Путь Роха (СИ)

Вернувшись в диспетчерскую, он увидел картину, от которой его сердце сжалось и застыло, словно его положили в холодильную камеру.
Дорн лежал на спине, половина его головы была под толстым слоем лечебной пены. К груди прикреплена специализированная аптечка, которая через равные промежутки времени впрыскивала ему в кровь специальные, сильнодействующие лекарства. Боец был без сознания, и это, наверное, сейчас было даже к лучшему.
Солрс лежал на полу, почти весь забрызганный фиксирующим составом. Обе руки, бок, и нога были под особенно толстым его слоем.
Гунт вопросительно посмотрел на профессора, и тот в ответ лишь пожал плечами.
— Могу сказать только одно. Сейчас жизни обоих ничего не угрожает, но перевозить или переносить их куда-либо запрещаю! Если Солрс еще это как-то переживет, то Дорн точно нет! Обоим нужен покой и уход. Благо, для поддержания их жизни препаратов у нас хватает, да и оборудования тоже. Не зря же я разобрал почти всю лечебную капсулу у себя в бункере.
Кивнув, Гунт подошел к пульту управления и нажал на символ включения охранного периметра.
— Хорошо. Остаемся пока здесь. Эол, Кейв! — позвал он парней. — Спуститесь вниз по лестнице обследуйте, что там, и подготовьте площадку для прощания с Корой. Я скоро вернусь.
  
Глава 16
 
Находки и потери
 
Глава 16. Находки и потери
Когда последний Солнцеликий скрылся в зеве шахты, Фурс осмотрелся по сторонам в поисках хоть какого-нибудь укрытия. До выхода из ущелья метров триста, справа в ста метрах небольшая россыпь камней, слева и сзади свободное пространство с виднеющимся вдалеке Хребтом, а он стоит тут, как одинокое дерево, у всех на виду.
Нет, так не пойдет!
Надо где-нибудь скрыться, иначе он не сможет выполнить приказ Краме по охране спуска в шахту.
После того как отряд Солнцеликих учинил побоище в селении пачека, Сарт рассказал капитану, что это ущелье раньше охранялось этим племенем, и что тем, кто решил бы сунулся в него без спросу, на голову свалилось бы множество камней. Теперь все пачека, кто находился в лагере и охранении истреблены, и вход в ущелье, а значит и в лагерь свободен, и вероятность нападения с этого направления минимальна.
Фурс еще раз посмотрел на валявшиеся недалеко от входа в шахту трупы дикарей и вздохнул: придется вспоминать уроки мастера Ишуко по маскировке на открытой местности, другого выхода просто нет.
Лейтенант решительно направился к одному из поверженных пачека, у которого был основательно разворочен живот, и его выпавшие наружу сизые кишки распространяли по округе резкое зловоние.
Подняв его копье, Фурс внимательно осмотрел листообразный металлический наконечник и недовольно поджал губы.
Лейтенант хорошо знал этот зеленоватый металл. В его ордене оружием из этой стали награждали особо отличившихся бойцов, и если у того бойца был сын, то оно передавалось ему по наследству, а тут… почти у каждого дикаря…
Порывшись у пачека в сумке, Фурс извлек из нее с десяток болтов для небольшого арбалета и, подхватив копье, побежал к россыпи камней, что находились от него по правую руку.
Сам арбалет и ещё несколько болтов он подобрал ранее у одного из убитых дикарей. С виду оружие было невзрачное, хлипкое и какой-то несерьезное, но его мощь и убойную силу лейтенант видел воочию еще там, на корабле у мыса Скалистый. Болты выпущенные из такого арбалета прошивали хитиновую броню его лучших воинов почти не встречая сопротивления. Один раз он видел, как с одного выстрела рухнули сразу двое его штурмовиков.
Пускать болты из арбалетов Фурс умел и считал, что для этого «малыша» с его невероятной мощью сто метров не такое уж и большое расстояние.
Выбрав камни, между которыми можно хоть как-то укрыться, Фурс поплевал на ладони и принялся долбить грунт, используя копье как лопату и лом одновременно.
Грунт был мягким вперемежку с песком, лезвие широкое и острое, поэтому работа спорилась, и уже через несколько минут была готова яма, в которую лейтенант помещался полностью, надо было только присесть или встать на колени.
 
Спрыгнув в яму, Фурс вытер начисто руки, вставил в уши слуховые горошины, в глаза — линзы, напялил на голову капюшон, надел на лицо маску из прозрачного стекла и начал поспешно обкладываться камнями, чтобы его не заметили обычным взглядом со стороны.
Зарядив арбалет болтом с граненым наконечником, он выровнял дыхание, успокоился и внимательно осмотрелся вокруг.
Из головы не выходили ужасающие потери, казалось, ранее непобедимого отряда. Еще не вступив в реальное боевое столкновение, большая часть бойцов была уже безвозвратно потеряна.
Где-то в глубине души Фурс даже гордился своими парнями. Они-то хоть погибли в честном бою на корабле, сражаясь с врагом лицом к лицу, а эти Солнцеликие погибли, даже не видя перед собою противника…
Фурс горько усмехнулся и покрепче сжал оружие.
А как этот Краме поступил с ним?..
Пустил впереди себя как какого-то раба, чтобы он своим телом разряжал им ловушки… Его, лейтенанта великого ордена «Око Меркула»! Тоже мне…
Его невесёлые размышления прервал резкий толчок под ногами и донесшийся до него поземный грохот, усиленный ушными горошинами.
Что это?..
Землетрясение? Сработала очередная ловушка от противника, или Солнцеликие всё-таки настигли врага и вступили с ними в бой?
Больше Фурс, как ни старался, ничего не смог расслышать.
Полчаса прошло в томительном ожидании, а затем донеслись далекие, приглушенные голоса и еле различимый ритмичный шум, как будто подошвы ботинок становятся на железные скобы, вмонтированные в стену шахты.
Поднимаются, что ли?
Похоже. Вопрос только… кто?
Фурс взялся за арбалет и нацелил его на то место, где противник или Солнцеликие должны вылезать на поверхность.
Первым показался боец в зеленоватом доспехе.
Сарт?..
Фурс уже хотел было крикнуть и махнуть ему рукой, но тут за ним следом появился обычный поисковик в кожаной куртке и штанах. Следом еще один в диковинном шлеме и с оружием в руках, но без доспеха.
Лейтенант вжался в свою яму, чтобы те ненароком не заметили его.
Это что значит?..
Солнцеликих больше нет?.. Неужели они уничтожены так же, как и те пачека в своей деревне? И теперь эти чужаки разгуливают тут как у себя дома!..
Рука сама сжала арбалет и навела прицел на того, что в зеленой броне. Фурс готов был уже пустить болт, но в самый последний момент передумал и убрал палец со спускового крючка. Этим выстрелом он точно ничего не добьется. Ну, убьет или ранит врага, а остальные разберутся уже с ним. Если чужаки расправились с элитным отрядом Храма, то с ним уж и подавно… Может, всё-таки лучше выследить, узнать, где их логово, и по возможности дать весточку своим… А там, может, и подмога какая прилетит по воздуху…
Если верить карте, то до пункта пропуска через Хребет отсюда шесть-семь дней пути. В принципе, не так уж и далеко… надо только выследить и потом доложить…
Фурс осторожно отложил арбалет в сторону, и прижавшись к земле, весь превратился в слух.
До лейтенанта доносились голоса, обрывки фраз, но слов не разобрать. Незнакомцы говорили на каком-то непонятном ему языке. Лейтенант начал вслушиваться в речь и вдруг от осознания того, что именно он сейчас слышит, Фурс чуть не выскочил из своего укрытия…
Троица чужаков бегло говорила на языке Древних: давно забытом и запретном языке на всём Тарсоне.
Лейтенант хорошо помнил те мучения, когда мастер Вельв обучал этому языку, но Фурс, как ни старался, не смог достичь больших успехов. Из всего курса он сумел запомнить лишь несколько слов и одно из них сейчас слышал отчетливо — «трофеи».
Кто из этих троих произнес это, понять трудно, но не так и важно. Важно другое… они собирают трофеи. Значит, с отрядом Солнцеликих покончено точно, и Фурсу снова повезло, и он выжил. Теперь, чтобы как-то реабилитировать себя перед магистром ордена и верховным, необходимо принести им важную информацию, такую, чтобы они простили ему то, что он не погиб вместе со всеми.