Попаданка для принца - 2, или ненавижу блондинов (СИ)
- Общество, - ставит точку в моих словах Анатоль.
- Семья, - добавляет Эйнхар.
Я наклоняюсь немного вперед.
- Приведите мне пример того, кто посмеет пойти против некроманта? - спрашиваю у них. - Сейчас нас притесняют, нас презирают, но главное - нас боятся. Так было раньше, и мы обязаны сделать, чтобы так было всегда. Чтобы никто не посмел сказать: "Убирайся с дороги", они будут сами убегать, давая нам пройти.
- Пахнет революцией, - говорит тихо Саманта.
- Именно так, девочка моя, - киваю счастливо. - Так вы со мной?
Я ожидала бурный всплеск эмоций, но все выглядят не очень воодушевленными.
- Вы какие-то тухлые, - говорю им расстроенно, - Я перед кем тут распинаюсь? Вы что, планируете весь год сидеть, сложа руки, и бояться выйти из комнаты?
- Почему год? - спрашивает Луиза. - Три же.
Я хватаюсь за сердце.
- Три года так вести себя? - спрашиваю с ужасом. - Мне нужно выпить. Я не перенесу это на трезвую голову.
Оглядываюсь в поисках того, кто бы мог мне помочь переварить предательство от своей группы.
С ципочками было намного проще! Но они же попаданки. Хм, может, познакомить свою группу с Марианкой? И вместе с ней мы склоним этих ребятишек на сторону зла, или научим отстаивать свои позиции, а не плыть по течению жизни некромантской какашкой. Только надо это провернуть так, чтобы ректор не узнал. А то он может мне голову открутить за то, что я втяну его благоверную в такой замес. А она еще и беременна... нет, Мариянка - не вариант.
- Я бы на это посмотрела, - Кэролайн робко подает голос, - Я слышала от отца, что когда он учился, было так, как говорит Святая. Некромантов уважали.
- Это звучит очень круто, - говорит Луиза и мечтательно вздыхает, - Я бы хотела, чтобы моя старшая сестра меня хоть немного боялась. Ну или уважала. Я более сильный маг, чем она, но она лекарь, а я - некромант. Поэтому все в семье восхищаются ею.
Я одобрительно киваю.
"Давайте, дети мои! Вытаскивайте из закромов свои амбиции, стряхните гордость от пыли! Вы будете блистать, некромантов снова начнут бояться. Академия, трепещите, Святозара Третья вернулась!"
- Она так улыбается, что мне снова страшно, - говорит тихо Луиза Саманте, глядя на меня.
- Мне тоже. Она такая жуткая с этой улыбкой, - отвечает Саманта ей.
- Мне потом может быть за это стыдно, но иногда меня она тоже немного пугает, - говорит Эйнхар.
- А я с ней в одной комнате живу, вы представьте как мне, - подает голос Кэролайн.
- Сейчас кто-то будет битым, - предупреждаю девушку, которая сидит ближе всех ко мне.
Но Кэролайн только улыбается и показывает мне язык. Все за столом начинают смеяться и улыбаться. Это, конечно, не очень большой шаг к тому, что я хочу видеть, но думаю, что мы стали на правильный путь.
Сидим мы с группой еще долго. У них появляются общие темы для разговоров. Эмануэль слышал об отце Генри и искренне им восхищается. Семья Эмануэля занимается торговлей, артефактами в частности, и они в свое время хотели сотрудничать с отцом Генри, но он сказал свое категорическое "нет" и решил посвятить себя семье. Вообще, оказывается, что детишки давно знакомы, но не общались. Потому что после пробуждения силы их почти не выпускали из дома и заставляли учиться концентрации. Стоит только подумать о том, как они жили после пробуждения силы, и во мне просыпается желание пойти к Вивьен и потянуть ее за волосы. А еще лучше - поднять ее отца, который потакал всем ее прихотям и, слава богам, сгинул лет пять назад, и чтобы воспитательный процесс провел он. Не смог при жизни научить манерам свою дочь, я помогу ему это сделать после смерти. Силы и дури у меня хватит.
- Спасибо тебе, - говорит Анатоль, поравнявшись со мной.
Мы так засиделись, что на улице начало темнеть, поэтому быстрым шагом нам приходится возвращаться в Академию.
- Пожалуйста, - говорю парню, - А за что?
- За это, - кивает на компанию, которая идет впереди, - еще никогда не видел их такими счастливыми и веселыми.
- И это только начало, - говорю с предвкушением больших свершений.
- И еще, - тянет неуверенно Анатоль, не спеша возвращаться к одногруппникам и обсуждению лучшей оружейной мастерской в городе.
Кстати, никогда бы не подумала, что Саманта так хорошо разбирается в оружии.
- Что? - спрашиваю у парня.
- Ты бы действительно препарировала магистра? - спрашивает он то ли с ужасом, то ли с восторгом.
"Да, без проблем, - думаю, - Могла бы начать резать еще живого. Это будет малая плата за унижение и страшный непрофессионализм от этого старика".
Но говорю я совсем другое.
- Нет-нет-нет, - тяну с улыбкой, - Ты что, как я могу!
Парень смотрит на меня, будто не верит ни одному моему слову.
Мы как раз подходим к Академии и встречаем двух мужчин. Вся группа останавливается и замирает. Их веселье как рукой снимает. Мое - тоже. Но это уже стандартная практика при взгляде на ректора. А тут еще и Холодец, то есть Зельц стоит.
Мужчины смотрят на нас, мы - на них. Не понять, они нас ждут или просто вышли посекретничать перед входом в Академию. У меня ощущение дежавю скребет между лопаток. Только я тогда с цыпочками была.
- Слышь, Анатоль, - зову парня, - ты не в курсе, у Зельца в роду никто чешуйчатый не топтался? - спрашиваю тихо.
- Не слышал об этом, - отвечает парень.
- Значит, можно расслабиться, - говорю и натягиваю на губы улыбку.
На нее как пчела на мед моментально реагирует ректор.
- Третья, - шипит мужчина, почти кусая этим словом.
- Ты знакома с ректором? - спрашивает у меня тихо Анатоль.
- Имела несчастье, - говорю все с той же улыбкой и смотрю на парня. - Хочешь познакомлю?
Парень смотрит на меня, потом - на ректора.
- Воздержусь сегодня, - говорит он.
- Сцыкло, - фыркаю весело и делаю несколько шагов вперед, - Доброго вечерочка, - говорю мужчинам, - Отличная погодка, не правда ли?
И почему это они так смотрят на меня с подозрением? Я же улыбаюсь им от всей своей некромантской души. Ах, точно, вот поэтому и смотрят. Немного прикрываю дверцу своей души и, само собой, уменьшаю степень радости на своём лице.
- Отработки захотелось? - спрашивает у меня Зельц.
Я с немым вопросом смотрю на мужчину. Потом бросаю быстрый взгляд на нахмурившегося ректора и снова на Зельца.
- Третья, - говорит предостерегающе ректор.
- Никак нет, - говорю мужчине-холодцу, - просто вышли группой погулять и развеяться. Не знала, что это запрещено уставом Академии.
- Я вас отпустил с пар не для того, чтобы вы развлекались, - продолжает давить на меня Зельц.
- Мы, как вы и сказали, вернулись в свои комнаты, порыдали над тяжелой некромантской судьбой, а после, справившись со своим заданием, решили развеяться. Вы не думайте, мы не уклоняемся от любимого занятия некромантов: стенаний, страданий и прочей печальной лабуды, - искренне уверяю мужчину.
Но его мои слова не убеждают.
- Ну народ, скажите вы, - обращаюсь к группе, - ведь мы страдали сегодня? Страдали! - отвечаю вместо застывшей столбом группы и снова смотрю на ректора и декана.
Ректор что-то шепчет декану на ушко. Я, прищурившись, слежу за этим. В моей голове складывается картинка: ночь, точнее вечер, двое мужчин в одиночестве, нежный шепот на ушко...
- Третья! - рычит ректор, будто прочитал мои мысли на моем лице.
- Да, господин ректор! Я вся во внимании, прислушиваюсь к вашей мудрости и еще чему-то там, что сложно разглядеть под покровом ночи.
Ректор тяжело вздыхает, прикрыв глаза рукой.
- Идите в свои комнаты, - говорит он, махнув мне головой.
Я киваю группе, чтобы двигали ножками, пока ректор держит себя в руках и декана в уздечке.
- Ты их так отпустишь? - спрашивает декан у ректора, пока мы быстренько убегаем.
- Я тебе потом все объясню. Помнишь, я говорил... - раздается конец разговора, но о чем именно они продолжают сплетничать - уже не слышу.