ахнула. Это был тур на одну персону, на фешенебельный круизный лайнер по Средиземному морю. И что самое удивительное, билеты были на её имя. Не веря своим глазам, Таня посмотрела на дату. Сердце заколотилось часто-часто, у неё совершенно не оставалось времени на сборы. Чтобы успеть на рейс, ей нужно быть в аэропорту через три часа.
— Ой, мамочки! — завопила Татьяна и как угорелая начала носиться по квартире.
Судорожно выдернув сумку из-под кровати, вместо того, чтобы аккуратно разобрать вещи, она попросту вытряхнула их на кровать, нечаянно выронив серебряный колокольчик, который с мелодичным звоном покатился по полу.
— Нафанечка! — взвизгнула Таня, поймала колокольчик и прижала его к сердцу.
Но… Ничего не произошло. Никто не явился, и даже не ответил. Немного погрустнев, Таня взяла себя в руки и начала методично собирать необходимые вещи. Тут ей под руки попался венок.
… — Как там говорят? С корабля на бал? А тут — из сказки на корабль! Ну, Васенька, удружила. — Таня улыбнулась своим мыслям. — И ведь запомнила! Такой подарок!
Внезапно, тишину её жилища нарушила трель телефонного звонка. Таня вздрогнула, положила венок на стол, и взяла трубку.
Конечно, кто же ещё мог звонить ей в столь неурочное время, когда и так времени не было. Звонила Ксения.
— Ларина! — раздалось в трубке. — Ты вообще с ума сошла? Ты где? Ты…
Татьяна не дала ей договорить, резко оборвав череду вопросов.
— Ксю, мне совсем некогда. Я улетаю.
— Что⁈ Да ты издеваешься что ли? Тебя три дня не было, а теперь ты улетаешь? Куда⁈
— Потом, всё потом. Ксю, я как доберусь до места — обязательно тебе позвоню, обещаю! У меня самолёт через три часа, а сумки не собраны.