Страж. Часть 2 (СИ)

Губы Дамьена замерли на щеке Тайрин.
– Н-н-нет, – простонал Дамьен.
– Смирись. Не тебе перечить… …воле твоей матери.
– Мы еще поборемся с ними за пальму первенства, – улыбнулся Дамьен.
– Только никому не говори… Вдруг Тильда и Райлих… …не помнят этого разговора?
– Тогда у нас тем более есть шанс присвоить это имя! – он воодушевленно погладил кончики ее ушей.
Тайрин сомлела.
– Как прошло… …с выходом? – спросила она.
– О-о-о, – Дамьен хмыкнул. – Мы конечно всего ожидали, но только не того, что получили.
– Да? – Тайрин нахмурилась.
– Котенок, как только тебя переведут, мы с тобой вместе посмотрим новости. Обещаю, что ты будешь крайне удивлена.
– Да? Скажи сейчас!
– Сейчас ты будешь отдыхать. А о твоем безобразном поведении в баре мы поговорим позже.
– Ты про Ричарда Югалу? – она тяжело вздохнула.
– Нет, – прошептал Дамьен, – я про три пули в твоей спине.
– Ты жив… И я выжила… Так что… – она закрыла глаза и начала посапывать.
– Спи, – он поцеловал ее горячий лоб. – Я буду неподалеку.
***
– Тильда?
Она распахнула слипшиеся веки, мельком взглянула на Далия и снова закрыла глаза.
– Я знаю, что ты меня слышишь, – произнес Далий.
Она ничего не ответила.
– Мортон хотел тебя увидеть, но он не близкий родственник и не муж, и даже не жених, поэтому его не пускают. Но если ты скажешь врачу, что хочешь его увидеть, Мортона пропустят к тебе.
Тильда молчала.
Далий понял, что и сегодня разговаривать с ним она не будет. Молчание длилось уже вторые сутки, и это сильно беспокоило Далия. Тильда снова закрылась в себе и никого не пускала.
– У Тайрин и Райлиха все хорошо, – делился новостями Далий. – Завтра их переведут из реанимации в обычное отделение. И тебя переведут, если твои показатели будут стабильными. Лой сегодня выписали из больницы. От консультации психолога она наотрез отказалась. Она ни разу не зашла к Райлиху, чтобы навестить его, хотя и Фийери, и Дамьен предлагали отвести ее к нему. Фийери сказал, что Райлих рвался перевестись из реанимации уже сегодня, лишь бы Лой увидеть, но врачи не позволили. Мы установили личность убийц: первый – это Винс Лоукс, а второй – Стэн Коуп. Во время допроса этого Коупа опознала одна из сотрудниц клуба Югалы. Она призналась, что знала его как «Голиафа» и он был ее куратором из «Кольда». Так же она рассказала, что этот «Голиаф» курировал Сюзанну Виен и многих других. Для похищения заложников и слежки за тобой Дебуа в общей сложности нанял пятьдесят восемь человек. Большинство из них скрылись, а с теми, кого мы задержали, пока не понятно, что делать. Скорее всего, придется передать их в руки полиции. Никто из «Кольда» до сих пор не выходит с нами на связь. Их телефоны недоступны. Я отправил стражей к ним в офис, но здание пустует и рабочие выносят оттуда мебель. Есть еще новости. Хотя… Сейчас я ничего не буду тебе говорить: сама потом все увидишь. Врачи говорят, что, если ты не начнешь есть, они поставят тебе трубку в желудок и будут кормить насильно. Еще к тебе вызвали психолога. Если ты не начнешь с ним общаться, то вызовут психиатра, и он назначит тебе препараты. Я не пугаю тебя, нет, но повторения истории, которая была после взрыва, не хочу. Поговори с психологом и начинай есть.
Медсестра подала Далию знак, что пора уходить.
– Все, мое время истекло, – Далий погладил сестру по щеке. – Будь умницей и веди себя хорошо. Завтра увидимся.
Далий вышел из отделения интенсивной терапии и присел на стул рядом с Мортоном.
– Ну что? – спросил Мортон, глядя на кофейный автомат, который стоял прямо напротив него.
– Молчит. Врач сказал, что с утра она показала средний палец медсестре, когда та попыталась насильно ее накормить. Если не начнет есть, ей точно поставят зонд и завтра никуда не переведут. Психолог придет сегодня, но я не думаю, что он тут поможет. После взрыва пришлось привлекать психиатра.
– И сколько длилась ее депрессия после взрыва? – спросил Мортон.
– Четыре месяца, – ответил Далий.
– Я знаю, что взрыватель неслучайно взорвал ее дом. Знаю, что это была ее спецоперация.
 
– Откуда? – сдавленно произнес Далий.
– Подслушал их разговор с Майклом. Они говорили с ним и об этом тоже. А с тобой? – Мортон повернулся к Далию лицом. – С тобой она когда-нибудь это обсуждала?
– Нет, – покачал головой Далий.
– Тогда, почему смогла поговорить об этом с Майклом? – задумался Мортон.
– Потому что Майкл ей никто, – ответил Далий. – Она никогда не обсуждала со мной свои проблемы. Для старшего брата у нее все было либо прекрасно, либо, – он задумался, – «отвали». Сейчас она опять ушла в себя и закрыла дверь. Может, сразу вызвать психиатра? – задумался Далий. – У меня есть телефон врача, который ее лечил.
– Подожди до завтра, – тяжело вздохнул Мортон.
– Я боюсь, что завтра ничего не изменится, и мы просто тянем время, – Далий встал. – Сегодня Дебуа подал иск против Эйлин за нарушение адвокатской тайны, а адвокат Югалы подал заявление на Тайрин. Я потяну время на предварительном расследовании обоих случаев, но потом… Черт… – Далий почесал затылок. – Я все жду, когда меня освободят с этой проклятой должности, но похоже все забыли, что я только исполняю чьи-то обязанности.
– Никто не снимет тебя с этой должности, – Мортон даже улыбнулся. – И не надейся.
– Это шутка? – Далий смотрел на него, как на полоумного.
– Нет, – покачал головой Мортон. – Ты же справляешься, так зачем тебя заменять кем-то, кто может не справиться?
– Пора начать дерьмово работать? Это твой совет? – Далий усмехнулся.
– Ты не умеешь дерьмово работать, Далий. Так что выдохни и смирись.
– Майкл Критс дал показания по делу Клэр Дебуа. Он утверждает, что никакой фальсификации не было, а Габриэль Норама в доме Дебуа не находилась. Дамьен заявил, что ни о какой истории с морфином вообще никогда не слышал. Лой говорит то же самое. Осталось только тебя опросить.
– Я не знаю ни о какой истории с морфином, – Мортон взглянул на Далия. – И дам соответствующие показания.
– Я так и думал, – Далий отвернулся. – Очередной семейный секрет, о котором знают все, но все молчат.
– Ты закроешь дело? – спросил его Мортон.
– Да, закрою.
– Дебуа все равно будет требовать его пересмотра, – Мортон перевел взгляд на кофейный автомат.
– В моем кабинете есть много бумаги, чтобы распечатывать на ней ответы на запросы Дебуа. Тем более, что долго отвечать на его жалобы не придется: Фийери подгоняет меня с подготовкой дела Дебуа и обещает, что не позволит затянуть судебное разбирательство.
– Не хочет, чтобы Дебуа умер от рака раньше, чем получит пулю в затылок?
– Именно, – кивнул Далий. – Как думаешь, Дебуа подаст встречный иск против меня? Я ведь ему все-таки нос сломал?
– Размениваться по мелочам он не станет, – Мортон с грустью улыбнулся. – Вцепится в Эйлин на суде и начнет измываться над ней, чтобы потрепать нервы Фийери и тебе. К этому ты должен быть готов, а не к иску о физическом и моральном ущербе.
– Посмотрим, что будет. Ладно, мне в офис пора. Не прощаюсь, – ответил Далий и пошел прочь.
***
Мортон встал, подошел к дверям в отделение интенсивной терапии и позвонил в звонок.
Открыла девушка и уставилась на Мортона:
– Вам же сказали, что вас не положено пускать! – твердо заявила она.
– А я слышал, что Тильда Свен просила меня позвать, – Мортон достал из кармана сверток из купюр, перетянутый резинкой, и бросил его в карман халата девушки.
Та быстро осмотрелась по сторонам.
– Пять минут! – сообщила она.
– Двадцать минут, – ответил Мортон. – И получите хорошие чаевые, когда я буду уходить.
 
– Быстрее! – шикнула она. – Вас еще надо переодеть. Если что, скажете, что вы консультант из другой больницы.
– Да не вопрос, – хмыкнул Мортон.
***
– Ну что, любимая, – Мортон в белом халате подошел к ее кровати, – я же обещал, что поцелую тебя губы, если вернешься живой? – он наклонился к ее лицу.