"Фантастика 2023-140". Компиялция. Книги 1-18 (СИ)
– Мур.
– Чего тебе?
Она захихикала.
– Я сейчас разозлюсь просто ужасно и велю на обочине тебя высадить, – пригрозила я.
– Ой. Какие мы грозные, – фальшиво вздохнула Джоконда и перешла на итальянский.
Коля даже ушами зашевелил от напряженного вслушивания, но монолог хитрой сирены предназначался только для меня.
– Думаешь, я палку перегибаю?
– Да нет, – я без труда заговорила на том же языке, дар Фейриленда часто мне пригождался. – По-моему, нашему лепрекону не лишнее будет кое-какие усилия приложить, а то совсем расслабился.
– Ты-то своим мужикам расслабиться не даешь! – прищелкнула языком Джоконда. – Прямо хоть записывай за тобой!
– Какие мужики, перестань. После истории с Ларсом я перестала им доверять, лучше уж спокойное одиночество, чем такие вот страсти.
– Ларс был ничтожеством. Хотя почему «был»? Он до сих пор ничтожество и будет им до самой смерти, надеюсь скорой и мучительной.
– Я еще не готова это обсуждать, – погрустнела я. – Давай сначала с неотложными делами разберемся, а потом уже я свои эмоции наружу отпущу. Ты себе даже не представляешь, какая у меня внутри космическая пустота.
– Не при мне отпускай, – Джоконда тихонько погладила мою руку. – Навий бог, кажется, с удовольствием твою пустоту заполнит.
– Святозар? – я удивленно приподняла брови. – Вот этого точно не будет, потому что я и Святозар – это из какой-то другой реальности.
– Он тебе совсем не нравится?
– Человек, который морочил нам всем головы? Недоросль, который перецеловался со всеми, кто этого хотел или не хотел? Ни капельки!
– Мало ли кто с кем целовался? – пропела Джоконда. – Помнится, леди Сирин даже мне подарила поцелуй альва.
– До пенсии мне это вспоминать будешь?
– А почему бы и нет, если к слову пришлось? Так, мой рыжеволосый пупсик, кажется, расслабился. Срочно произнеси несколько узнаваемых слов.
– Аморе? – порылась я в памяти.
– Больше чувства, вот так – «аморе»!
Мы с сиреной абсолютно по-девчачьи захихикали, когда уши лепрекона опять пришли в движение.
Переход дома Лета не выглядел никак. Неподалеку простиралась городская свалка, и густой черный дым стелился над пустырем.
– Место мне уже не нравится, – сообщил один из злыдней, дергая меня за рукав. – Как же мы здесь обустраиваться будем?
– По городскому плану в будущем году здесь будут завод по переработке мусора строить, – сказал Коля. – Все документы подписаны. Я бы советовал эту территорию тоже прикупить. Не всю, свалку нам никто выкупать не позволит, слишком разные деньги в этом бизнесе вертятся, а пару соток вот здесь, – он широко повел рукой, – вполне можно.
– Завод – это хорошо, – кивнул злыдень, – я люблю заводы.
– Значит, останешься здесь, – решила я.
– Лордом-хранителем врат?
– Именно.
– Да у меня еще даже имени нет.
– Значит, будешь Антип, – я похлопала свеженазванного и свеженазначенного лорда по плечу.
Злыдень понесся к переминающейся с ноги на ногу группе товарищей, сообщать новости.
Я повернулась к законнику:
– Здесь нет никого из представителей дома Лета? Вы не чувствуете?
Тот сверился со своим коммуникатором:
– Мне сообщили, что Янтарная Леди в резиденции, видимо, нам лучше поехать туда.
Я кивнула.
– Ты оставишь злыдней без охраны? – спросила Джоконда.
– Я поговорю с ними. Если начнется буча, они просто разбегутся.
– Тебе нужна гвардия, бамбина. Мы выглядим слишком беззащитно.
– Если понадобиться, организуем. Вот Пак закончит со своим другом Святозаром и займется, ему всегда нравились аксельбанты.
Я быстро переговорила со злыднями и опять села в машину.
– Кто-то знает, где резиденция дома Лета? – спросил Коля, возясь с навигатором.
Законник, опередив меня, ввел координаты.
Янтарную Леди я видела впервые и, надеюсь, эта наша встреча была последней. Мне даже смотреть на нее было страшно, я опять почувствовала себя персонажем зимней сказки, на этот раз – мальчиком Каем, чье ледяное сердце ухнуло сразу в район желудка и не собиралось возвращаться. Леди была прекрасной, нечеловеческая, абсолютная красота давила на присутствующих, заставляя ощущать собственное ничтожество и неидеальность.
– Леди Сирин, поименованная Леди-Изгнанницей, королева злыдней, защитница врат, – распорядитель торжественно сообщил мои звания, – со свитой.
И мы прошли в центр зала, который, кстати, был абсолютно пуст, если не считать владетельницу дома Лета и суетливого распорядителя.
Янтарная Леди восседала на троне и взирала на нас, жалких мошек, золотыми глазами, и только эти глаза позволяли понять, что перед нами живое существо, а не драгоценная статуя… Она была высоченной – выше всех знакомых мне людей и нелюдей – и очень-очень величественной. Волосы, такие же золотые, как и глаза, укрывали ее прямые плечи, спускаясь к самому подножию трона, лицо не выражало никаких эмоций. Джоконда тронула меня за плечо, я, ощутив поддержку, немного взбодрилась. Ничего себе у Эмбера матушка…
– Янтарная Леди желает слышать вашу просьбу, – громким шепотом поторопил меня распорядитель.
Я пожала плечами. Так меня еще никто не унижал. Я-то, дура энская, надеялась на разговор. Если не на равных, то хотя бы на разговор. А мне предлагают что? Изложить нижайшую просьбу и ждать решения? На ярких губах Янтарной Леди угадывалась улыбка. Она получает от этого удовольствие? А в принципе, мне то что? Она хочет покуражиться? Да на здоровье! У меня есть цель – предотвратить возможную войну. И если ради этой цели мне придется немного поунижаться…
Я присела в глубоком реверансе:
– Приветствую владычицу дома Лета.
Я шла практически ва-банк, поэтому придала голосу своему всю возможную правильность. Говорят, что волшебные голоса сирен бессильны против настоящих альвов, но я знала, что мой голос может гораздо большее. Когда-то мне удалось зачаровать даже принца дома Лета, если сейчас я смогу…
– Мне хотелось обсудить с вами сложившуюся ситуацию.
Янтарная Леди удивленно приподняла идеально очерченные брови и взмахнула рукой. Меня вздернуло, протащило по скользкому малахитовому полу и швырнуло к ее ногам.
– Девчонка!
Шипение раздалось прямо у меня в голове.
– Я не хотела вас обидеть, – правильность я никуда из голоса не убрала.
Обернувшись, я убедилась, что моя свита не собирается бросаться мне на помощь. Все правильно, мы тут все этой фурии на один зубок.
– Маленькая, грязная тварь!
Янтарная Леди все еще не раскрывала рта, она повела рукой, мою шею сдавила появившаяся откуда-то лиана. Воздух наполнился жужжанием пчел, рой которых отделился от огромной люстры. Вполне бездарный финал для моей истории. А все же так хорошо шло… Я захрипела, пытаясь вдохнуть. Малахитовый пол пошел трещинами, выпуская наружу ростки винограда. Лозы сплетались колоннами, зацветали, сразу же отбрасывая лепестки, виноград зрел, лопался под напором сладкого сока. Издалека я услышала крик Джоконды и подумала, что зря я одна сюда не отправилась. Свиту еще с собой потащила, дурочка! Теперь и на том свете меня будет преследовать вина за несохраненные чужие жизни.
А потом все кончилось. Как будто кто-то повернул выключатель. Выключатель холодильника. Я застучала зубами и приподнялась на локтях. Локации изменились. Мы были в заснеженной степи. Янтарная Леди стояла в центре снежного смерча, прикрывая от ветра прекрасное лицо, ее волосы трепетали победным стягом. Напротив нее, не касаясь ногами земли, завис Господин Зимы, компенсируя немалую разницу в росте, и смотрел прямо в золотые глаза родительницы. Наверное, они разговаривали, мне не было слышно, зато я заметила, что прекрасные черты властительницы искажает гримаса. Вот так вот, рожаешь детей, растишь, какие-то планы на них строишь, а потом – раз, и они прилетают морозить материнский виноград и снегом кидаться.
Разговор закончился, Янтарная Леди исчезла, Эмбер склонился ко мне: