Страна Арманьяк. Компиляция. Книги 1-7 (СИ)
Выбор много времени не занял, я нанял богато украшенную четырехместную коробчонку с упряжкой в восемь здоровенных рыл, и уже через пару минут покачивался на мягких бархатных подушках и поглядывал в щелку между шторками на городские пейзажи.
– Чего такой угрюмый? – толкнул я Клауса, нахохлившегося рядом. – Боишься, что ли?
– Я ничего не боюсь, монсьор, – буркнул парень. – Но как-то опасаюсь…
– Это нормально, – утешил я его. – Запомни: сильных мира сего бояться не надо, но опасаться их обязательно. А вести себя требуется естественно, без лишнего подобострастия. Тогда и чувствовать себя будешь соответственно. И еще запомни: государи без нас – никто. Мы – их слава, и мы делаем их великими, что ты и должен осознавать.
– Получается, так… – немного поразмыслив, изумленно кивнул головой Клаус.
– То-то же. Слушай, а куда это мы свернули?
– Сейчас, монсьор… – Луиджи высунулся в окошко. – Эй, вы куда?
– Дык, господин, впереди воз с бочками перевернулся. Пройти – ну никак, так что мы обойдем. Не сомлевайтесь, успеем с запасом, – ответил ему чей-то подобострастный голос.
– Они обходят, – доложился паж, повернувшись ко мне.
– Слышал… так о чем это я говорил?..
– Государи – никто, мы – всё! – явил свое понимание моим словам Луиджи.
– Ну это ты хватил… Хотя в твоих словах частичка правды есть. Тут… как бы это сказать понятнее? Мы и они неразделимы и дополняем друг друга. Но хватит о крамольном… Что за нахрен?
Портшез неожиданно поставили на землю. Причем грубо, без всякого почтения. И одновременно, раздвинув шторки в окошке, нарисовалась усатая морда в армете с поднятым забралом.
– Барон ван Гуттен? – Воздух в салоне наполнился непередаваемым ароматом вчерашнего перегара и чеснока.
– Азм я есть. А ты хто, рожа? – Меня, честно говоря, сей момент довольно напряг, вплоть до дрожания в конечностях, но являть свое изумление я не собирался. К тому же два заряженных пистолета под рукой нешуточно стимулировали гонор.
– Х-р-р… – Воин, узрев перед самым своим лицом дуло пистоля, недовольно хрюкнул, но особенно не смутился и пробасил: – Сержант белой роты гвардии его светлости Серж Комен. Имею поручение к вашей милости.
– Являй.
– Аудиенция пройдет не во дворце. Мне поручено вас доставить в другое место. Так что извольте совершить пересадку.
Ну что?.. Тут не поспоришь. Высадился и узрел десяток конных жандармов при полном облачении. Все честь по чести, котты с горностаями, сытые наглые рожи, полные кастенбрусты. Жандармы держали в поводу четверку справных курсе.
– Вот… – Сержант указал на лошадок. – Прошу не отставать.
– Кто замешкается – порву лично!.. – зловещим шепотом предупредил я ближников и вскочил на мышастого порывистого жеребца. – Ну что, сержант? Какого tormozim?
Дальше последовала бешеная скачка по городским улочкам и с десяток потоптанных зазевавшихся прохожих. Но, впрочем, на возмущенные вопли бюргеров никто внимания не обращал, и мы скоро оказались за пределами города. Еще час галопа – и перед нами открылся небольшой, очень похожий на диснеевский, замок. Насколько я понимаю, загородная резиденция герцогов Бретонских. М-да… видимо, герцог меня все-таки удостоит вниманием…
– Граф Гуггенбах… – сухо представился статный, словно проглотивший аршин колоритный мужичок. – Прошу следовать за мной.
– Со всем почтением… – Нам оставалось только это и сделать.
Итак. Дюк Бретани Франциск де Бре. Парень видом слегка за тридцать, весьма легкомысленной наружности, но с очень умным и серьезным взглядом. И с волевым подбородком, что почти в ста процентах случаев свидетельствует о соответствии характера вышесказанному эпитету. Что еще? Заляпанные грязью охотничьи сапоги и колет в соломе и перьях. Реально охотился, что ли? И крайне нетерпеливый вид, типа: и какого хрена ты приперся, давай рожай быстрей.
Дюшеса Бретани! Изумрудное бархатное платье под горло, непонятный чепец, закрывающий уши. Что могу сказать? Мышка, обычная серая мышка. Но!!! Мама дорогая! Я уже влюбился! Нет, она не красавица, но, черт побери, дамы более женственной я в жизни не видел. Женственность ее сияет подобно лучам солнца. Женственность и величественность. Фуа! Она Фуа, и этим все сказано! Черт, клянусь, я ее призна́ю дамой сердца!!! Ну-у, это я, конечно, хватил… но хороша!!!
Ниоткуда появился импозантный старик и, грюкнув жезлом о палисандровый паркет, громовым голосом нас представил. Дюк в ответ нетерпеливо поморщился, а дюшеса, ласково почесывая за ухом сухопарого грейхаунда, изобразила полную скромности дежурную улыбку. Придворные никак не прореагировали ввиду полного отсутствия оных. Кроме нас в охотничьей зале, где и проходил прием, более никого не было. Даже старик-майордом куда-то делся…
Нашему приветствию позавидовали бы разом при всех королевских дворах старушки-Европы. Затем я сделал несколько четких шагов к трону и с полупоклоном вручил Франциску футляр с письмом великого бастарда. Впрочем, я уже давно подозреваю, что там депеша от самого Карлуши, а Антуан не более чем прикрытие.
Дюк нетерпеливо цапнул тубус и тут же передал его жене. А сам сварливо поинтересовался:
– Не будете ли вы так любезны, барон, пояснить мне, по какой причине целая делегация от короля франков требует вашу голову? Да-да – именно вашу, так как именно вы прибыли на корабле под названием «Виктория».
Я внутренне немного оторопел, но виду, естественно, не подал. А чего я еще ожидал? Накуролесили, однако, по пути. И что? Выдаст нас? Да вряд ли…
Поклонился и честно ответил:
– Сущие пустяки, сир. Пустили ко дну франкский неф… да еще несколько невинных проказ.
Про спаленный бордель в Дьеппе я, конечно, умолчал.
– И это вы называете пустяками?! – грозно возмутился дюк; впрочем, в глазах его плясала явная смешинка.
Ох, боюсь, он и про бордель знает…
– Просто людям руа франков очень хотелось заполучить сию депешу, а мне, как вы догадываетесь, совсем не хотелось ее им предоставлять. От этого и произошли подобные недоразумения… – Я отвесил очередной поклон, а Клаус с близнецами его синхронно повторили.
Дюк задумчиво кивнул и обратился к супруге:
– Дорогая, я попрошу вас определить свиту барона на попечение ваших фрейлин.
– Как скажете, ваша светлость. – Дюшеса мило улыбнулась и выудила откуда-то из юбок серебряный колокольчик. Мгновенно из боковой дверцы нарисовалась статс-дама, и мои ближники удалились вслед за ней.
Но предварительно я вручил царственной чете свои подарки. И, кажется, потрафил. Ну сами подумайте, какая дама откажется от большой корзины, полной детенышей белоснежных горностаев, вместе с их мамкой, как раз кормящей своих чад? К тому же что изображено на гербе дюков Бретонских? Правильно – они самые, горностаи. Правда, грейхаунд дюшесы встретил сей акт весьма недружелюбно – очевидно, предчувствуя свою будущую опалу.
А дюк получил очень редкого белого кречета. И тоже вроде бы остался доволен. Еще бы, в целое состояние мне сей птиц обошелся. Дама Шарлотта ван Груде мстительно ободрала своего сюзерена, то есть меня, как липку. Ну и пусть…
Затем мы перешли в очередную залу, где был уже сервирован столик на три персоны. Да, дюшеса проследовала тоже, свидетельствуя о том, что сия достойная дама пользуется не просто ролью декорации при муже. А может быть, даже совсем наоборот.
О чем говорили? О многом, но основной акцент дюк сделал на положении Бургундии. Нет, конечно, прямых вопросов не последовало, все было достаточно завуалировано, но основной посыл мне стал ясен. И мнение дюка по этому поводу – тоже. На Карла положили с прибором и, возможно, даже уже списали из когорты влиятельных игроков. Не рановато ли? Но это на мой неискушенный взгляд, взгляд профана, не знакомого с тайными договоренностями сильных мира сего. Хотя это может быть не более чем моими инсинуациями.
Принимали меня довольно любезно, что, скорее всего, свидетельствует о полном отказе в просьбе Антуана, то есть Карла. Ответ на письмо не вручили. Вот как бы и все.