Остров Пряностей (СИ)
В полночь в дверь постучали, и служка с Ганом притаранили заказанное.
— А кожи, почтеннейший, выделают к завтрему. Два авра вышло, — сообщил Рейнар, на что я безропотно выдал монетки. — И, почтенный, мне ОЧЕНЬ любопытно…
— Уважаемый Ган, я устал и отдыхаю. Твоё любопытство понятно, но давай побеседуем днём или завтра?
— Но…
— Можем не беседовать, — широко оскалился я, разведя лапами.
— Как вам угодно, почтенный, — кивнул корреспондент и свалил.
А мы с Динькой принялись за лангусты с пивом. Мясо мелкая одобрила (как и Потап, буркнувший что-то из моих недр, одобрительное), а вот с пивом вышло забавно. Я, честно говоря, не знал, поить или нет, но капельку отжалел, очень уж жалобно мелкая пищала. После пробы фейка выдала: «испорчено и горько», заливисто захихикала… и вырубилась, посапывая!
— Ну, алкоголизм новой сотруднице не грозит, — пожал я плечами, дожевал краба и завалился спать.
На НОРМАЛЬНУЮ, сухую кровать. Мягкую и сухую, между прочим! Так что засыпал я с широкой лыбой, хотя и помнил, что дел мне предстоит уйма. Но всё это завтра.
24. Не смешная встреча
Проснулся довольно поздно, но отдохнувшим и не таким одуряюще злобным, как был… Да последнюю неделю. Бесила меня ситуация оправданно, но, злобствуя, я просто мог наделать ошибок, от несущих неприятные последствия, до летальных. А сейчас — отошёл, хотя, конечно, но не забыл и не простил: просто ушла опасная эмоциональность. Что и хорошо: хоть расслабился и о будущем вообще задумался: нет, корифею я, конечно, буду гадить и получать от этого удовольствие и даже прибыль. Но строить на этом дальнейшую жизнь — глупо.
Проверил Мирку — дрыхла, ну да и фиг с ней. Займусь делами, и как проснётся — порадую. Но это мелочи, мне сейчас надо закрыть ряд. Точнее… через час. А пока перекушу и разберусь с транспортом.
Спустился вниз, ухватил Гана за локоток, оттащил в едальню. Где, чавкая пропитанием, стал выяснять уже конкретно по кораблям. И выходило не слишком приятно: основная часть купцов уже свалила, а в порту торчал корифейский военный корабль Раздиратель, который отплывёт через пару недель. И купеческое частное корыто, которое стартует только с окончанием сезона дождей: стоят, ждут поставок от всяких задерживающихся. Не самая приятная перспектива — торчать в мухосранске ещё две недели, но альтернатив нет. Хотя бы с «местом» на военном корабле проблем не возникнет: таская владетелей на Пряный, корифей, как выяснилось, дал несколько гарантий. Так что уплыть на этом Раздирателе в Золотой я смогу, хотя и за ощутимые деньги.
Тем временем раздался звон из проходной — явно открылась дверь. Ган мухой метнулся встречать, а вот через полминуты в едальню нагло вломился сеншаль Обеден, морда ежиная. В сопровождении пары ратников, с мордой, преисполненной значимости (впрочем, она у него такая была всё время). Ну… расстраиваться заранее я не стал. Хотя и напрягся внутренне, но внешне — максимально сиволапо оскалился, став пыриться на эту компанию. Которая домаршировала до моего стола, сенешаль коротко кивнул, раззявил пасть и озвучил:
— Приветствую почтенного видома Михайло Потапыча! Имею передать от уважаемого губернатора послание!
И с этими словами вывалил на стол свиток: с печатями, цепочками и прочим выпендрёжем. Причём на печати значилось «указ», что для послания странно. Ну-ка, что у нас там, стал я аккуратно открывать свиток, стараясь по минимуму повредить печати. Прочитал, полюбовался на буковки медленно затягивающимся красным зрением. Выдохнул, закрыл глаза, подышал-успокоился. И потопал к себе: надо думать и составлять блок-схемы. Ситуация… ну помимо того, что жутко бесящая, ещё и странная, с возможно-неопределёнными последствиями, с которыми надо определиться.
«Враги?» — хищно оскалилась Динька с погона, куда вспорхнула с шкафа как только я встал.
— Не совсем, — ответил я, имея в виду сенешаля и сопровождающих. — Думать буду.
«Это сло-о-ожно» — сочувственно отэмоционировала фейка.
Ну уж как есть, хмыкнул я. Завалился в номер — Мирка уже встала и была в комнатке для слуг. А я засел за стол с стилом и стал думать, вычерчивать и прикидывать.
Дело вот в чём: Обеден припёр «дружиннику Михайло Потапычу» именно указ. Указ о награде рекомого дружинника за «доблесть и деяния беспримерные», на минуточку. Указ губернатора Пряных островов, со всеми необходимыми финтифлюшками о назначении видома Михайло Потапыча… «Тиуном Клоифея, над землями, его стараниями завоёванными».
То есть, согласно ентой писульке, если я её начинаю исполнять — я становился наместником губернатора, на землях Ганда. Вопрос «удерживания» пояснялся в отдельной записке, где сухим канцеляритом перечислялось, что и как мне «надлежит» сделать, как принять под своё начало «малую рать» и начать осуществлять право владения.
Ну и что даёт наш разбор: первое — я вообще могу этим «указом» подтереться, вот конкретно сейчас… да, полдень был. Я — не данник корифея, не говоря о каком-то губернаторе, То есть «указы» в мой почтенный адрес от самого корифея, не говоря о его сотрудниках, для меня де юре — благие пожелания.
Второе: даже если я «беру под руку», по праву силы владения Ганда (а могу, по укладам, хотя понятно, что для этого ещё и сила в виде батальонов нужна, да и желание это делать), то никаким «наместником» я не становлюсь. Это МОЁ, личное и персональное владение выходит. Полностью свободное от обязательств перед корифейством, согласно той же записульке губернатора. Он тут собственноручно накарябал: превышая ожидания, сверх возможного — имея в виду угандошивание Ганда. Так вот, согласно этим формулировочкам, деяние моё выходит за пределы ряда, то есть последствия его принадлежат ТОЛЬКО мне, хоть официально я ещё был на службе.
Третье: а что за вша Лидарёнышу под хвост попала-то? Хотя-а-а-а…
На последнем я с довольном мордой, становящейся всё более довольной, стал рисовать блок-схемы. И в итоге тихо, но очень злорадно заржал. Дело вот в чём: был проект «присоединения земель», это понятно, как раз гандонистой носорожины. В этот проект ухнуло дохренища, реально дохренища деньжищ: подозреваю, что за золото в телегах можно спокойно купить владений в Зиманде, как бы не побольше чем вся территория Ганда. В общем: деньги пролюблены в никуда. Результата в виде земель и военного союзника нет. И кто тут провтыкал: Лидарёныш или нянька — не принципиально. Развальцуют все естественные, добавят искусственных и тоже развальцуют. Но лидарёнышу просто в силу большей должности достанется больше и с подворотом. И вот этот засранец пытается ситуацию «выправить». Лидариха, судя по всему, валяется и лечится, с ней он не консультируется и строит своё подобие моделей на основании своего засранского понимания реальности. Ну это в плане меня, само собой. Так-то в плане спасения своих отверстий от заслуженного вальцевания — план как план, не худший.
Так, завтра мне «повелевается» (придурок недовальцованный!) явиться во дворец губернатора. Где в присутствии ратников, чиновников и владеющих Пряного меня торжественно назначат. Угу-угу, бегу и спотыкаюсь. И вот тут выходит самый тонкий момент. Положим, я могу на это гульбище просто не прийти. А придурку, которого Лидарёныш направит за мной, сломать руку или шею (по настроению), за помеху почтенному видому. Но это — в теории, на практике на меня вполне можно натравить ратников, если ты — губернатор. С последствиями, но судя по поведению Лидарёныша и его «хитрому плану», он на все последствия, кроме наказания от корифея, махнул лапой. И прибить меня отдаст приказ просто из трепетной любви — вполне возможный вариант, исходя из позиции «хуже уже не будет». То есть идти — надо. Это, в общем-то, единственный шанс спокойно уйти, без резни. Ну, самого Лидарёныша прибить, возможно, придётся: если у него крышу сорвёт. Но при свидетелях, при нарушении им законов и укладов, за дело, в общем. То есть, прихожу на этот банкет, ну и во всеуслышание объявляю: ряд закончен, свои хотелки с данниками удовлетворяй, а я — домой.