Тёмный рассвет(СИ)

— Тише там, — прошептал Джин и наклонился к Майлзу: — Надо спускаться. Затем мы пройдём через кухню, ясно? Не страшно, если рабы увидят нас, но нужно остерегаться их.
— Мы должны отвести Кэда к знахарю…
— Да знаю я! Туда-то я вас и веду. — Джин взял Ли Джо за плечо и подтолкнул его в проход.
Каменные своды глухо отзывались эхом. Майлз шагал осторожно, чтобы его кроссовки не хлюпали. Крепость произвела на него гнетущее впечатление.
Такая большая и ледяная. Он пробирался по коридору и чувствовал себя насекомым. Они миновали бесконечно длинный лаз и вышли к маленькой входной двери, закрытой деревянными щитами. Майлз услышал за ними какую-то возню, а когда Джин крадучись повёл их вперёд, увидел, что за щитами ходят люди. В большом зале рабы накрывали светлыми скатертями длинные дубовые столы. И ещё одна дверь. И ещё один коридор. А вот наконец и кухня, где тоже было много суетившихся людей. Они помешивали варево в больших чугунных котлах, крутили мясо на вертеле. Различные съестные запахи ударили в нос, и Майлз едва не лишился чувств. Он был так голоден, что у него затряслись колени. Но сильнее голода был страх. Десятки глаз воззрились на вновь прибывших.
— Рабы, — коротко объяснил Джин. — Они не донесут на нас. Возьми мешок, оберни его вокруг себя и пошли. А Ли Джо пусть снимет свою дурацкую бейсболку.
“Рабы”, — в удивлении думал Майлз.
На всех одинаковые широкие штаны и просторные короткие робы. Джин был одет точно так же, но на нём всё сидело настолько складно, что эти вещи выглядели почти как нормальная одежда, и Майлз сначала не обратил на них внимания. Теперь же он увидел, что эти бесформенные одеяния к тому же неопределённого бурого цвета, а люди в них казались все на одно лицо.
“Что у них за жизнь? — размышлял он, набрасывая на плечи грубый мешок, чтобы спрятать свою светло-голубую куртку. — У них нет выбора и нет надежды на будущее… От такой безысходности можно рехнуться!”
Ему не пришлось долго пялиться вокруг себя. Джин приоткрыл дверь, и парни оказались на открытом воздухе. Возле кухни был маленький сад с чахлыми фруктовыми деревьями, за ним — двор и, наконец, ряд хибар, ютившихся около высокой чёрной стены, окружавшей крепость.
— Тут опасно, — прошептал Джин. — Это задний двор, и, если кто-либо из них случайно выглянет и увидит нас, мы в беде. Наклоните головы и идите как рабы. — И, шаркая ногами, как старик, он повёл их к хибарам
“Похоже на целый город, — подумал Майлз. — Город, обнесённый стеной и с замком посередине”.
Они благополучно добрались до нужной лачуги, и Джин втолкнул их внутрь.
— Надо же! Нам удалось пробраться, — удивляясь, проворчал он.
Мизерное помещение было вообще тёмным. Возле стены стояла грубо сколоченная скамейка и стол. Посередине лежала груда белья для стирки.
— Мы будем в безопасности тут? — спросил Майлз.
— Мы нигде не будем в безопасности, — резко ответил Джин. — Тут мы сможем раздобыть для вас одежду рабов и чуточку отдохнуть. — И добавил, едва Майлз открыл рот: — Пойду приведу знахаря.
Когда он ушёл, Майлз занялся Кэдом и Ли Джо. Их обоих трясло. Он уложил Кэда и помог Ли Джо перелезть через груду тряпок.
— Снимайте мокрую одежду, — распорядился Майлз.
Он и сам быстро скинул кроссовки и бросил на пол влажную куртку. Затем опустился на колени, чтобы снять с Кэда ботинки. Слепой юноша неподвижно лежал на тонком соломенном тюфяке и ни на что не реагировал. Майлз не на шутку испугался. Входная дверь отворилась, и появился Джин. С ним в помещение вошли ещё два раба. Один — красивый тощий мужчина средних лет со светлыми длинными волосами, собранными в хвост. Поверх робы на нём был надет фартук. Другой — совсем молоденький парень с испуганным лицом.
— Это Прачный. — По тону, с каким Джин произнёс эти слова, стало ясно, что Прачный — имя мужчины. — Он знахарь, а парень — его помощник.
Майлз вздохнул облегчённо.
— Это Кэд, — сказал он.
Никто не шевельнулся, и он продолжил:
— Кэд из Внешнего Мира, его отравили работорговки… наверное, пару дней назад… у него была высокая температура… и он всё время без сознания…
 
— Что это? — Тощий мужчина шагнул в сторону Кэда. Выражение его лица не обещало ничего хорошего. Он сердито повернулся к Джину: — Как ты мог приволочь сюда… этого гада?
Майлз застыл на полу возле ног Кэда.
— О чём вы? Он болен…
— Он – один из них! — Глаза мужчины зло сверкнули. — И не говори, что ты не заметил, — угрожающе обратился он к Джину. — Это совсем понятно!
— Что совсем понятно? — Майлз стиснул руки. — Джин, о чём он говорит?
Горящий взгляд мужчины пронзил Майлза:
— Он колдун.
Майлз окаменел. Не может быть! Он не верил. Кэд — колдун? Такой же, как Сильвион? Как другие Обитатели Ночи? Нет, Кэд вообще не такой. Он не злой и не вредный… Он нормальный, только чересчур красивый и благородный. Он не мог не быть человеком. Однако в глубине души Майлз даже не удивился.
Как ни странно, он был готов к этому. Память рисовала недавние сюжеты.
Вот Кэд в дупле дерева, когда они прятались от Берны и Гэвины, его губы беззвучно шевелятся, и Гэвина говорит:
” Я вообще не могу их учуять”.
Та гончая собака сегодня сказала то же самое:
“Я больше не могу проследить их жизненную энергию”.
Кэд блокировал их. И именно он подсказал залезть на дерево. Он слепой, но он всё видит. Значит, это правда. Майлз медленно повернулся и посмотрел на парня, неподвижно лежавшего на тюфяке. Кэд был в забытьи, только дыхание слабо поднимало его грудь. Влажные волосы прилипли к его голове, как чёрные змеи, лицо было испачкано грязью, ресницы опущены. Каким-то чудом он не утратил ни капли своей безмятежной красоты. Он оставался совершенством, что бы с ним ни происходило.
“Мне всё равно, — решил Майлз. — Возможно, он и ведьмак, но он не похож на Сильвиона. Я знаю, он не может быть злом”.
Обернувшись к Прачному, он заговорил, взвешивая каждое слово:
— Послушайте, я понимаю, что вы не любите колдунов. Но этот парень был с нами целых два дня, и он лишь помогал нам. Взгляните же на него! — Майлз стал терять терпение. — Они приволокли его сюда как раба! С ним обращались ничуть не лучше, чем с нами. Он не на их стороне!
— Тем хуже для него, — равнодушно ответил Прачный, который видел вещи в чёрно-белом свете и не любил напрасных споров.
Его невозможно было переубедить. Большая тонкая рука нырнула под фартук в потайной карман и выхватила оттуда большой кухонный нож.
— Погоди! — вскрикнул Джин.
Прачный даже не взглянул на него.
— Друзья колдунов — не наши друзья, — упрямо проговорил он. — И ты не исключение.
Одним прыжком Джин занял боевую позу.
— Вы правы. Я догадывался, кто он. Сначала я тоже ненавидел его. Но Майлз был прав, он не причинил нам зла!
— А я не упущу случая убить одного из них, — наступал на него Прачный. — И если ты попытаешься остановить меня, ты пожалеешь об этом.
Сердце Майлза бешено стучало. Он смотрел то на высокого мужчину с ножом, то на Джина, который пригнулся, оскалился и прищурился. Они готовы были сцепиться. Майлз оказался в середине треугольника между Кэдом, Джином и Прачным. От ярости он позабыл о своих страхах.
— Брось нож! — гневно крикнул он Прачному. — Ты ничего ему не сделаешь! Как ты можешь?
Он заметил какое-то движение за спиной. Испуганный парень, который до сих пор ничего не говорил, шагнул вперёд. Он неотрывно смотрел на Майлза, тыча в него пальцем.
Он постоял немного с открытым ртом и выдохнул:
— Освободитель!
Майлз еле расслышал его слова и не обратил на них внимания. Он шёл в бой.
— Если вы не будете держаться вместе, у вас никогда не будет шансов на спасение. Как вы сможете получить свободу…
— Это он! — пронзительно крикнул парень. Теперь его услышали все. Он вцепился в плечо Прачному. — Ты слышал, что он сказал? Он пришёл освободить нас!
— О чём ты?.. — Осёкшись, Джин посмотрел на Майлза и насупился. Вдруг его брови в удивлении поднялись вверх, и он выпрямился, выходя из боевой позы. — Хм-м-м!