"Фантастика 2023-140". Компиялция. Книги 1-18 (СИ)
Почти убитый двойным хуком нашей женской логики, Валерик смутился:
– Лорд-Изгнанник будет недоволен этой ситуацией, – пробормотал он вполголоса.
Я посмотрела на Эмбера, принц провел ладонью в воздухе. Самого колдовства я не заметила и не ощутила, но Валера упал перед Жанкой на четвереньки, корчась от боли, потом перевернулся на спину, суча ногами в воздухе, как истеричный ребенок. Из его рта толчками выходила бурая пена. И тут я наконец поняла, почему Жанка назвала Валеру уродом. У него было асимметричное лицо, выпуклый лоб с залысинами и выступающими надбровными дугами, выпученные глаза, вялый толстогубый рот. Но уродство было даже не в этом. От его лица веяло какой-то запредельной порочностью – абсолютной, эталонной, как от портрета Дориана Грея.
– Иди сюда, Кузнецова, – Эмбер поманил меня рукой.
Я осторожно обошла натекшую из Валеры лужу и засеменила к трону. И что теперь делать? Книксен? Поклон? Просто на живот упасть? Как тут вообще принято принцев Лета приветствовать? А то вдруг почтения не додам, и буду рядом с Валериком отдыхать.
Эмберова свита рассматривала меня с благожелательным интересом. Корчащийся на малахитовом полу хуман такого интереса не вызывал – видно, не впервой им на такое любоваться. А вот босоногая хуманка – это да, это зрелище приятное во всех отношениях. Конечно, до гаремных блондинок я внешностью не дотягиваю, но на контрасте сыграю, еще как. Росточку бы мне еще сантиметров десять, а лучше двадцать, а то мои метр почти семьдесят выглядят откровенно жалко.
– Значит это и есть вещая птица, чьего прибытия мы с таким нетерпением ждали?
Новый персонаж появился из бокового входа – обычный лысоватый старичок в серо-коричневом костюме-двойке.
– Дарья Кузнецова, с этого момента и далее прозываемая Сирин…
Старичок щелкнул пальцами, из-за оконной драпировки в центр комнаты выкатилась деревянная грубо сколоченная парта, чуть не прищемив ногу осанистому господину в цыплячье-желтой тунике.
Господин неудовольствия не выразил, а, покосившись в сторону Валерика, вообще извинился.
– Подпишите здесь и здесь.
Старичок стукнул ладонью по столешнице, я моргнула. С потолка спланировала толстая папка для документов, помахивая картонками и завязками.
– А вы кто?
Я независимо тряхнула головой.
– Ну разумеется, законник, – не обиделся собеседник. – Я заверю ваш с принцем договор, чтоб ни одна из договаривающих сторон не могла впоследствии оправдываться непривычным местом сговора.
Я склонилась над партой, Жанка жарко дышала мне в спину.
Контракт был составлен в лучших традициях наших местных крючкотворов – двенадцать страниц, набранных мелким шрифтом на плотной офсетной бумаге.
– Без предварительной беседы с принцем дома Лета я ничего подписывать не буду.
– Помилуйте, голубушка…
Я моргнула. Старичок пропал. Пропала Жанка, блюющий Валерик, малахитовая комната, заполненная нарядной публикой. Я босиком стояла на снегу, низко висящие в антрацитном небе звезды мерцали мягким желтым светом.
– Начинай! – глаза принца Лета мерцали как те звезды.
– Что?
– Беседу начинай. У нас с тобой две минуты.
– А потом?
Эмбер вздохнул и плотнее закутался в свой золотистый плащ:
– А потом, Кузнецова, ты замерзнешь до такого состояния, что тебе будет не до бесед.
Я переступила с ноги на ногу. Мы стояли на верхушке заснеженного холма.
– Кто такой Лорд-Изгнанник?
– Это неправильный вопрос и отвечать тебе на него я не буду. Мы уединились, чтоб обсудить договор, так что давай придерживаться темы.
Ах так!
– Сверх оплаты за услугу я хочу рабский ошейник Ларса и чтобы ты наконец оставил нас в покое.
Эмбер оторвал полный суеверного ужаса взгляд от моих босых ног:
– Хорошо. Я отдам его тебе перед свадьбой.
– Я не смогу ждать до весны.
– Перед моей свадьбой, Кузнецова. Твое бракосочетание с мелким демоном меня, представь себе, волнует мало.
Я невольно покраснела. На место меня поставили знатно. Вот так вот, Дарья Ивановна, чтоб не воображала себе лишнего.
– То есть ты хочешь, чтоб вещая птица Сирин сделала тебе предсказание? – вернула я разговор в деловое русло. – За семейную жизнь переживаешь?
Эмбер покачал головой, любуясь снежинками, таящими на его ладони:
– Девчоночьи рассуждения, Кузнецова. Следующий вопрос.
– Ты знаешь, что Сирин предрекает в основном беды?
– Наслышан. Я изучил этот вопрос, даже пришлось посетить несколько ваших хумановских библиотек. А также я уверен, что знание о грозящей беде может помочь ее избежать.
– Хорошо, – я поднесла к губам сложенные лодочкой ладони и попыталась хоть немного согреться. – Значит все, что от меня требуется – принять свою птичью ипостась и чего-нибудь для тебя напророчить?
– Именно!
– И за это ты передашь мне рабский ошейник моего мужа?
– Ледяного демона Ларса по прозвищу Хитрый Лис, – Эмбер тоже умел улыбаться уголком рта. – Твоего бестолкового жалкого возлюбленного.
– Когда?
– Во времени я тебя не ограничиваю. Почти… Только постарайся сделать это до того, как я и моя невеста произнесем брачные обеты.
Я приложила к лицу влажные от моего дыхания ладони. О том, что, вернувшись домой, я потеряла способность оборачиваться вещей птицей, Эмбер, конечно, не знает. Но ведь я и не пробовала этого толком. Может быть, если очень постараться…
– А чем мне будет грозить несоблюдение договора?
– Я заберу Ларса с собой, в Янтарный дворец, ты, конечно, как верная половинка пандана отправишься с ним.
Чудесная перспектива! Просто сплю и вижу! Но, кроме рабского ошейника, в договоре прописано много приятных плюшек, например – деньги. Кругленькая сумма, которая запросто поставила бы на ноги нашу корчащуюся в предсмертных конвульсиях фирму… Скажете, меркантильно? А кто еще, кроме меня, подумает о Паке, о Джоконде, о десятке малолетних нелюдей, работающих в кошачьем приюте? На мне лежит ответственность за их жизнь и благополучие.
– Еще я хочу эксклюзивный контракт на оказание услуг дому Лета фирмой «Пак и сыновья».
– И сколько сыновей у твоего карманного пикси?
– Неважно. Решай быстрее.
– Да, я согласен.
– А еще… Ведь это защитит моих ребят от возможных притязаний Лорда-Изгнанника?
– Из-за твоей жадности, полудева, мы оба скоро превратимся в ледышки…
Эмбер резко выбросил вперед раскрытую ладонь, отчего меня приподняло над снегом сантиметров на пятнадцать. От испуга я дернулась, потеряв опору, завалилась вперед – носом точно в золотисто-бархатную грудь собеседника. Тот подставил руки, принимая меня в объятия. Теплый сандаловый запах. Теплый… Я на секундочку прикрыла глаза, вбирая в себя чужое тепло.
– Хочешь попробовать это с настоящим альвом, полудева? – Эмбер легко подхватил меня под бедра, не позволяя коснуться босыми ногами снега. – Я предупреждал тебя, что ни один сид не сможет дать тебе то, чего ты захочешь.
Я толкнула принца в грудь и повалилась на снег следом за ним. Мы скатились по крутому склону, несколько раз перевернулись, я оказалась внизу, придавленная телом принца к земле. Золотистые глаза были близко, слишком близко, я перевела взгляд ниже, к губам.
– Если я захочу переспать с альвом, ты будешь последним в очереди. Понял?!
Облачко пара поднялось от его рта, когда Эмбер начал смеяться:
– Понял, я все понял. Главное не забыть эту очередь занять.
И он хохотал все время, пока переносил нас обратно, в малахитовый зал.
– Помилуйте, голубушка… – продолжал стенать старичок-законник.
Видимо здесь наше с принцем отсутствие прошло незамеченным, и заняло от силы несколько секунд. Эмбер со скучающим видом сидел на своем троне.
– Помилую, – я обошла парту, с наслаждением шлепая босыми ногами по теплому малахиту, еще раз просмотрела договор и приложила палец к алому кругляшу, появившемуся на документе. – Я, леди Сирин, альва Третьего дома, Дарья Ивановна Кузнецова, обещаю сделать предсказание для принца дома Лета, находясь в облике вещей птицы. О времени и месте обряда принцу будет сообщено дополнительно.