Хранительница Леса (СИ)
С каждой выкачкой магии я все больше слабела и медленнее восстанавливалась. Сил не было совсем. Я была истощена и физически и морально. На душе было настолько тоскливо, что хотелось удавиться.
Из-за слабости я почти все время спала или дремала. Иногда сквозь сон я слышала крики других девушек в соседних камерах. Сердце замирало от страха, хотелось куда-то убежать и спрятаться, но даже просто поднять веки не хватало сил.
После одной из таких «процедур», проваливаясь в темноту, услышала, как один из присутствующих мужчин сказал:
— Наложите стазис на три дня. Ее надо подготовить к ритуалу. Остальных тоже.
Проснулась я хорошо отдохнувшей. Мне снился Лаириэль. Счастливо улыбнулась, потянулась…… и в испуге открыла глаза. Хватило мгновения, чтобы осознать, где я нахожусь. Приподняв голову и оглядевшись насколько это было возможным, со стоном откинула голову назад.
Это был большой ритуальный зал. Большие кованые двери закрыты. Окон в помещении не было, но на стенах ярко пылали факелы. В центре зала на подставке находилась довольно большая чаша. Присмотревшись, поняла, что ритуальная. На ней были выбиты и украшены черными и красными камнями руны.
Я, как и другие девушки, лежала на холодном камне, похожем на алтарь. Руки и ноги зафиксированы. Сделала пару попыток освободиться, но не смогла. Да и фиксаторы не простые — блокируют магию, даже эльфийскую. Еще раз осмотревшись, поняла, что все камни с девушками находились недалеко от чаши в определенном порядке. Шесть камней стояли перпендикулярно ей, а девушки, что лежали на алтарях могли видеть только других девушек и стены помещения. Еще шесть камней были расположены под небольшим углом слева и шесть под небольшим углом справа от основных шести алтарей. Три каменные плиты своим расположением напоминали стрелу, почти упирающуюся в ритуальную чашу. К ней шли желобки, которые начинались у выемки в камне под рукой девушки.
Дальнейший осмотр помещения прервал появившийся мужчина в черном балахоне. Окинув беглым взглядом нас, он хлопнул в ладоши, потер их и весело сказал:
— Все пришли уже в себя. Отлично! Скоро приступим. Не скучайте, — засмеявшись над, только одному ему понятной, шуткой, он направился к выходу из помещения.
Девушки стали кричать, просить отпустить их, пытаясь освободить руки или ноги.
— Да-да-да! Все это я слышу уже не в первый раз. Ничего нового… — мужчина показательно вздохнул.
— Хотя, нет! Можете кричать, если хотите, — вас все равно никто не услышит, — от наших завываний, стенаний, страха он получал истинное наслаждение, даже не пытаясь скрыть свои чувства. — Можете успокоить себя тем, что не вы первые и не вы последние. Не калечьте зря руки и ноги. Это не поможет. Еще никто не смог отсюда вырваться. Живым, — он откровенно заржал после этих слов и вышел за дверь.
У меня от его зловещего смеха мороз по коже пробежал. Ужас, отчаянье захватило всех, меня в том числе. Я как-то вдруг поняла, что это конец, что не будет больше ничего в моей жизни, что не будет вообще никакой жизни…
Меня накрыло отчаяньем, безнадежностью, безысходностью, а затем злостью и яростью на тех, кто решил, что может решать за меня, сколько и как прожить мне жизнь. В сильнейшем душевном порыве я стала звать Риэля, вкладывая в свой Зов все свои эмоции, которые испытывала на данный момент. Я даже не замечала, что из моих глаз лились слезы. Лежа на камне, мысленно вспоминала его сапфировые глаза, которые светились, когда он смотрел на меня, его длинные белые волосы, перевязанные в сложную косу, его слегка надменный вид и легкую улыбку на губах… В этот момент я осознала, что люблю его давно и безоговорочно. И теперь я даже не смогу ему об этом сказать…. Всю глубину своей любви я мысленно попыталась передать ему….
И где-то далеко, на грани сознания, мне показалось, что я почувствовала отклик на свой Зов. Хотя, разве это возможно?
Время шло, завывания девушек как-то сами собой сошли на нет. И когда я, лежа на холодном камне, почти окончательно замерзла, дверь в помещение открылась и один за другим стали заходить люди в черных балахонах и красных масках с факелами в руках. Выглядело это зловеще, так как блики огня отражались на их лицах и масках в довольно темном помещении. Еще при первых криках девушек впереди идущий мужчина сделал пасс рукой и наступила тишина. От страха я закричала, повторно срывая горло, но не издав при этом ни звука. Попыталась еще раз освободить руки, но все было тщетно.
— Держись. Я иду к тебе, — я как будто слышала голос Риэля в голове.
Но нет. Это скорее всего его эмоции. Страх не дал задуматься о том, могло ли это быть правдой. Я решила, что от горя сошла с ума. Ну и ладно, все равно помирать. Главное, что у брата есть опекун, который позаботится о нем.
Тем временем, процессия из людей в черных балахонах и красных масках полностью зашла в помещение.
Они встали кругом вокруг жертв: один человек в балахоне напротив одного камня, на котором лежала девушка. В отсвете факелов на полу блеснули выбитые на камне руны. Факелы вставили в держатели, установленные в полу. В руке, в которой ранее был факел, каждый черный балахон теперь держал ритуальный нож острием кверху.
Один из пришедших стал славить Темного бога Хора, призывая его вернуться в этот мир. Призыв подхватил другой мужчина, рассказывая, что «Орден чистой крови» восстановлен и готов служить своему господину. Следующий участник ритуала подтвердил, что бога Хора помнят и ждут его возвращения. И так далее по кругу. После каждого призыва, все дружно кричали: «Хор! Бог Хор!», а руны на камнях проявлялись все четче и четче.
Последний участник ритуала, призывая Темного Бога, говорил о том, что все присутствующие здесь приложили огромные усилия и нашли для проведения ритуала магически сильных и одаренных жертв, которых преподносят ему как дары.
С последним словом я увидела, что руны на полу налились силой. Ритуал работал.
Пока слушала этот бред выступающих, пришла к выводу, что «Орден чистой крови», который существовал более пятисот лет назад, искоренить полностью не смогли. Он возродился. То, что происходит здесь и сейчас — тому подтверждение.
Времена, когда в империи этот Орден имел власть и влияние, в истории названы темными. Это было время страха, ритуальных убийств, кровавых жертвоприношений. Только дойдя до отчаяния, народ объединился и уничтожил эту заразу. Как оказалось — не до конца.
От этого бреда голова у меня раскалывалась, я дрожала, даже не знаю от чего: от страха или от холода. Я перестала ясно соображать. Была в какой-то прострации.
Тут один из черных балахонов затянул заунывную песню, в которой проскальзывал все тот же призыв: «Хор! Бог Хор!». Постепенно к нему присоединились и другие. Песня оборвалась на высокой ноте с призывом к Темному Богу. Сразу же все шагнули к своим жертвам и ритуальным ножом сделали надрез на запястье руки, которая находилась над желобом. Потекли первые капли, а затем и ручейки крови в ритуальную чашу……
Я лежала на алтарном камне. Мне казалось, что воздух становится плотнее и тяжелее. Как будто плита потихоньку опускается на тело и появляется усталость. Я чувствовала, как с каждой каплей крови через вену утекает жизнь из моего тела.
Пытаясь отвлечься от реальности, я вспоминала Лаириэля и Александра — самых близких, родных и любимых для меня людей. Вернее, эльфа и человека. Слезы текли из моих глаз. Я горько сожалела, что уйду такой молодой, не испытав ни счастья семейной жизни, ни счастья материнства. Я вспоминала самые счастливые моменты своей жизни и всем сердцем желала, чтобы у Риэля и Алекса в жизни сложилось все хорошо. Не так, как у меня. Как жаль, что я уже во второй раз ухожу молодой….
Голова сильно кружилась, пальцы на руках и ногах немели, дышать становилось все тяжелее и тяжелее… Уже теряя сознание, услышала взрыв где-то в районе двери, а затем краем глаза увидела вспышку в ритуальной чаше. Волна магии, которая пронеслась от чаши к стенам, выбила весь воздух из груди, а вдохнуть не получалось, не хватало сил….