Зачем тебе ведьма, ведьмак? (СИ)

— И царь решил прибрать её себе? — уточнила я.
— Именно. И замуж выходить запретил. Я, когда был проездом, заехал к сестре и поразился, как плохо она выглядит. Нет, её не обижали. Содержали в комфорте, обслуживали, кормили. Но клетка есть клетка. Плюс жениха своего она любит крепко, без него свет не мил, говорит. Потом я встретился с её женихом, и тот умолял помочь, сходить попросить за них к царю. Так я и пошёл на поклон.
— А что ж сам жених, немощный? — не удержалась от едкого комментария я.
— Нормальный он парень. Да только нет у него ничего, кроме жизни да рабочего мастерства. Если на чаше весов целитель, обычному человеку на другую сложить нечего.
Дальше ведьмак рассказал, как долго царь не хотел даже думать о том, чтоб отпустить Дину, и как, отчаявшись, Дарий вспомнил о пере феникса, что видел однажды. Это предложение царя заинтересовало. Так и вышел между ними договор: перо в обмен на свободу сестры.
— Ваш царь, видать, слабак совсем, раз в беседы с тобой вступил, а не приказал просто. — Я уже поостыла, но всё ещё хотелось поддеть Дария.
— Он не может мне приказать, мы служим миру и людям, а не царю. Наш орден существует самостоятельно, уважая власть, выполняя её просьбы, но не следуя слепо за каждым словом.
— Правда? — Этого я не знала. Я считала, что все ведьмаки на службе у царя. — А ты, значит, так сильно любишь сестру, что готов отправиться с саму навь, чтобы её спасти. К тому же пришлось по пути ещё и договор с мерзкой ведьмой заключать.
Он поморщился.
— Арина, ну прости…
Я хотела сказать что-то типа: «Да ещё и прощения у ведьмы просить приходится», но передумала. Его и так всего ломало. Где это видано — ведьмак перед ведьмой извиняется. Поэтому решила всё же смилостивиться, но не сразу. Пусть ещё помучается.
— Я подумаю.
* * *
Ближайшие дни всё было ровно и спокойно, даже странно. Я решила воспользоваться лёгким флёром вины, что всё ещё витал над Дарием, и на очередном привале попросила дать мне посмотреть его пояс.
Это было довольно нагло с моей стороны, но уж очень хотелось испытать границы своих новых возможностей, отвоёванных у ведьмака путём обиженного молчания. Что, по правде, было даже интереснее, чем сам пояс. Хотя, безусловно, мне было любопытно узнать побольше и об этой удивительной штуке тоже.
Дарий ожидаемо спросил, зачем мне эта информация.
— Просто интересуюсь. Ну что тебе, жалко рассказать?
— Не уверен, что ведьме это знать нужно.
Норма обид на месяц вперёд была выполнена, поэтому я проигнорировала этот довольно беззлобный выпад.
— А то что? — сощурилась я. — Вотрусь в доверие, соблазню самого крутого из вас и украду его красотулечку? Буду ходить, перед русалками хвалиться? Лешему дам поносить? Или…
— Я понял, Арина, и после первого примера.
— И всё же?
— Он может быть для тебя опасен, — вздохнул Дарий. — Даже просто прикосновение.
— Враньё! — хмыкнула я. — Ты держал меня, когда вёз после сражения с деревом — и ничего, в пыль я не рассыпалась. Я не буду хватать за камни и не стану вливать силу, чтобы не резонировала.
— Там пояс был в контакте со мной, кто знает, как он на тебя отреагирует, не станет ли защищаться…
— Защищаться? Это что, твой пёс?
— Каждый пояс делается под своего ведьмака, — начал объяснять мужчина. — Каждый камень проверяется на совместимость, в зарядке амулетов используется индивидуальная сила. А ещё при Возложении сплетаются магические потоки и пояс подстраивается под владельца.
— Возложении? — прервала я. — Пояс для вас типа царской короны?
— Что-то вроде. Для каждого из нас это особое событие в жизни. Если всё сделано верно, мы с ним становимся… партнёрами. Знаю, звучит слишком пафосно, но уж как есть. Даже щит ведьмаков можно передать другому человеку… или ведьме. А пояс — нет. И он чувствует, когда я… — Дарий запнулся. — Не хочу, чтобы он меня защищал, даже если приближается угроза.
— То ест сам по себе он может отжарить мне руку, но если я сейчас захочу его потрогать на тебе, то ничего не произойдёт?
 
— Скорее всего, нет, — усмехнулся ведьмак.
— А если я подойду к тебе близко и захочу тебя убить — в последний момент, когда я уже рядом. Он успеет среагировать? — смотрела Дарию в глаза и поражалась собственной смелости. Тёмные очи слегка сощурились, но, кажется, по-прежнему не сердились.
— Главное, чтобы среагировал я, а уж пояс в тот же миг подхватит.
Я немного помолчала, а потом задумчиво сказала:
— А отец не давал трогать его пояс. И на руки старался не брать, когда был в нём.
— Потому что это было давно. Теперь многое улучшили, довели до ума. Хотя и сейчас никому в голову не придёт делать пояс безопасным для ведьм, которые подходят к нам слишком близко с целями, далёкими от вредительства.
Я понимаю, что ничего он не имел в виду, но щёки чуть было опять предательски не заалели. А я нахмурилась: что-то ведьма Арина совсем не в форме. Долгое пребывание на дне собственных сил меняет её вредную, язвительную и бесстыдную сущность на что-то гладенькое и нежное. Прям фу.
* * *
Мы ещё некоторое время путешествовали вдвоём. Встречные люди были редки и общаться не стремились. Да и нечисти, кроме Шиша, рядом не появлялось. Краем проехали Боровиху, опасаясь встречи со Жданом. Тот, скорее всего, разболтал уже о своей встрече с ведьмой каждому встречному и поперечному. И хотя наши припасы уже нуждались в пополнении, мы решили дотянуть до Стародуба.
А там нас встретили с распростёртыми объятиями.
Не нас, конечно, — ведьмака. Едва староста узнал, кто в его село пожаловал, сразу же примчался навстречу. Он был пожилым и суетливым, с седой бородкой и лысиной, в смешных полосатых штанах, которые ему были явно малы. Он поймал мой взгляд, прилипший к диковинному предмету гардероба, и досадливо крякнул:
— Не думайте, что я того этого… не в себе. Собственно, поэтому вы мне и нужны.
— Помочь подобрать штаны по размеру? — предположила я, игнорируя предупредительный взгляд ведьмака.
— Да если бы! — не обиделся мужик. — У меня в бане дух завёлся: ни помыться, ни бельё постирать.
— Что за дух? — подобрался сразу ведьмак.
— Да кто ж его ведает? Живёт, войти не даёт — пугает. И ладно бы ещё просто в срубе жил — так он иногда по деревне бегает. Обернётся то мужиком голым, то бабой и носится, интимом сверкая. Всех уже замучил, детей на улицу не выпустишь, потому как не ведаешь, когда снова побежит… Я ведь уважу, не думайте, ночлег в лучшем виде, ну и это… денег кошель — всё как положено!
— И припасов с собой! — встряла в торговлю я.
— И припасов, — с готовностью согласился староста.
Видать, сильно его достал этот дух.
Дарий выяснил подробности и сразу же собрался на дело. Я напросилась с ним — любопытно же, ведьмака в деле посмотреть. Не то чтобы я не видела, как он колдует, но это же была та самая настоящая работа. Его основной заработок и ведьмачий путь.
Из селян с нами никто не пошёл, все столпились у калитки, что вела на зады участка. Набралось человек сорок, почти все — мужики. Вероятно, самая смелая часть Стародуба. Так сказать, цвет села. На меня смотрели странно, словно на болезную, мол, зачем с ведьмаком на дело потащилась, дурная девка. Но отговаривать никто не стал.
У ног старосты я заметила плотный мешок с чем-то сыпучим. Вероятно, соль. Похоже, селяне опасались, что и у ведьмака не выйдет духа победить. На этот случай был припасён запасной вариант. Закупорить баню, засыпав пороги и окна солью.
Баня была справная, сама бы каждый день в ней мылась. Из крупных брёвен, ровненьких, один к одному, но небольшая, чтоб топить быстро. С виду чистенькая, аккуратная, уютная. Только трава вокруг была высоковата — сразу видно, косить здесь опасались давно, не меньше месяца. Так что заросли крапивы несколько портили идиллическую обстановку.
— Думаешь, анчутка? — спросила я.