Гарем стервозных мажорок (СИ)

Вскоре свернули на какую-то боковую дорогу в красивом сквере. Через пару десятков метров показалось иллюминированное трехэтажное здание с огромной неоновой вывеской — «Эскрайм». Девушка заехала на небольшую стоянку и припарковалась слева.
— Вот и приехали, — вздохнула она и нервно прикрыла ротик ладонями на несколько секунд.
  
Глава 12
 
Виктор смотрел на девушку и шестым чувством ощущал её волнение и мандраж.
— Милый, вещи можешь здесь оставить. Всё, пора! — выдохнула она и открыла дверь машины.
Виктор не стал спорить и оставил сумочку на заднем сиденье, хотя в глубине души понимал, что своё лучше держать при себе. Она заблокировала машину, подошла к нему и стала напротив:
— Пожалуйста, пообещай, что ты будешь вести себя спокойно и благоразумно, молчать и не вмешиваться, — она серьезно, но в тоже время умильно смотрела ему в глаза.
Удивленный такой вежливостью, Виктор даже улыбнулся:
— Я так и сделаю, раз ты просишь!
«По-моему, слово „пожалуйста“ я от неё слышу впервые, это что-то новенькое», — он смотрел ей в глаза, которые находил сейчас, в этот момент, очень красивыми.
— Пойдем, возьми меня за руку ненадолго, — девушка сама взяла его ладонь своею.
Стоянка была почти пустая, было всего три машины, очень дорогих на вид — Виктора это заинтриговало. Они двинулись в сторону здания, которое было метрах в пятидесяти от стоянки — к нему вели три мощёные дорожки, обсаженные липами. Само здание было построено в итальянском стиле девятнадцатого века: оно имело небольшие колонны по бокам, много лепнины и блекло-зеленые тона фасада, перемешанные с белым. По углам оно было подсвечено прожекторами, что вкупе с сияющей вывеской придавало окружающей территории налёт венецианской карнавальной ночи. По мере приближения слышалась музыка.
— Здесь очень умиротворенная атмосфера, — произнес Виктор через несколько шагов.
— Да, хорошее место, здесь всегда можно оторваться, ну и дуэльный зал здесь — лучший в городе. Но что-то сегодня здесь тихо, очень странно это, — ответила Анжелика, чуть сжав его ладонь.
— Почему?
— Обычно в такое время здесь яблоку негде упасть, а столики и ложи надо бронировать за три дня. Всем, кроме меня, — в её голосе послышалось самодовольство.
— Вот как?
— У меня абонемент, я плачу всего девять тысяч в месяц, и могу приходить в любое время с двумя сопровождающими и получать всё, что душа пожелает — любые развлечения.
— Только ты одна имеешь абонемент?
— Да, милый!
«Видимо, весьма нормальная сумма по здешним меркам, учитывая наличествующую у меня на руках в три раза меньше», — прикинул Виктор и заодно пожалел, что оставил свои вещички в машине.
Музыка становилась слышна всё более отчетливо, и скоро они подошли ко входу. Анжелика отпустила его руку, открыла сумочку и через полминуты поисков достала оттуда какой-то ключ, который приложила к черному кругу слева от массивных входных дверей.
Что-то щелкнуло, загорелся зеленый датчик.
— Можно заходить, — она показала жестом, чтобы он открыл створку двери.
«Тяжелая хрень», — удивился Виктор, пропуская её вперед.
Они попали в узкий вестибюльчик, из которого по мрачновато освещенным коридорам можно было пройти в две стороны. Музыка уже гремела на полную — Виктору она напомнила индастриал-поп, вполне конкретные композиции. Немного в глубине вестибюльчика была небольшая кафедра, похожая на те, которые используются в брифингах американских президентов — Виктор немного напрягло то, что сверху там всё было зашторено плотной алой шторкой с бахромой.
— Подожди секунду, — девушка сделала три шага, отдернула шторку, и Виктора как будто ударило током: на черной стене был нарисован золотой квадрат с ребрами примерно в полметра каждое, внутри него — серебристо-голубоватый круг, и внутри круга — знакомый Виктору кислотно-зеленый треугольник. 
Анжелика дотронулась до него, постояла пару секунд и задернула шторку.
— Что это такое? — спросил потрясенный Виктор, которого снова начала накрывать экзистенциальный страх. 
 
— Так, на удачу. Пойдем, — Анжелика показала рукой на левый коридор.
— Что это за знак? — спросил он ещё раз более грубо.
— Это тебе ни о чём не скажет — это наши, аристократические заморочки, а знак называется Парадоксом Блаженства, — махнула рукой девушка.
— Расскажи!
— Милый, ну потом, это всё философские глупости и выдумки для больных на голову искателей всяких древностей, есть реально поведенные на этом идиоты, — она взяла его за ладонь и двинулась по коридору.
Виктор двинулся за ней, рассматривая странные психоделические узоры на темно-золотистых обоях. 
— У тебя рука дрожит или мне кажется? — удивленно спросила она через пару шагов.
— Местечко необычное — волнуюсь я, — быстро ответил он.
— Со мной ты в безопасности, расслабься, милый! — она хихикнула и ещё более нежно сжала его ладонь.
Подошли и Анжелика открыла резную деревянную дверь — они оказались в очень просторном зале. Пройдя несколько шагов, девушка остановилась и скрестила руки — ей навстречу из-за барной стойки уже спешила дама в черно-белом строгом костюме, пепельная блондинка со следами былой красоты на лице. Пока она шла, Виктор успел рассмотреть зал: завешанные красными портьерами индивидуальные ложи на противоположной от входа стороне, красное ковровое покрытие, барная стойка из макассарского эбенового дерева, две огромных люстры со стразами. Ближе к двери на другой стороне этого внушительного зала развалились в креслах за одним из стоящих в зале столов два парня в черных, старомодных на вкус Виктора, костюмах.
— Здравствуйте, Анжелика Георгиевна! Очень рады приветствовать вас в нашем заведении! — с подобострастием произнесла дамочка, став за три шага перед ними и слащаво улыбаясь.
— Привет, Света! Что за музыка дурацкая орёт?
— Сейчас выключим, Анжелика Георгиевна, не беспокойтесь! — администратор сложила ладони в замочек.
— Я по делу.
— Конечно-конечно — вас уже ждут, позвольте вас проводить на третий этаж!
— Не надо, мы сами. Минут через двадцать подайте нам горячий шоколад и вишню с коньяком, — довольно властно взмахнула рукой Анжелика и пошла в сторону двери-выхода.
«Здоровенный ресторан, но совсем пустой — странно! А её реально здесь знают, ходят на задних лапках, по отчеству величают», — Виктор окончательно понял, что его спутница — действительно довольно мажористая особа.
Проходили посреди зала — между столиками справа и портьерами слева, и Виктор не переставал восхищаться стилем этого заведения. Когда уже почти подошли к выходу, сбоку, со стороны стола, раздался глумливый голос:
— Опаньки, Корка-Икорка, а что это тебя не видно давно? Говорят, предки тебя с довольствия сняли и ты уже на паперти скоро денежку будешь зашибать — не хватает на жизнь, да?
Девушка резко остановилась, и шедший сбоку Виктор увидел, как она сжала губы, а на её лице появилось выражение холодной злости. Он чуть оглянулся и увидел краем глаза, как всплеснула руками и сильно побледнела идущая за ними администратор.
— Пошел на х*й, Трубецкой! — Анжелика немного повернулась корпусом к их столу и в упор посмотрела на спрашивающего.
Виктор увидел, как у обоих парней — довольно молодых, очень худощавых и бледных очкариков, сразу пропали улыбки на лицах.
«Бухают мальчики очень кошерненько», — Виктор заценил набор закусок и выпивки на их столе.
— Анжелика Георгиевна, ну как вам не совестно? Вы в приличном обществе, а не демонстрируете никакой высокой культуры, никакого понимания эстетики момента, — пробубнил второй парень, отпивая шампанское.
 
— И тебе привет, Гумилёв! Я вообще-то не с тобой разговариваю, но раз такое дело — ты тоже пошел на х*й, эстет недоделанный!
Второй парень побледнел еще больше, и открыл рот, пытаясь что-то сказать, но Анжелика отмахнулась от него и кивнула Виктору, показав на дверь. Парни так и остались сидеть с потрясением на лицах. Было слышно, как администратор начала извиняться.