Кодовое слово: Аненербе (СИ)

— Остановите кто-нибудь этого чокнутого?! — Уже и я перешла на фальцет, но спокойно реагировать на внезапное бешенство Мельниченко априори невозможно.
— Лиззи, у тебя есть прекрасный шанс изменить свою жизнь на 180 градусов! Разве у тебя не было в детстве мечты стать принцессой? — А Илья продолжал возмущаться. — А тут тебе не просто какая-то принцесска малюсенького царства, размером с дачу! В твои руки попадёт просто невероятная, неограниченная власть!
— В детстве я хотела стать кладбищенским смотрителем. — Тихо призналась я, спуская ноги на пол.
Троица резко умолкла. Все одновременно раскрыли рты, уставившись на меня потрясённо.
— Это правда. — Поспешила добавить. — Как-то очень давно, за год до нашего отъезда в Россию, родители взяли меня на кладбище, чтобы навестить каких-то родственников. Помню, я тогда спросила у мамы, кто следит за могилами, и мама рассказала по смотрителей. Она также вскользь упомянула, что у них есть маленький домик прямо на участке кладбища. Там есть всё, чтобы жить. Тогда я представила себе идеальную работу! — Вспоминая это, я невольно начала улыбаться. — На моей работе был бы телевизор, и я могла смотреть свои любимые мультики круглосуточно! Родители, узнав, что я хочу стать кладбищенским смотрителем, отправили меня на лето к бабушке и дедушке, чтобы там мне вправили мозги. Никто не понял, что я хотела стать смотрителем только из-за мультиков!
Первым заржал, иначе не скажешь, Артём. Он согнулся в три погибели и продолжал хохотать, держась за живот. Его очень быстро подхватила Даша, которая уже едва не плакала от смеха. Илья также не смог долго сдерживаться.
— Ой, мать, не смеши! — Продолжая хохотать, Илья медленно оседал на пол, в точности повторяя позу Артёма.
— Но это правда. — Протянула я, как пристукнутая, наблюдая за коллективным схождением с ума.
— А где твои родители? — Едва переведя дыхание, спросила Дашка, продолжая похрюкивать. — Я бы хотела спросить у тёти Али, как она приняла твоё желание?!
— Слуги предупредили меня, что родители поехали на экскурсию по Фомальгаут. Им напоследок хочется увидеть самые красивые достопримечательности.
— Я бы тоже съездил. — Мечтательно заявил Мельниченко.
— Сначала помогите мне разобраться, что происходило с Ингрид, и откуда взялся второй эликсир души! — Напомнила я, вставая с кресла.
Я подошла к первому шкафу библиотеки и начала внимательно рассматривать все книги, до которых могла дотянуться. Хотя и дотягиваться-то не пришлось. Мой цепкий взгляд зацепился за корешок книги без названия. Естественно, дабы утолить своё любопытство, я потянулась к нему, но книга никак не хотела вытаскиваться, как приклеенная находилась на своём месте.
— Ты что-то нашла? — Спросил Тёма, подходя сзади.
— Да какая-то странная книга, она не вытаскивается! — Напряжённо произнесла я и от натуги аж кончик языка вытащила.
— Постой. Это не книга. — Тёма подошёл ближе и положил свою ладонь на мою руку, которая держала корешок, и потянул на нас.
Мы вчетвером отчётливо услышали какой-то скользящий звук со второго этажа. А я вдруг вспомнила про закрытую комнату, которую вчера так и не смогла открыть. Меня посетила дикая мысль, что возможно, это открылась именно она, я рванула на второй этаж, перескакивая ступеньки. Друзья ринулись за мной.
И действительно, открылась именно та, загадочная комната.
— Стойте. — Выбросила руку перед собой, останавливая друзей. — Я сначала одна туда зайду.
Медленно приближаясь к двери, я глубоко вдохнула воздух. Никаких примесей не почувствовала. Всё как обычно.
Осторожно заглянула, боясь, что нечто запертое там, каким-то образом отреагирует на чужое присутствие. Всё же мы имеем дело с тайной покойной Императрицы, да ещё и не на родной планете.
— Боже! — Выдохнула я ошарашенно, когда моему вздору предстала небольшая лаборатория.
— Что там? — Тихо прошептала Даша, делая шаг ко мне.
— Идите сюда. — Я поманила пальцем друзей, а сама пошла вперед.
Настоящая подпольная лаборатория Ингрид. Войдя в неё, автоматически включилась подсветка лазурного цвета, делая это место ещё таинственнее. Думается мне, что Вайлас понятие не имеет, что творилось здесь. На столах, где, по всей видимости, производились какие-то опыты, в специальных отсеках хранились склянки, колбы, с разнообразным содержимым. И что самое странное, содержимое было не испортившимся.
 
Здесь точно никого не было после трагической гибели Ингрид. Проходя мимо химических столов, я проводила пальцем по поверхности. От него оставался очень заметный след. А на полу, от обуви оставался отпечаток.
— Что она здесь мудрила? — Тёма подошёл к главному столу, где лежали запылённые бумаги. Я подошла к нему и начал перебирать эти самые бумаги.
Были начерчены какие-то жутко мудрёные формулы, которые никакого отношения в земной химии или физике не имели. Но это не самое странное. Тёма нашёл в столе настоящий, толстый дневник, написанный самой Ингрид. Рукописный.
Он начинался с тех времен, когда она жила в поместье с родителями. Ингрид писала не всякую девчачью мелочь, а комментарии к научным трудам в области неизвестной земным жителям — геномия. Что это за зверь такой и с чем его едят, я поняла лишь, когда прочитала добрую треть всего дневника. Подчерк у Ингрид был каллиграфичный, а значит, ни черта не понятный.
— Что там написано? — Спросила подошедшая Дашка, в руках у неё колба с содержимым подозрительного фиолетового цвета.
— Не трогай каку. — Илья подошёл к Дашке, выхватил у неё их пальцев колбу и отставил её обратно на стол.
— Ингрид ещё до знакомства с Вайласом была отличным учёным. Она создавала в Академии проект, который хотела в будущем воплотить. А именно, построить на планете Рас Альгети фармацевтическую фабрику, чтобы непосредственно у них имелось собственное производство лекарств жизненно необходимых. — Я отвечала подруге, не отводя взгляда от страниц.
Буквально через три страницы подчерк Ингрид неожиданно меняется. Но это вскоре объясняется тем, что она повстречала Вайласа. На какое-то время любые свои исследования она прекращает, полностью отдаваясь своему новоявленному мужу. Однако периодически проскальзывают волнения Ингрид по поводу своей сестры, у которой она фактически отбила жениха.
Ингрид с точностью до минуты описывала Астрид и её неукротимое желание выйти замуж за Императора. Голубой мечтой старшей сестры была власть! И Ингрид знала об этом, хотя и не подавала вида. Но долго переливать из пустого в порожнее не пришлось. Вскоре она отдаляется от родителей, от брата и сестры, и постепенно вливается в свою новую, насыщенную жизнь Императрицы Альфадена. Ингрид наконец-то осуществляет задуманное, и начинается строительство фармацевтических фабрик, медицинских центров и школ именно для планеты Рас Альгети. Она жаждала облагородить рабскую жизнь на ней, сделать людей, живущих на седьмой планете, частью общества, а не его отбросами. И Ингрид это вполне удавалось.
Я долго ждала, когда же начнутся стенания по поводу посещения Земли, но нашла лишь короткое упоминание, где Ингрид рассказывает, что подобный разговор состоялся. И ни слова больше! А где же всё то сумасшествие, о котором говорил Его Величество?
Подчерк Ингрид и её привычный слог постепенно меняются. Буквы начинают скакать от слова к слову. Смысловая нагрузка также сходит на нет.
Сама Ингрид пишет, что держать ручку практически не в состоянии. Она постоянно выскальзывает из рук. Однако девушка продолжает буквально вырезать на бумаге буквы. В родном поместье Ингрид случайно подслушивает разговор Астрид с матерью. И услышанное приводит её в ужас. Плохое самочувствие Императрицы, которое она тщательнейшим образом скрывала, объяснялось тем, что Астрид, которая некоторое время гостила в Резиденции, подсыпала в пищу медленно действующий яд. Сначала начиналось легкое расстройство пищеварения, которое было чем-то, похоже, не отравление. Затем Ингрид одолевал холодный, липкий пот, тремор рук, заикание и постепенная потеря способности элементарно держать ложку в руках.