Доктор Фальк. Тайна серого монаха
В Вансовском произошла стремительная и ужасающая перемена. Осклабившись, он рванулся вперед, через стол, вытянув руки со скрюченными пальцами. Пытался ли он схватить шприц или целил в горло Фальку доктор понять не успел. Урядник Сидоров, все это время наблюдавший за Вансовским, перехватил рывок преступника и уложил его на пол. В руке Александра Петровича появился револьвер, который он навел на лежащего коммерсанта и объявил:
– Федор Романович Вансовский, вы арестованы по подозрению в убийстве Харитона Мельникова, Эдуарда Шиманского и Веры Павловны Шевалдиной.
– Дьявол! – прорычал коммерсант, глядя ненавидящими глазами на Фалька. – Хитрый дьявол! Надо было убить тебя сразу, как только я заподозрил, что ты суешь нос в мои дела! Зря только послушал Харитона!
– В каком смысле? – не понял Василий Оттович.
– Он же догадался! Догадался, что я хочу получить сокровища его предков! И догадался, что вы тоже их ищете! Думаете, он угрожал вам тогда, в ресторане? Черта с два! Он пытался вас предупредить, идиот!
Он рванулся, пытаясь вывернуться из захвата Сидорова, но Александр Петрович с грозным щелчком взвел курок револьвера.
– Рискните, Федор Романович, – почти ласково предложил урядник. – Просто рискните еще разок.
Вансовский оскалился, но сопротивляться перестал и бессильно улегся на пол.
– И, кстати, – хоть это было и не в его правилах, Василий Оттович не смог отказать себе в удовольствии втереть еще немного соли в раны поверженного врага. – Хоть я солгал вам при встрече, но этой ночью я действительно нашел шифр в «Истории Весеннего луга». Так что – да, Федор Романович, я знаю, где лежат сокровища!
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
«Лунная ночь, свидание в старом запущенном саду, пламенные признания в любви…»
А. И. Куприн, 1895 год
– Василий Оттович, напомните никогда не садиться играть в карты против вас, – громогласно расхохотался Неверов.
– Это почему? – недоуменно захлопал ресницами Фальк.
– Да вы же его на блеф поймали, – утирая слезы объяснил Павел Сергеевич. – Погодите… Вы что, правда были уверены в отпечатках?
– Павел Сергеевич, вы же сами мне рассказали, что сыскная полиция начала их применять! – обиженно воскликнул доктор.
– Да! Для того, чтобы повторно пойманные преступники не придумывали себе липовых имен!
– Но вы сказали про суды…
– В Британии, друг мой, в Британии! Я, конечно, предположил, что можно сличить отпечаток с картотекой, но на суде у нас этот метод пока не использовался! 16
Василий Оттович бессильно опустил чашку, которую так и не успел донести до рта, и поник. Дело происходило на следующий день после ареста Вансовского. Фальк, Сидоров, Неверов и Лидия собрались за столом в беседке у доктора чтобы обменяться новостями и обсудить невероятные события прошедшей ночи.
– Не беспокойтесь, Василий Оттович, Вансовский уже наговорил достаточно, чтобы не отвертеться, – успокоил Фалька Сидоров. – К тому же его кучер, Николай, все-таки пришел в себя и сейчас готов рассказать что угодно, лишь бы не попасть на виселицу вместе с хозяином. Но допрос вы, конечно, провели мастерский, снимаю шляпу!
– Да ну вас! – отмахнулся Фальк, заливаясь краской. Яркий цвет его щекам придавали не дружеские насмешки и даже не похвалы, а восхищенный взгляд, которым неотрывно смотрела на него Лидия. Поняв, что доктор видит ее, девушка тут же отвернулась и спросила как бы между делом:
– А все же, что толкнуло Вансовского на эти преступления?
– Алчность, – ответил Сидоров. – Федор Романович переоценил свои силы и вложил в проект пансиона все собственные средства, а потом еще и долгов наделал. Но уже к маю стало понятно, что прибыль его детище начнет приносить нескоро, а вот кредиторы жать были не намерены. Когда Вансовский узнал о сокровищах от Шевалдиной, а Мельников рассказал ему фамильные предания, Федор Романович схватился за их поиски, как утопающий за соломинку. Первое убийство он спланировал великолепно – запугал Веру Павловну рассказами о сером монахе, затем поочередно с кучером стал мозолить ей глаза ночами, а сам тем временем аккуратно наблюдал за жизнью поселка. Зная, насколько приметен инженер Платонов, приказал Николаю украсть его велосипед и оставить следы на месте преступления. Если бы не случайная встреча кучера с Шиманским, мы бы долго пытались вычислить настоящего душегуба. Однако шантаж поляка заставил его делать ошибки, благодаря которым Василию Оттовичу удалось его вычислить. И мы действительно остановили его вовремя – Вансовский уверился, что драгоценности спрятаны где-то под домом Шкляревских. Он даже начал присматриваться к их даче, чтобы проникнуть внутрь, но шантаж Шиманского и экспромт доктора Фалька отвлекли его. Думаю, не стоит говорить, как близка к гибели была Екатерина Юрьевна…
– Так и поверишь в истории о проклятых кладах! – задумчиво выпустил колечко дыма Неверов. – Из-за этих ценностей погибли монахи и жители деревни много веков назад, а теперь еще три человека прямо в наше с вами цивилизованное время. Может, и хорошо, что их не удалось найти…
– Кстати, об этом! – хлопнул себя по лбу урядник. – Василий Оттович же заявил Вансовскому, что действительно обнаружил шифр и разгадал тайну книги!
– Как?! – пораженно уставились на доктора Лидия и Павел Сергеевич.
– Ах, вот вы о чем, – скромно потупился Фальк. – Да, понимаете, в какой-то момент я взглянул на соседнюю с картой страницу под немного другим углом и понял, что первые буквы каждого предложения на ней складываются в слова. Секундочку…
Доктор захлопал себя по карманам пиджака и наконец извлек на свет божий сложенный листок бумаги. Он развернул его и положил в центр стола, так, чтобы все могли увидеть написанную на нем фразу. Лидия, Неверов и Сидоров, вытянув шеи, почтительно уставились на его находку, однако очень быстро благоговение на их лицах сменилось недоумением.
– Что? – испугался Фальк. – Что случилось?
– Василий Оттович, вам-то, возможно, все понятно, – проворчал Павел Сергеевич. – Но не могли бы вы перевести свою писанину для людей, которые не знают немецкого?
– Ах, да, конечно! – оценил всю степень конфуза доктор. – Простите! Тут написано: «Сокровища ищи под дубом в 30 шагах на север от дома Ларссона».
– Ооо, – уважительно протянула троица слушателей и замолчала. Затем гости Фалька начали неуверенно переглядываться между собой. И, наконец, Лидия озвучила мучающий всех вопрос:
– А где этот дом Ларссона?
– Гм, вот тут возникла некоторая заминка, – потупился Василий Оттович. – На карте кроме монастыря, кирхи и постоялого двора нет никаких условных обозначений. А домов около пятнадцати…
– Хотите сказать, нам нужно еще попытаться понять, где раньше стояли пятнадцать домов, отмерить от них примерно тридцать шагов на север, и надеяться, что мы уткнемся в дуб, который никуда не делся за несколько веков? – подытожил Сидоров.
– Понятное дело, что это потребует очень точных расчетов… – сел было на своего любимого конька Фальк, но его оборвал Неверов, который выпустил очередное дымное кольцо и философски промолвил:
– Как я и говорил, может и хорошо, что нам не удалось эти сокровища…
Спорить с ним Фальк уже не стал.
Гости просидели до самого вечера, бесконечно обсуждая подробности завершившегося дела и приключения, выпавшие на долю каждого из участников. Вот уже солнце зашло за верхушки деревьев, удлинив тени и окрасив все кругом в теплые цвета. Закончился чай в самоваре. Застрекотали сверчки.
– Что ж, пора бы мне домой, а то супруга не поймет, – извиняющимся тоном заявил Неверов, поднимаясь из-за стола. – Спасибо, господа, развлекли старика! Хотя, конечно, не для того я перебирался в Зеленый луг чтобы снова очутиться посреди уголовного расследования!
– Да уж, хотелось бы вернуться обратно к дракам по пьяной лавочке и мелким дачным кражам, – поддержал его Сидоров. – Все эти революционеры и работники за сокровищами порядком потрепали нервы. И Василий Оттович, будьте так любезны, ежели вдруг случится в Зеленом луге новое преступление, не пытайтесь помогать полиции. Два свидания со смертью за одну неделю для доктора на отдыхе – это, наверное, все же чересчур!