Дело о стрелах возмездия (СИ)

— Сам знаешь, — прошипел лис, но потом на его личике появилась несколько ядовитая улыбка, и он сунул ему руку для поцелуя. — Я вовсе не сержусь, граф, но будет лучше, если вы займётесь своими делами при дворе и поищите того, кто покушается на вашу бесценную персону. И не будете лезть в чужие дела.
Марк склонился к его руке, но лишь за тем, чтоб рассмотреть поближе сверкавший на ней изумруд дяди Аделарда. Джин Хо фыркнул, выдернул пальцы из его руки и обернулся к королю.
— Ваше величество, я далека от мысли отвлекать вас и ваших приближённых от дел в такое время. У вас гости, торжества, переговоры! Зачем отвлекаться от всего этого на мои маленькие проблемы! Ну, побили эти негодяи пару слуг из местных, ну, стащили из комнат несколько безделушек. Мы сами с этим разберёмся, вернём похищенное и накажем виновных… — лис смолк, заметив грозное выражение на лице Марка и тут же смягчив тон, уточнил: — или выдадим их правосудию. Я не хочу, чтоб граф де Лорм вмешивался в это. Достаточно будет, если полиция магистрата, которая расследует это нападение, проявит чуть больше рвения и поделится со мной своими успехами. Я хочу знать, что они делают и делают ли хоть что-то, а то господин Буланже расшаркивается, нагоняет таинственность и ничего мне не рассказывает.
— Конечно! — Жоан с готовностью закивал. — Я немедля распоряжусь об этом.
— Вот и отлично! — Джин Хо поднялся и присел в изящном поклоне. — Я более не смею задерживать вас, ваше величество.
Он повернулся к двери, но Жоан бросился к нему и, взяв его руки в свои, прижал их к груди.
— Вы же будете завтра на охоте, которую я устраиваю в честь своих гостей?
Марк с тревогой заметил, как гневно расширились зрачки Джин Хо, и поспешно произнёс:
— Баронесса не любит, когда убивают животных, она слишком добра и чувствительна.
— Ах, простите, мой ангел! — покаянно произнёс король. — Я ведь так мало знаю о вас… Но на пир вы прибудете? Я молю вас, Лилиана!
— Если вы не забудете отправить приглашение, — кокетливо улыбнулся лис и, заметив кулак, который показывал ему стоявший за спиной короля Марк, поспешно высвободил руки и упорхнул из гостиной.
Марк подошёл к королю, который с мечтательной улыбкой смотрел ему вслед.
— И всё же, как она хороша! — восторженно воскликнул Жоан, но потом на его лице появилось озабоченное выражение. — Но зачем она приходила? Неужели лишь для того, чтоб пожаловаться на бездействие полиции магистрата?
— Скорее, чтоб успокоить вас, мой король, — произнёс Марк. — Она опасалась, что раздутые до крайних пределов слухи об ограблении дойдут до вас, и вы будете волноваться.
— Конечно, я волнуюсь! Среди ночи напасть на замок в центре города! Она же могла пострадать!
— Нет, её спальня находится в самой глубине дома… — успокоил его Марк и поспешно добавил: — Мне говорил об этом Хуан.
— Не важно, главное, что она всё же не пострадала. Я рад был снова увидеть её и услышать её голос. Она просила не привлекать к этому тебя, и ты действительно очень занят сейчас, и всё же, если что-то узнаешь…
— Конечно! Я слишком многим обязан этой даме, чтоб не принимать её тревоги близко к сердцу. Я буду держать связь с её братом.
— И скажи мне, если что-то выяснишь.
Король снова смолк, глядя на давно закрывшуюся дверь.
— Ваше величество, вас ждут, — деликатно напомнил Марк и король встрепенулся.
— Ах, да. Как неловко заставлять всех ждать. Ликар ведь не обиделся?
— Его отвлекают разговорами Беренгар и Аллар.
— Отлично. Идём же!
И Жоан решительно направился к двери.
Обсуждение приграничных территорий как-то не очень заинтересовало Марка и не требовало его непосредственного участия. Он сидел за длинным столом среди других членов малого королевского совета, рассеянно прислушиваясь к пространным речам ораторов, и обдумывал собственные проблемы. Теперь к ним добавилось и ограбление лисьего замка. Он был обескуражен этой новостью и странным поведением Джин Хо. В доме старого лиса всегда толпились его соплеменники, которые и в человеческом и в зверином обличье были очень опасными противниками. Как же кто-то мог ворваться туда и что-то украсть, а потом унести оттуда ноги? Если только грабители смылись слишком быстро, а о том, что часть их была загрызена на месте, Джин Хо скромно умолчал в разговоре с королём. И почему он выглядел таким обиженным и категорически воспротивился тому, чтоб Марк занялся этим ограблением? Потом он вспомнил, что сам потребовал от него в преддверии праздника убрать лис с улиц. Тот возражал, заявляя, что его лисички тоже любят праздники, хотя Марк подозревал, что они больше любят набитые золотом кошельки рассеянных зевак и грубые шутки. Он настоял на своём и лисы действительно исчезли с улиц. Возможно, часть из них и ходила по улицам в людском обличье, но никаких свидетельств их деятельности он так и не получил. Может, прислушавшись к нему, предводитель лисьего племени на время праздников отправил часть своих подопечных домой? Тогда в замке, скорее всего, их было не так много, и они не смогли должным образом отразить нападение. Конечно, Джин Хо был взбешён наглостью грабителей и наверняка собирался жестоко покарать их в случае поимки, потому и не хотел, чтоб Марк вмешивался в то, что он считал своей личной местью.
 
Ближе к вечеру заседание в парадном зале завершилось и до ужина, на котором он так же должен был присутствовать, у него выдалось немного свободного времени. Он отправился в Серую башню и разыскал там Тома.
— Это правда, ваше сиятельство, — подтвердил старший сыщик сокрушённо кивнув. — Дом баронессы де Флери был ограблен этой ночью. Говорят, что нападавших было человек двадцать в тёмных плащах и масках. Они обманом заставили привратника открыть ворота, напали на него, а потом ворвались в дом. Шум привлёк внимание сторожа, но они убежали до того, как прибыл патруль, просто разбежались в разные стороны и затерялись в переулках.
— Известно, что они украли? — озабоченно спросил Марк, у которого уже зародилось некое подозрение.
— Какие-то ценные вещи из комнат и залов. Говорят, что у баронессы везде стояли золотые безделушки. Но поговаривают, хотя это только слухи, что помимо золота были украдены и какие-то артефакты. Ну, вы понимаете, многие считают, что баронесса занимается колдовством. Я ничего не утверждаю, это лишь досужие разговоры, но народ шепчется, что у неё украли какие-то магические вещицы, которые она хранила в какой-то потайной комнате.
— Вот оно что, — пробормотал Марк. — Слушайте, Тома, передайте нашим осведомителям в городе, чтоб выяснили как можно больше об этом деле. Король нам ничего не поручал, но вы же знаете, что он оказывает этой даме особое покровительство. Объявите награду за полезную и достоверную информацию.
— Как обычно, десять серебряных марок?
— Да, этого будет достаточно, — кивнул Марк и отправился обратно во дворец.
На следующий день была назначена королевская охота. Целую неделю егеря выслеживали в окрестных лесах крупных оленей и вепрей, достойных стать трофеями повелителя Сен-Марко и его благородных гостей. Следом за егерями в леса отправились загонщики, чтоб не дать избранной дичи сбежать из охотничьих угодий. А рано утром, едва забрезжил рассвет, и первые лучи тусклого солнца подсветили прохладный туман на холмах, окружающих столицу королевства, городские ворота распахнулись, и из них вылилась пёстрая кавалькада нарядных рыцарей, которых сопровождали охранники и оруженосцы. С ними следовала шумная королевская свора, сдерживаемая опытными псарями. Почуявшие азарт предстоящей травли собаки лаяли и рвались с поводков, то и дело пытаясь вцепится в загривок друг другу. Потом вся эта разноголосая яркая вереница скрылась в лесу, и совсем скоро в чаще зазвучал призывный зов рога, указывающий направление, где пасся среди своих сородичей огромный вепрь, избранный для первой ритуальной жертвы этого действа.
Весь день леса вокруг Сен-Марко оглашали крики загонщиков, сигналы рога, лай собак и топот копыт. На широкую поляну, где уже возвышались белые шатры, слуги тащили привязанные к шестам туши оленей и кабанов, а также связки диких цесарок и кроликов, тут же попадавших в ловкие руки придворных поваров, готовивших пир.