В гостях у тёмных эльфов (СИ)

Дарен выглядит совершенно здоровым, о недавнем ранении напоминает запёкшаяся на доспехе кровь, да разрубленный наплечник. Он отцепил от пояса предмет, на первый взгляд показавшимся мне некрупным мотком бечёвки, одно движении – и на земле развернулся гамак, в который осторожно уложили дядю Лёшу. Как я позже узнал, гамак изготавливался из паучьих нитей, и при необходимости его края прилипали к любой поверхности, также темные эльфы использовали его как носилки. Пока двое несли, ещё два дроу контролировали состояние пациента и следили за целительскими артефактами.
– Вы думаете, что в свите мага был султанский ассасин? – поинтересовался я, пока лорда не был занят ничем неотложным. – Но ведь немало людей виртуозно клинками и ядом пользуются…
– И доспехи под одеждой много кто носит, – перехватил у меня мысль и с иронией в голосе закончил дроу. – Очень немного людей, дорогой граф, владеют холодным оружием настолько виртуозно, чтобы ранить Дарена, очень немногие владеют боевым артефактом, способным пробить магический шит, что был у полковника (очень неплохой, замечу, щит), а пользуются ядом Хондарского скорпиона чаще всего слуги Солнцеподобного и Луноликого Владыки востока, Повелителя алмазных чертогов, короче – Пешиханского султана. Из всего этого можно сделать вполне обоснованный вывод, что мы имели дело с одними из ассасинов султана. К тому же Тамир Эль Рисах был подданным Солнцеподобного, ну и так далее. И вероятно, в окружение мага его и внедрили, чтобы в случае чего он мог решить проблему радикально – если Тамир будет каким-нибудь образом мешать правителю. А Эль Рисах был личностью крайне неуживчивой, не признающий авторитетов и находящийся в жёсткой конфронтации с магической верхушкой султаната (как я уже говорил), к тому же очень сильным магом. Я не удивлюсь, что именно его коллеги уговорили Великого визиря приставить к нему подобного соглядатая.
– Как я посмотрю, что ни маг – то имеет проблемы со своими коллегами.
– Это так. В сообществе магов существует конкуренция, и если появится кто-то, своим способностями резко выделяющееся на общем фоне, это приводит к интригам и зависти коллег. А те, кто не блещет способностями и магической силой, всячески старается найти поддержку у сильных влиятельных, чтобы иметь возможность прикоснутся к тайными знаниям и погреться в лучах чужой славы. Вот и образуются ордена, общества, ложи, братства и прочие клубы по интересам – их тысячи. Между ними идёт постоянная борьба за привлечение последователей. Хотя по большому счету по-настоящему влиятельных всего четыре – Орден Шойгенов у дроу, Серебряный дракон в Великом герцогстве Гроссберг, Рыцари золотого кольца в Абоннском королевстве и Молоты Двалина у гномов. И что примечательно, ни один из них в мышиной возне, что происходит между остальными, не принимает участие.
– Ну, почему в стороне? Шойгены и Молоты – понятно, дроу с гномами нет дел до людской суеты, – предположил я.
– Не совсем верное предположение, – перебил меня дроу. – Гномам всегда до всего есть дело, и им пиво не наливай, а дай сунуть нос в чужие дела. А как же иначе – вдруг прибыли уплывает из их загребущих лап?
– Учитель, мы нашли, – раздался крик Ронгара откуда-то из-за менгира.
– Вот и записи Тамира нашлись. Я знал, что он столь сложный ритуал по памяти не рискнёт проводить. Если интересно, Александр, наш разговор про тайные ордена (которые в большинстве своём совершенно не тайные) мы продолжим как-нибудь в следующий раз. А пока надо спасать вашего шефа.
И лорд направился к своим ученикам.
Я постоял и усмехнулся. Ловко лорд Гьеран отвлёк меня разговором. Пока мы беседовали, его ученики проворно перенесли дядю Лёшу почти вплотную к менгиру с демоном. С помощью магии соорудили возвышение, на которое уложили полковника, установив возле него уже под заряженные целительские артефакты. И пока они это делали, я не стоял у них над душой, отвлекая и мешая.
– О, как интересно, – раздалось восклицание лорда.
Я поспешил туда, где был он с Ронгаром. Дяде Лёше я все равно ничем помочь пока не могу, а стоять рядом и просто переживать бессмысленно.
 
– Учитель, – рассказывал Ронгар, – мы все обшарили, но сначала нашли лишь место, где вся эта компания разбила лагерь. Вот одеяла, кое-что из вещей, продукты, две небольших палатки, выгребная яма, из одежды только невеликие пожитки. Подумали, может маг применил чары иллюзии, использовали поиск сокрытого – результата ноль, проверили на чары трансформации – пусто. А все было просто: он с помощью огненных заклинаний выплавил тайник внутри обломка скалы, сложил туда своё добро и привали ещё одним камнем. Магии в тайнике никакой. Мы бы ещё провозились, если бы Сорнтран не заметил капли расплавленной породы.
– Замечательно, Сорнтран, – одобрительно кивнул лорд. – А теперь – что тут у нас?
Он начал вытаскивать вещи из тайника. На свет появились: роскошный шелковый халат, рубашка и широкие шаровары из сатина, короткие сапожки с загнутыми вверх носами, атласный пояс. И последним он извлёк книжицу мелкого формата в переплёте из серой кожи.
– А вот и нужная нам информация. – Дроу хищно усмехнулся.
Я искренне не понимал – ну, дневник – ещё куда ни шло, может, догадывался о шпионе в своём окружении. Но зачем маг прятал одежду?
Лорд Гьеран разбирался с дневником мага. Книжка резко увеличилась в размере, превратившись в толстый фолиант. Дроу осторожно протянул к нему руку, на что тот резко окутался языками пламени. Это нисколько не удивило эльфа. Он наклонился над слегка подрагивающими язычками огня и зашептал. Слова на неизвестном языке словно убаюкивали, успокаивали огонь, тот оседал, оседал – и потух. Книга раскрылась сама собой, а страницы замелькали под рукой тёмного эльфа со скоростью снежинок в снежном вихре.
– Есть что-нибудь? – поинтересовался Ронгар.
Лорд не ответил, листы книги под его едва вздрагивающими пальцами продолжали мелькать со скоростью ветра.
– Вот оно! – лорд Гьеран прервал бумажный вихрь. – Замечательно – но зачем же так сложно?! Вот мазохист! Мало того, что он решил использовать редкий и почти не использующийся Ашарский рунный алфавит, но использовал для связок древнеэльфийский!!! Связки или связующие руны применяются для того, чтобы задавать условия срабатывания, – это тёмный лорд сказал, посмотрев на меня. Но поняв по моему виду, что смысл сказанного явно не дошёл до адресата, добавил.
– Из рун можно составлять последовательности и задавать условия для их срабатывания. Так понятней?
– Ага! – кивнул я, изобразив полное понимание. – А то, что руны в ритуале необычные, трудностей не создаст?
– Нет. Я знаю Ашарский алфавит, просто Тамир, похоже, был тем ещё затейником и хотел этим ритуалом добиться для себя максимально возможного эффекта. Маги Ашара создали свой отличный от обычных магических рун алфавит не просто так, а чтобы иметь возможность создавать более сложные и функциональные артефакты. Проблема в том, что конструкции на их основе крайне сложны и громоздки, из-за этого этот рунный алфавит имеет крайне редкое использование. Хотя его изредка используют гномы для создания уникальных големом по индивидуальному проекту.
– А он в этом алфавите точно разбирался? Во время ритуала не пойдёт что-нибудь не так? – задал беспокоящий меня вопрос.
– Ну, судя по записям, очень даже разбирался. Но окончательно поймём уже по ходу дела, так как перепроверять у нас нет времени.
И засунув фолиант подмышку, лорд Гьеран направился к импровизированному алтарю.
– Итак, коллеги. Нашего подпыт… пациента раздеть и нанести на тело эти руны в порядке указанной вот тут, – дроу провёл острым ногтем, подчёркивая цепочки символов.
– Я тут нашёл набор кисточек и плошку со специально подготовленной кровью демона, – тут же откликнулся Дарен. – В суматохе боя уцелела.
– Это то, что нужно! – подтвердил тёмный лорд.
– Может не надо раздевать?! – несколько неуверенный голос дяди Лёши.
– Надо! И вообще, пациент, не мешайте нам вас спасать, – ответил полковнику Гьеран.