Доктор Фальк. Тайна серого монаха

– Я предупреждал, – заметил здоровяк. – Доволен?
– Поаккуратнее там, стул сломаешь! – громким шепотом осадил его маленький суетливый напарник. Голос тоже показался знакомым.
– Не сломаю, – отрезал крупный тип. – Свое дело знаю.
Мелкий лишь пожал плечами и отступил в тень. А громила развернулся обратно к Фальку.
– Отвечать будешь?
– Но вы же не задали пока ни одного вопроса, – прохрипел Василий Оттович, за что получил еще одну оплеуху.
– Не люблю, когда умничают, – сообщил ему здоровяк.
– Может, ты перестанешь его бить и действительно начнешь задавать вопросы? – вновь влез напарник.
– Может, ты перестанешь мне под руку говорить? – осведомился громила. Суетливый человечек вновь отступил.
– Итак, чего ты знаешь о Платонове? – обратился к Фальку здоровяк.
– Что? – не понял доктор.
– Чего знаешь о Платонове, спрашиваю! И кому ты успел об этом рассказать? – рявкнул громила.
– Я ничего не знаю о Платонове! Только то, что он инженер и сейчас арестован по подозрению в убийстве!
– А пару часов назад совсем другие песни пел! – усмехнулся под маской здоровяк.
– Кто вам такое сказал? – уточнил Фальк, за что получил еще один удар.
– Вопросы здесь я задаю! – рыкнул громила. – Кто надо, тот и сказал. Мол, ты болтал что-то про дело Платонова! Говори давай!
Он взял Василия Оттовича за плечи и хорошенько встряхнул в месте с креслом. От головной боли, пронзившей тело, словно электрический разряд, Фальку захотелось лечь и сжаться в комочек. Сделать это, будучи привязанным к креслу, оказалось затруднительно. Оставалось лишь проскрести ногтями подлокотники. Но даже сквозь боль доктор заметил, что кресло, как и опасался суетливый человечек, действительно дышало на ладан. Василий Оттович не сомневался, что в его силах разломать сиденье и выпутаться из веревок, но делать это, пока над ним нависает злобный громила было бесполезно.
– Я ничего подобного не говорил! – процедил сквозь зубы Фальк. Громила повернулся и кинул вопросительный взгляд на напарника.
– Врет, – поспешно ответил суетливый. И в этот момент для Фалька все стало на свои места. Он понял, откуда знает этот силуэт и голос. И даже почему ему кажется знакомым кресло, к которому его привязали. Но у всех откровений есть свой час, и время выкладывать все карты еще не настало.
– Видишь? Говорят, что ты врешь. Подумаешь или мне еще разок тебя приголубить? – уточнил здоровяк.
– Подумаю, – согласился Василий Оттович. – Я узнал, что он похитил чужие деньги. Баснословную сумму.
– Петя? Баснословную сумму? Да быть такого не может! – хохотнул здоровяк.
– Может! Ради нее он человека убил. А вам что, не сказал? – уточнил Фальк. Подельники снова переглянулись. – Про Шевалдину слышали? Это он ее.
– Нет-нет-нет, он клялся, что не его рук дело! – взволновано вскричал суетливый.
– А сам нашел клад на тысячи рублей и припрятал его, – заметил доктор.
– Брешешь! – рыкнул громила. – Как пить дать, брешешь! Откуда ты-то об этом знаешь?
– А я нашел, где клад был спрятан, – уверенно ответил Фальк. – По шевалдинским следам. И сокровищ там не было. А Шевалдину убили. У кого в таком случае ценности остались?
– И где он их спрятал по-твоему? – спросил здоровяк.
– Не знаю. При обыске их не нашли, но, может, плохо искали…
– Гы-гы, этим олухам ничего доверить нельзя! – подтвердил громила. – Ладно, положим, ты мне правду сказал… Сделаем так: я сейчас наведаюсь к Платонову на дачку и посмотрю, чего и где он там спрятать мог. А потом подумаю, что с тобой делать. Но если я там ничего не найду и пойму, что ты мне тут сказки рассказывал…
Он грозно провел ладонью по горлу и повернулся к напарнику:
– Ты! Охраняй его! Так, чтобы не рыпался!
– Я? Да ты его видел? Он же, если захочет, меня одной рукой скрутит!
– Не боись, я тебе пистолет дам! – хохотнул громила и действительно достал из-за спины револьвер. Он протянул оружие напарнику. Тот аккуратно принял пистолет дрожащими руками. От взгляда здоровяка это не укрылось: – Как пользоваться-то знаешь?
 
– Разберусь! – огрызнулся суетливый. Оружие в руках придало ему уверенности.
– Вот и хорошо! Давай, скоро вернусь! – с этими словами здоровяк скрылся в темноте.
Фальк дал ему десять минут, внимательно наблюдая за своим сторожем. Нервный человечек не находил себе места. Он то ходил взад-вперед по подвалу, то усаживался на сваленные в углу ящики, то картинно целился в пространство из револьвера. Этим доктор и решил воспользоваться.
– Аркадий, – тихонько позвал Василий Оттович.
– Что?! – охранник вскочил с ящика, на который он в очередной раз примостился.
– Подойди, – сказал Фальк.
– Чего?! Да откуда ты… – суетливый осекся, поняв, что его раскрыли и нервно спросил. – Как ты понял?
– Ты мне сразу показался знакомым. Как и кресло – это же старое, из курзала? – уточнил Фальк. – Не важно. Я окончательно догадался, когда твой друг решил проверить у тебя, говорю ли я правду про Платонова. Я ведь действительно ляпнул про него на вечере в «Швейцарии», но меня слышали только два человека: Неверов и ты, когда подошел к нам с шампанским. Дальше все встало на свои места…
– Черт возьми, Фальк! – доктору показалось, что распорядитель курзала сейчас расплачется. – Ну зачем?! Зачем ты это сказал? Ты же понимаешь, что мы тебя теперь не можем выпустить живым?
– А вы и так бы меня не выпустили, – резонно заметил Василий Оттович. – Но у меня есть к тебе предложение.
– Предложение? – недоверчиво переспросил Аркадий.
– Да, – кивнул Фальк. – Видишь ли, я собрал твоему приятелю. Платонов действительно украл деньги. Но я знаю, куда он их спрятал. Точнее, у кого.
– У Шкляревской? – быстро спросил распорядитель.
– Да! – ответил доктор. – Видишь, ты же умный парень! Шкляревская от меня без ума! Если попрошу – отдаст все деньги. Как насчет половины, а? Там хватит денег, чтобы хоть свой дом купить, хоть заграницу бежать…
Фальк с каждым словом все больше и больше понижал голос, под конец затихнув до таинственного шепота. Завороженный его словами Аркадий подходил все ближе и ближе, чтобы ничего не пропустить.
– А как же… – начал было распорядитель, но спохватился, не назвав имени.
– Твой приятель? – уточнил Василий Оттович. – Нет, если хочешь, можешь с ним тоже поделиться. Но он не производит впечатление щедрого человека. Как тебе такой вариант – сдать его полиции?
– Нет-нет, так нельзя! – в ужасе отшатнулся Аркадий. – Если что не так – его дружки меня убьют!
– Хорошо, хорошо, как скажешь, – закивал Фальк, а затем воровато огляделся, подался вперед и шепнул: – Тогда как тебе такой вариант?
– Какой? – нагнулся к нему Аркадий. Этого доктор и ждал. Несмотря на дикую головную боль он со всей силы боднул распорядителя лбом. Тот взвыл и отшатнулся, выронив пистолет. Руки Аркадий прижал к носу, из которого бил фонтан крови. Фальк же не стал терять времени – он невероятным усилием воли напряг мышцы, заставив старое кресло печально скрипнуть. Подлокотники с громким треском оторвались. За ними начало разваливаться и само кресло, позволяя Василию Оттовичу встать. Увидев это, Аркадий рванулся вперед в надежде поднять оброненный пистолет. Фальк не дал ему это сделать. Размахнувшись, он пнул распорядителя в лицо носком туфли. Удар пришелся по уже сломанному носу, отчего Аркадий жалобно пискнул и упал, на вид лишившись чувств.
Василий Оттович быстро выпутался из веревок и обломков кресла. Он поднял с пола револьвер и проверил, заряжен ли он. Пуль внутри оказалось всего четыре, но Фальк и не намеревался стрелять из оружия.
– Как? – плачущим голосом проныл с пола распорядитель. – Как вы так смогли?
– Ты где был, когда мы японцами воевали? – спросил доктор.
– В Петербурге. Половым служил…
– Вот и я служил, – откликнулся Фальк. – Только не в Петербурге, и не половым. Встать! Руки за спину!
Быстро, но надежно связав Аркадия, Василий Оттович оставил распорядителя в подвале, а сам взял револьвер и лампу и поднялся на первый этаж. Помещение оказалось незнакомым, но вот запахи и обстановка подсказывали, что Фальк оказался в подсобной части курзала, куда отдыхающие никогда не заходили. Оказавшись у дверей на улицу, доктор прикрутил фитиль лампы, дождался, пока глаза привыкнут к темноте, и осторожно выскользнул на улицу. Ему удалось сделать лишь пару шагов прежде, чем его окрикнул знакомый грозный голос: