Эволюционер из трущоб (СИ)

— Осень плиятно, — кивнул я и протянул ему руку.
— Ха-ха! — куратор коротко рассмеялся и пригладил чёлку. — Гаврилов предупреждал меня, что ты смышлён не по годам. Тебе, кстати, привет от него. Раз ты всё понимаешь, то я буду с тобой разговаривать, как со взрослым. Если ты не против, конечно? — Я коротко кивнул. — Ну и отлично. Тогда расклад такой. Подъём в шесть утра, отбой в девять вечера. Весь день наполнен занятиями. Но и время для игр, конечно же, оставим. Топай за мной. Я покажу тебе пансионат.
Мужчина вышел в коридор, а я последовал за ним, раздумывая, как добраться до его волосяк и выдернуть парочку. Плевать, из усов или из чёлки. Главное — заполучить хоть один волосок.
— По левую руку располагаются общие спальни. В каждой десять двухъярусных кроватей. А всего здесь двадцать спален. Вряд ли ты умеешь считать, но…
— Сетылеста усеников, — перебил его я.
— Ого. Шустро ты, — удивлённо присвистнул куратор. — Всё верно. Четыре сотни учащихся. Группы делятся по годам обучения. Трёхлетки, четырёхлетки и пятилетки. Тебя определили в самую младшую. Сам понимаешь, твоя комплекция оставляет желать лучшего. Ну ничего, здесь ты всяко отъешься, — улыбнулся Иван Викторович и указал рукой направо. — С правой стороны у нас ванная комната, туалет, игровая, спортзал, массажный кабинет, бассейн, столовая и гардероб.
— Тозе самое сто и в прослом пансионате, — кивнул я.
— Ну, не совсем, — усмехнулся куратор. — У нас здесь куда более обширный спектр тренировок, да и преподаватели лучшие в баронстве, — с гордостью заявил он. Видимо, Иван Викторович был рад чувствовать себя частью этого пансионата. — Здесь ваши старания будут оценивать ежедневно. За каждое занятие ты можешь получить баллы или потерять. Выполнил задание тренера? Тебе начислят баллы. Провалился? Ну, извини. Баллы спишут.
— И засем мне баллы? — спросил я, сложив руки на груди и скептически посмотрел на куратора.
— Всё просто. За первое место в рейтинге ты получишь не только личную комнату. Но и сможешь потратить баллы на игрушки, отличную еду, одежду и многое другое.
— Я понял. Слузи, дулафёк, полусись знасёк, — хмыкнул я и покачал головой.
— Ага, типа того. — Куратор на секунду замялся, как будто собирался сказать что-то неприятное. — Кстати, теперь ты будешь видеться с мамой раз в месяц. Если хочешь жить с ней под одной крышей, то стань лучшим в пансионате. Впрочем, я не давлю. Решать только тебе, карабкаться вверх или нет. — Иван Викторович потрепал меня по изрядно отросшим волосам и добавил. — Добро пожаловать в Нижне Тагильский пансионат. Мы сделаем из тебя настоящего воина.
  
Глава 10
 
Услышав слова куратора, я немного опешил.
— Фто знафит, раз в месяц? Где моя мама?
— Видишь ли, у нас пансионат закрытого типа, здесь мамам и прочим родственникам не место. Обычно родню размещают в близлежащих посёлках, полагаю, и твоя мама сейчас там. Не переживай. Всё с ней будет хорошо, — попытался успокоить меня куратор, хотя сразу было ясно, что он в своих словах не уверен. — Идём, я покажу тебе доску почёта, а после отведу в столовую.
Он потрепал меня по волосам и толкнул в сторону спортзала. Войдя внутрь, я почувствовал застарелый запах пота. Не такой, чтобы резало глаза, но достаточно неприятное амбре. Помещение было не меньше двадцати метров — и это только в ширину; в длину же оно простиралось метров на сто, что, мягко говоря, впечатляло.
Здесь расположились различные тренажеры — начиная от велосипедных и заканчивая штангой для жима лёжа. Немного поодаль стоял десяток рингов для спаррингов. Прямо сейчас пятилетки, снарядившись шлемами и перчатками, выколачивали друг из друга всю дурь. Шлёпающие звуки от их ударов разлетались по всему спортзалу.
За рингами была зона для гимнастики. Гимнастические кольца, турники, брусья, батуты и прочее. Следом было поле, на котором дети играли в вышибалы. Казалось бы, глупая игра, которая к сражениям не имеет никакого отношения. Но нет, именно эта игра отлично развивает реакцию и позволяет предугадывать, откуда атакует противник.
 
Зона для настольного тенниса, поле для игры в мини-футбол, баскетбол, а в самом конце, за стеклянным заслоном, расположился крытый бассейн. При виде такого обилия тренировочных зон у меня глаза полезли на лоб, и куратор заметил это.
— Ха-ха. Да, я же говорю, мы всесторонне развиваем наших подопечных. Кстати, на улице есть ещё пара павильонов. В одном каток, а во втором — искусственный склон для обучения горным лыжам.
— Вы нас на олимпиаду готовите? — спросил я, представляя, сколько тысяч часов я здесь буду трудиться до седьмого пота.
Не могу сказать, что меня это печалило. Всё-таки я собирался заняться развитием собственного тела в этой жизни. Но если мы будем столько трудиться физически, то когда развивать магический потенциал?
— Нет, Михаил Константинович. Мы готовим вас к реальному бою. А за пределами пансионата никогда не знаешь, что пригодится. Выпадет снег — и придётся гнаться за противником на лыжах; или же вступить в кулачный бой с превосходящими силами врага? — Куратор пригладил свои дурацкие усики и махнул рукой. — Ладно, это всё лирика. Лучше посмотри сюда.
Слева от входа висела огромная электронная таблица рейтинга. Четыреста учеников уместились на ней и были разбиты на три колонки. Трёхлетки, четырёхлетки и пятилетки. Сделали так для наглядности. Сразу видно, кто лидер, а кто аутсайдер.
— Рейтинг динамический. И рассчитывается по итогу недельных заслуг. После чего обнуляется. Пока ты входишь в десятку лучших, то получаешь лучшие условия пребывания. Ах да, ты уже познакомился с Артёмом. Если обратишь внимание на таблицу, то увидишь, что он занимает первое место в рейтинге среди пятилеток. — Почесав щеку, куратор наклонился ко мне и добавил тише. — Признаюсь честно, он та ещё заноза в заднице и, пожалуй, единственный ученик, который тратит заработанные баллы не на улучшение собственной жизни, а на оплату штрафов.
— Фтлафов? — нахмурился я, не очень понимая, о чём речь.
— Да, в пансионате запрещено калечить других детей. За это полагается наказание в виде прилюдной порки розгами. Но если у тебя достаточно баллов, то можешь откупиться и проблем не будет.
Ох уж этот папаша. Архаров с самого детства решил в нас культивировать осознание, что мир несправедлив и всегда есть тот, кто сильнее, тот, кому ничего не будет за любое зверство? Да, будет непросто изменить этот мир, если он наполнен такими чудовищами, как мой папаша.
Присмотревшись, я увидел, что за неделю Артём набрал три тысячи баллов. Неслабо… Парень на втором месте шел уже с двумя тысячами. Выходит, Артёмка — местная звёздочка. Золотой мальчик, которому всё можно. Ну ничего, я немного изменю баланс сил. Тэкс… Я в группе трёхлеток и у лучшего здесь… Всего-то тысяча восемьсот баллов. Считайте, что первое место мне обеспечено!
— А сколько баллов спишется за штлаф?
— Тысяча единиц, — пояснил Иван Викторович. — За день ты можешь заработать пятьсот баллов, в неделю — максимум три с половиной тысячи.
— Выходит, Алтём тли лаза в неделю может кого-то покалечить, — произвёл я незамысловатые расчёты.
— Не только может, но и калечит. Сломанные руки, носы, пальцы, порой даже ожоги. Всего этого у нас в избытке. Ну а что поделать? На пути воина травмы неизбежны, — философски сказал куратор. Над нашими головами протяжно завыла сирена. — Идём. Сейчас начнётся обед.
Иван Викторович проводил меня в столовую где пахло… Очень по-разному пахло. Пятьдесят столиков, на восемь человек каждый, расставлены кругом. В центре расположился один большой стол для десяти человек и он был усыпан разнообразными блюдами, начиная от шашлыка и заканчивая различными супами. Мягко говоря, стол ломился от ароматных кушаний.
На других же столах стояли контейнеры с едой. Если это можно назвать едой. Даже издали кормёжка выглядела отвратно. Какая-то бурая жижа с зелёными вкраплениями именно от неё и исходил отвратный запах, перебивающий благоухание еды из центра зала.