Анафема: свобода воли. Том 3 (СИ)
Повернувшись ко мне спиной и опёршись руками о мои колени, она к этому моменту провалилась в странное подобие транса, с силой вгоняя в себя ранее пугавший её своими размерами орган. Двадцать семь сантиметров и толщина в пять сантиметров всё же не шутка!
И нет, у меня не было на этот счёт каких-то комплексов или ностальгических чувств по гигантомании юности. Дело было совсем не в этом. Просто такая длина и охват были идеальны для глубокого воздействия на ауру, энергетику и разум девушек, необходимых для проведения ритуалов инопланетных друидов. Чем, собственно, я и занимался сейчас, совместив приятное с полезным.
Всё потому, что в детородном органе было сосредоточено невероятное число нервных окончаний, необходимых для проведения ритуала! А крови, нужной в качестве катализатора магических процессов, было во время секса больше, чем где-либо в человеческом теле! Всё же этот ритуал друидов относился как раз к запрещённой магии крови.
Так что в этой процедуре мой член был всё равно, что провод для электрического разряда, по которому туда-обратно будет гулять магическая энергия. И будь он не оптимального размера, вполне можно как заработать импотенцию в результате, так и получить самый настоящий ожёг тканей и нервной системы паховой области… так что ну его нахер. Лучше у меня в штанах будет туго, чем я буду гробить своё тело после каждого ритуала. А потом тратить время и силы на восстановление утраченного полового органа. Я не мазохист, хоть и привык терпеть боль.
В противном случае я не стал бы его так увеличивать — на таком уровне своей геометрии он становился не особо удобным с бытовой точки зрения. Хотя девки вон вроде не жалуются.
Почувствовав, что дело подходит к наивысшей точке возбуждения и наслаждения Анастасии (такое вот новое имя выбрал я для блондинки), а её психологические барьеры и сопротивление ауры практически сломлены, я наконец-то взял последний второй шприц с маной, лежавший в скрытом отсеке моего подлокотника.
Пригодилась-таки находка!
«Хлащь!» — звонкий шлепок по её заднице, как триггер условного рефлекса обрывает последние сдерживающие факторы женского тела, и Настя буквально сходит с ума от оргазма! Её дёргает, выгибает, глаза закатываются куда-то под череп, а изо рта вырываются лишь невнятные судорожные всхлипы вперемежку с короткими вздохами. И тут же моя рука уверенно вводи в её ягодичную мышцу в месте шлепка последнюю дозу очищенной маны смерти.
За время нашего секса я прекрасно её подготовил к приёму столь чужеродной для землян энергии и даже сейчас продолжал помогать своей силой с усвоением. Так что неудивительно, что мана легко встроилась в тело и ауру девушки, начав сшивать их воедино, словно внешняя нервная система. Оплела сердце, проникла в мозг и позвоночник, прошлась по всей нервной системе, после чего сконцентрировала сгусток энергии на уровне матки и чрез влагалище проникла уже в моё тело, соединив нас в единое целое на десяток секунд. А затем, вместе с моим семяизвержением, вернулась обратно, унося с собой часть моей жизненной силы. Взамен же магия оставила частичку жизненной силы Насти уже во мне, зафиксировав тем самым меня как её покровителя и владельца.
С шумным стоном едва-едва пришедшая в себя девушка тут же осела на пол передо мной, и, как и её сестра, прошедшая тот же ритуал чуть раньше, медленно провалилась в глубокий сон.
Мне же осталось только поднять её и положить на кровать рядом с Катей (новое имя её сестры-брюнетки, выступавшей под псевдонимом «Энни»), после чего отправиться в душ.
— Вышло вроде неплохо, — по-хозяйски оглядев двух обнажённых красоток, лежавших на огромной кровати, отправился мыться.
Ритуал прошёл хорошо и очень скоро у меня будет в доступе целых два прокси-сервера, способных распространить моё незримое присутствие куда угодно. Уже сейчас я мог ощущать всё, что чувствуют девушки, хотя ритуал и не дошёл до финальной точки — трансформация всё ещё шла. А где-то часа через четыре я уже смогу видеть их глазами и разговаривать с ними мысленно почти не тратя энергии! И даже транслировать через них свою силу, поглощая души погибших смертных.
Интуиция мне подсказывала, что я всё сделал правильно, проконтролировав каждый нюанс ритуала. А этому чувству я давно привык доверять — подводило оно меня редко.
Ополоснувшись под холодными тугими потоками горизонтального душа, переоделся и отправился завтракать.
Наш дом рос. После того как окружающий завод пустырь стал нашей собственностью, мы начали строить как новый забор, так и расширять жилые площади.
Модульные дома, созданные в размерах стандартных транспортных контейнеров, стоили дёшево, и были весьма долговечными. А заводские условия производства и лёгкая транспортировка позволяли монтировать их с огромной скоростью, наращивая до пяти этажей! Вот и сейчас вокруг десятикомнатного (пока) жилого комплекса шли монтажные работы, призванные довести число таких комнат до сорока! Почти тысяча квадратных метров жилых площадей, разбитая надвое — жильё для семьи и жильё для охраны. Со всеми удобствами и дополнительными помещениями!
Со вчерашнего полудня уже начали ввинчивать сваи и прокладывать коммуникации, так что шуму добавилось нам с избытком. Благо ждать окончания стройки предстояло не больше недели.
Над потолком прошло что-то тяжёлое, обдав весь дом густым гудением — это работал монтажный тяжёлый дрон, способный таскать до десяти тонн по воздуху. Даже напугал детей в первый раз, но сейчас все привыкли.
— Доброе утро, дядя Вова! — из дверей ванной комнаты вышла вся распаренная, с сырыми обёрнутыми в полотенце волосами, Светлана. Малолетняя шлюха, встреченная мною совершенно случайно. Сейчас же о её мерзком прошлом все мы (а она в первую очередь!) старались забыть, и с нами жила и училась уже несколько дней вполне благообразная юная девушка.
Света начала немного привыкать к обстановке, делала первые успехи в чтении и письме (с последним было всё совсем плохо!), узнавала об окружающем мире много интересного. И с удовольствием предавалась простым бытовым радостям вроде душа или мягкой подогретой постели. Её тело медленно избавлялось от синяков, а общее состояние организма не без моей помощи стремительно улучшалось.
Правда отчего-то влюбилась она в меня чуть не с первого дня, с чем мне теперь постоянно приходилось мириться… Ну не поднималась у меня рука на эти подростковые светлые чувства, что в ней зародились, тем более, когда видел её обаятельную улыбку! Хотя мог. Мог стереть эту влюблённость и девочка даже не поняла бы, что что-то в ней изменилось.
Но нет, не стал… Пусть порадуется ребёнок, ощутит каково это — влюбляться по-настоящему. Всё одно ничего «криминального» совершить ей я не позволю.
И кстати, хоть она и была моей приёмной дочерью по документам, звать меня отцом девочка даже и не подумала. Что логично. А просто по имени обращаться к себе уже я бы не позволил — фамильярность хороша в меру и по теме. Так что как-то незаметно мы сошлись на таком вот условно вежливом обращении.
— Доброе, Светик, доброе! Как спалось? Как успехи?
— Сложно немного, но очень интересно! Читать самой оказалось совсем не как с озвучкой. А вы знали, дядя Вова, что в нашем языке больше пяти миллионов слов! Я уже с десяток новых узнала. Так интересно! А как у вас дела?
Быстро-быстро протараторив ответ, девочка подобралась ко мне вплотную, нервно потирая кончик полотенца руками. Всей своей позой она пыталась выгодно подать своё тело, стреляя при этом глазами снизу вверх, и даже один раз очень призывно облизнула верхнюю губу, неожиданно умело использую женское очарование. Всё же сказывался опыт из «прошлой жизни».
Но меня таким было уже не пронять — тем более я только-только дважды разрядился с Катей и Настей. Так что броня моя легко отбила атака юной соблазнительницы и ничего кроме доброй улыбки и отцовского поцелуя Света от меня не дождалась.
— Ну и молодец, — я притянул девочку к себе, поцеловав в лоб, — Учись, знания лишними не бывают. Если будет что-то непонятно, обращайся ко мне за советом. Обучающий ИИ это конечно хорошо, но может быть недостаточно. У меня тоже всё прекрасно, спасибо что спросила. Ты, кстати, завтракала?