«Желтая смерть» (СИ)
— Хм, с пехотой и артиллерией ясно, а ведь нужна еще конница. С лошадьми в Германии напряженка, но немцы хитрые и всегда найдут способы усилить те места, где они слабы. По «эрзацам», то есть заменителям, они всегда были большие специалисты.
Подумав немного, Павел Карлович вышел из кабинета и пройдя через приемную, вошел в комнату, занятую начальником штаба. Клембовский сидел за столом, нанося какие-то пометки в блокнот.
— Владислав Наполеонович, напомните мне штат егерского батальона германской кавалерийской дивизии?
— Примерно полторы тысячи солдат и офицеров после мобилизации, не меньше. Четыре роты егерей, пулеметная рота, и самокатчики — их тоже полная рота. Врачи с лазаретом, да обозники еще, батальон ведь отдельный.
— Скажите, а что-нибудь необычное в Силезии замечено с транспортом. Повозок на улицах стало больше, или автомобилей, либо мотоциклеток, да хоть самокатов тех же, или велосипедов, как их называют⁈
Клембовский задумался, неожиданно встал, открыл кофр и стал просматривать бумаги. С удивлением посмотрел на Ренненкампфа:
— На велосипедах стали многие кататься, по улицам — клубы открыты. Несколько заводов в прошлом году стали эти самокаты производить в больших количествах. Постойте… Так вы хотите сказать…
Германские самокатчики в бою в августе-сентябре 1914 года — листва еще не осыпалась и луж от осенних дождей нет. Но они не для войны в российской глубинке, и ничего тут не поделать — «рабы» дорог. А с последними у нас век назад было совсем плохо — одни «направления».
Глава 17
— Теперь «брат» Ники дорого заплатит за свое коварство! Но это будет позже, а пока всю нашу ярость познают на себе галлы, возомнившие себя победителями мира! Они хотят вернуть себе Эльзас и Лотарингию⁈ Тем хуже для них — я доделаю начатое моим дедом, и повторю им урок Седана! Франция потеряет все свои колонии, которые станут частью рейха. И за разбитые горшки им тоже придется заплатить!
Хотя кайзер находился в своем кабинете в Потсдамском дворце один, но привычка постоянно принимать героические позы и произносить громкие речи давно стала его второй натурой, маской, которая слилась воедино с кожей, и превратилась в лицо.
Вильгельму II было только 55 лет, самый расцвет для повелителя второй по мощи промышленной державы мира и первой по военной силе. А потому принявший на свои плечи тяжкую ношу ответственности за процветание «Второго Рейха», император всегда старался соответствовать предназначению, которое ему даровано свыше. Даже искалеченную с рождения левую руку, которая была на ладонь короче его десницы, он заставил работать — и теперь свободно брал ее вещи, раскуривал папиросы, зажигая спичку, держал поводья коня. И утехам отводил как можно меньше времени, понимая, что времени остается все меньше и меньше, и его нужно как больше плодотворно использовать во благо державы.
Война была неизбежна с конца прошлого века, с того момента, когда Россия заключила союзный договор с Францией, подписав военную его часть. Стало ясно, что Париж получил сильного партнера в лице Петербурга, обладавшего самой многочисленной армии в мире. Теперь будущая война будет вестись на два фронта, чего так опасался покойный «железный» канцлер Отто фон Бисмарк, видевший выход из ситуации в «умиротворении» могущественного восточного соседа.
Но кто же мог предвидеть, что враг окажется совсем другим!
Пруссия объединила германские земли «железом и кровью», и как только отгремели последние залпы войны с Францией, на картах появился «II Рейх». Объединенная страна с прекрасным трудолюбивым народом, стала покрываться заводами и фабриками, над городами задымили высокие трубы. Промышленность стремительно развивалась, благо каменного угля и железной руды хватало, территория быстро покрылась сетью железных дорог, в гаванях вместо парусников принимали в трюмы всевозможные грузы сотни пароходов. Германские товары были прекрасного качества, так как немецкие инженера и работники отличались профессионализмом, так как знания высоко ценились — недаром частенько приводили ставшую крылатой фразу, что войну с французами выиграл немецкий учитель.
Вот только чтобы производить массу столь нужных и охотно покупаемых всеми товаров этого было недостаточно — необходимо сырье для их производства, а германские земли как раз этого в своих недрах не имели в большом количестве. К началу ХХ века растущая как на дрожжах германская промышленность стала «задыхаться» — ей уже требовалось много ресурсов, а большую часть из них приходилось покупать, и за приличные деньги. Дело было в отсутствии значимых и богатых сырьем колоний, откуда можно было бы их вывозить за бесценок.
Именно так развивалась Британская империя, раскинувшая свои владения по всему миру — шутка ли, величайшая держава, с территорией площадью почти в 33 млн. кв. километров. Сырья хватало и восточному соседу, благо земли протянулись от Атлантики до Тихого океана, вторая держава по занимаемому пространству — 22 млн. кв. километров. Да и жалкая Франция за счет колоний, в основном в Африке, раздулась как жаба — ее владения расширились до 11 млн. кв. километров.
Германия оказалась в изначально проигрышной ситуации — она пришла одной из последних на этот «праздник жизни», урвав только какие-то «жалкие» крохи — 2,6 млн. кв. километров земель, бедноватых сырьем, как выяснилось. Даже Бельгия с Голландией обладали похожими по размерам империями, причем владели богатейшими территориями. А еще в борьбу за «место под солнцем» включились новые игроки — США, Италия, Япония — округляя свои владения за счет слабых жертв, отпихивая других желающих «локтями» в виде залитых в броню броненосцев и крейсеров.
Однако стоило «старому хищнику» одряхлеть и ослабеть, как произошло с той же Испанией, как он сам превращался в жертву. Его тут же начинали терзать, желая отобрать жирные куски. Но если САСШ отвоевало силой Филиппины и Пуэрто-Рико, то Германия успела «прикупить» огромные островные владения по всему Тихому океану, от которых Мадрид поспешно избавился. Высокомерные кастильцы прекрасно понимали, что лучше получить четверть цены, хоть какие-то деньги, чем потерять все забесплатно, и еще заплатить победителю контрибуцию.
Но дальнейший «передел» стал невозможен, и причиной тому Англия, обладавшая огромным «Королевским Флотом», эскадры броненосцев и крейсеров дымили своими трубами в любой точке мирового океана. А потому являлись надежной гарантией, что никто не дерзнет нарушить «порядок», установленный банкирами «Сити». Испания осталась сама по себе, вот ее то и «разодрали». Зато другие являлись «пристяжными» в британской колеснице, и их тронуть опасались все — потому и владели колониями Португалия, Голландия и Бельгия. Но то будет до сегодняшнего вечера, а там будут установлены новые реалии, со справедливым для Германии переделом мира.
Война неизбежна еще потому, что последнее время немецкие товары вытесняли с рынков, вернее, старались не допускать на них. Мир оказался поделен на сферы, конкурировать стало необычайно тяжело. Пользуясь дармовым сырьем, британцы могли снизить цены на свои товары, а позволить себе это немцы уже не могли. Они покупали ресурсы, платили высокую зарплату своим рабочим, уменьшить которую было нельзя — этого шага подданные кайзера просто не поняли и не приняли. И «сшитая» Бисмарком из кусков еще недавно независимых королевств, Германия бы просто стала распадаться, потеряв веру в совместное будущее.
Россия, вот в чем причина!
Приняв решение развивать собственную промышленность, царь Николай лишил рейх огромного рынка сбыта. И хуже того, беря займы у французов и англичан, он предоставил им режим наибольшего благоприятствования, нанеся еще один удар по интересам германских промышленных кругов. А желая утвердить свое господство на Балканах и овладеть Босфором и Дарданеллами, он создал угрозу сбыту германских товаров там, откуда они вытеснили всех других конкурентов. А ведь Болгария и Османская империя уже в зоне влияния рейха, и позиции нужно продолжать укреплять — но русские в том мешают также, как англичане на морях.