Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!
Кристина Юраш
Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!
Пролог. Подмоченная репутация
– Еще одна нежная и сладкая девочка… – бархатистый вкрадчивый мужской голос обволакивал меня. Он был тихим и ласковым, словно пытаясь усыпить мою бдительность.
– Как я хочу тебя попробовать, моя сладенькая… – последние слова растворились в звоне комаров, кваканье лягушек и в надрывном женском визге, словно кто-то утопил в болоте новенький телефон.
– Кто здесь?! – испуганно дернулась я, резко погружаясь по колено в вонючую трясину.
Над водой плавала какая-то желтоватая склизкая тина, пытаясь прилипнуть к дорогому пальто, которое я задрала повыше, чтобы не испачкать.
«Ква-а-а!», – протяжным басом квакнула огромная бородавочная жаба.
Она сидела на трухлявой замшелой коряге, наполовину утонувшей в болотной тине. Глаза у нее были умные-умные… Поймав мой пристальный взгляд, жаба закатила глаза и вышла из контакта с нашим миром.
– Мои сапоги! За шесть тысяч рубле-е-е-ей! – всхлипнула я, пытаясь спасти хотя бы новенькое пальто. Осталось взять его в зубы, чтобы не замочить. Сумка висела на локте. Я растерянно прижимала к груди ключи от квартиры и телефон.
Я не знаю, как оказалась посреди огромного вонючего и страшного болота!
Помню, как вышла из квартиры, захлопнула дверь, закрыла замок, пообещала себе смотреть под ноги, чтобы не испачкать новые беленькие «дары зарплаты», сделала шаг и … очутилась по колено в болотной тине. В месте абсолютно незнакомом!
Над болотом стоял туман. Таинственная дымка стелилась по мутной воде, обволакивала кочки и цеплялась за черные сырые утонувшие ветки деревьев.
С огромной палки, торчащей из самой трясины, на меня смотрел череп оленя. Его глаза горели зловещим тусклым зеленым светом.
Один глаз вылетел огоньком и пересел на дерево. Следом полетел второй, присаживаясь рядом. И теперь на меня уже смотрели деревья, словно чего-то ждали…
Конечно, мой подъезд с единственной лампочкой этажом выше трудно назвать образцово-показательным. Однажды в моем подъезде собирались снимать фильм ужасов. Но в этот день как назло прорвало канализацию. И режиссер сказал, что у нас чересчур страшно. Даже для его фильма. Он снимает ужасы, а не кошмар! Даже местные ходячие «попойники», отметившие будущее кинематографа, в этот день были трезвыми. Кина не будет!
Хоть и по запаху это место и напоминало мой подъезд в период бездействия коммунальных служб, но у нас было как-то не принято насаживать на огромные палки черепа тех, кто писал в лифте . Хотя, этот вариант мы тоже рассматривали на собрании жильцов. И идею горячо поддержали!
– П-п-помогите! – пискнула я, пытаясь сделать шаг в зловонной топи.
А зря!
На мой зов откликнулись только комары размером с ворону. Словно боевой вертолет, огромный лохматый комар приземлился на меня, и лениво раскатал хоботок, толщиной с палец. Мне показалось, что сейчас послышится звук, словно какой-то очень упрямый и жадный ребенок выжимает остатки коктейля через соломинку.
Два-три укуса хватит, чтобы с моей усохшей мумией фотографировались посетители музея.
Комариная стая периодически превращалась в комариное стадо, пасущееся на мне. Но я решила, что только через мой труп!
– Пшик! Пшик! – отбивалась я духами, найденными в сумочке. Но комарам было хоть бы хны! Зато теперь за особо наглыми стелился нежно-весенний цитрусово – ванильный шлейф!
Видимо, комарам настолько понравился запах, что они позвали остальных. Что-то вроде: «Сегодня акция!!! Какая-то тетка прыскает духами бесплатно!».
Флакон кончился и был брошен в огромную комариную армию, как граната с выдернутой чекой. Однако, это тоже не помогло!
Я отмахивалась сумкой, теряя равновесие и шатаясь на месте. Пока что счет был два – один! В мою пользу. Все содержимое сумки летело по сторонам и тонуло в мутной жиже.
Ноги почти тут же увязли по колено, и я чуть не села в самую грязь.
– Помогите!!! – отчаянно закричала я, в надежде, что местные спасатели слегка глуховаты.
– Ааааа! – снова заорал вдалеке женский голос, намекая, что спасателей здесь не дождешься!
Мой телефон шлепнулся в воду. Болото чавкнуло и тут же всосало три моих зарплаты.
– Моя сладенькая, – снова послышался ласковый и тихий мужской голос. – Не бойся… Я не обижу….
Я пристально посмотрела на жабу, открывающую рот. Вокруг никого не было, кроме этой бородавчатой жабы. Жаба косилась на меня мутным глазом, надувая огромный пузырь.
– Хочешь, я подарю тебе шелковую ленточку или золотой гребешок? Что ты хочешь, моя сладенькая? Расскажи мне, и я подарю тебе это… – снова произнес тот самый страшный и завораживающий голос, пробирая до эротичных мурашек. – Что же подарить тебе, моя сладенькая?
– Дорогая жаба… болотная! Подари мне «домой»! – попросила я, глядя на единственную – подозреваемую. – И телефон «подари» обратно!
– Что?!!! – послышался страшный голос. В этот момент голос перестал был нежным и ласковым. – Ты назвала меня «жабой болотной»?!
– Хорошо, хорошо! – тут же исправилась я, видя, каким недовольным взглядом смотрит на меня жаба. – Не жаба… Нет… Лягушечка – Квакушечка? «Лягушечка – Квакушечка» тебя устроит?
– Да какая я тебе лягушка!!! Ты хоть ведаешь, с кем ты говоришь!!!
Теперь голос был страшен!
Он проносился над болотом. Мне показалось, что притихли даже огромные комары.
Они брызнули в разные стороны, оставив меня медленно погружаться в чавкающую топь. Даже любопытные лягушки отпрыгнули подальше. А жаба ушла под воду
– Помогите!!! – крикнула я. – Вытащите меня! Меня засосала опасная трясина!
Сильные руки схватили мои плечи, заставив податься грудью вперед. Сумка шлепнулась в мутную воду.
– Сладенькая моя, еще не засосала…. Поверь, еще не засосала, но скоро засосет, – полз по моей щеке бархатистый волнующий шепот.
Мой взгляд упал на огромные руки с черными хищными когтями. На одной руке был массивный золотой браслет, сверкающий каплями воды.
– Что ты хочешь, сладенькая? Золото, серебро, шелк, парча… Выбирай… А цену ты знаешь… – самозабвенно и томно нашептывал неведомый искуситель.
Я не видела его лица, только руки, которые медленно утягивали меня в трясину. Я была уже по пояс в болоте, чувствуя, как мою шею покрывают поцелуями соблазнительно – страстного шепота…
– Я одену тебя в золото, серебро и поцелуи, сладенькая моя… – слышался упоительный голос.
Только меня вот пугали жуткие руки с когтями, жадно скользящие по изгибам моего тела.
– Помогите, – пропищала я недобитым комаром, пытаясь дернуться вперед. – Кто-нибудь… Спасите…
Это был уже не крик. Это был отчаянный шепот – мольба.
– Хватайся! – послышался противный голосок, похожий на голос из мультфильма. – Хватайся, ведьма! Пусти ее, чудище болотное! Не слушай его, ведьма! Хватайся!!!
Я лениво подняла глаза, видя, как на болотной кочке прыгают два черных, пушистых чертенка с рогами и копытцами. Один из них тянул ко мне толстую ветку. Второй держал первого за длинный хвост с кисточкой на конце.
– Беги, ведьма! Это же Хозяин Болот! – кричали мне черти, прыгая на кочке и размахивая веткой. – Он уже стольких погубил!
Ветка больно попала мне по лицу, а с меня словно морок спал. Я дернулась, приходя в себя. Опомнившись, я увидела, что стою по пояс в болоте, почувствовала руки, которые пытаются утащить меня на дно…
– Не слушай их, ведьма! Это же бесы, – послышался вкрадчивый шепот на ушко. – Они тебя мучить будут! А мучить такую красивую девушку ни в коем случае нельзя…
– Мучить, значит?! – взвизгнул один чертенок, уперев руки в боки. – А ты как будто не мучаешь?! О! Еще как! Плавали, видели! Тонули, знаем!
– Разве я мучаю? – удивленно – сладко спросил страстный шепот на ушко. Рука скользнула по моей груди, цепляя огромные пуговицы пальто. И вдруг очутилась на моей шее. – Я могу дать ей золото, украшения… Все, что моя сладкая пожелает… А что можете дать ей вы?