Училка и хулиган (СИ)
Стильный и нарочито дорогой летний костюм делал Машку похожей на кинозвезду, открывая любопытным взорам все, что можно. Подруга выглядела так, как-будто завернула в наш пыльный двор прямиком с красной дорожки, не иначе.
Любимова окинула меня с головы до ног недовольным взглядом, скорбно поджала губы и вынесла свой вердикт:
— Мрак.
— Чего обзываешься? — пробормотала я, раздумывая обидеться или согласиться с определением.
Без макияжа и маникюра уже не человек что ли?
— Ладно, не обижайся. Я же любя, — пошла на попятную подруга. — Обидно за тебя. Такая красотка, а ходишь чучелом.
Я вытаращила глаза и шумно выдохнула, собираясь язвительно прокомментировать надутые косметологом губы и татуированные брови Машки. Но та, видимо, прочла что-то нехорошее в моем выражении лица и, широко улыбнувшись, кинулась обниматься.
— Да ладно тебе, Женька! Я так соскучилась! Чаем угостишь?
— Угощу, — буркнула я, вывернулась из цепких рук Машки и направилась к подъезду.
В квартире подруга огляделась, хмыкнула неопределенно, но промолчала, чем несказанно меня удивила. Уселась на табурет возле кухонного стола, закинула ногу на ногу, демонстрируя безупречный педикюр, и терпеливо дожидалась чай.
— С чем чай пить будем?
— С жасмином, — все еще обижено отрезала я.
Машка помолчала, повздыхала, помялась немного и отхлебнула пустой чай. Еще немного поразмыслила и, добавив оптимизма в голосе, пошла в атаку:
— Ну, рассказывай. Как дела? В отпуске?
— Ага.
Держу эмоциональную дистанцию, но Машку так просто не возьмешь.
— Чем занимаешься?
— Да так… Отдыхаю, в основном, — протягиваю уклончиво. — А ты как сама?
— Да что я, — махнула она рукой и чуть не пролила чай. — Не интересно.
Мне как раз было очень интересно, но настаивать не стала.
— Слушай, я же по делу, — спохватилась Машка, когда чаю было выпито по три кружки, а все немногочисленные новости и сплетни были тщательно выслушаны и обсуждены.
Да кто бы сомневался, но не я. Ни за что не поверю, чтобы Любимова просто так снизошла до меня, простой смертной. Себя-то она причисляет к богиням.
Подумав обо всем этом и даже слегка устыдившись своих мыслей, я подперла кулаком подбородок и с самым внимательным видом уставилась на подругу.
— Помоги мне, Женьк, а? — щенячьи глаза умоляюще впились в меня.
Терпеть не могу, когда мне давят на жалость, потому и нахмурилась.
— Денег нет, — сразу решила предупредить и отсечь любые попытки взять взаймы.
— А то я не знаю, — ухмыльнулась эта зараза. — Дело не в деньгах. Хочу попросить тебя сходить вместо меня на одно мероприятие. Придешь, потусишь там, шампанское нахаляву выпьешь, икоркой закусишь. Часа два погуляешь в свое удовольствие и свободна.
Я сидела с глупым видом и осмысливала ее предложение. Машка с сомнением поглядела на мою физиономию и добавила:
— Я заплачУ. 100 баксов хватит? Свожу тебя в салон красоты, стрижку сделаем, маникюрчик. Платье и туфли я уже привезла, это подарок, ты не думай…
Выслушав эту ахинею, я, наконец, отмерла и смогла сформулировать мысль.
— Ты пьешь?
— Не поняла, — нахмурилась Любимова.
— Ну… Ты пьяная сейчас?
Теперь пришла очередь подруги непонимающе таращить глаза.
— Да нет, Жень, я серьезно. И не пьяная я. Чего ты начинаешь? — заныла Машка.
Я бы много чего интересного озвучила вслух, но Любимова, увидев мое зверское выражение лица, торопливо начала говорить, не давая возможности вставить и слово.
— Я объясню все, Жень. Там ничего военного, ты не думай. В общем, любовь у меня, подруга. Веришь? Неземное просто чувство, как в кино. Парень мой — конфетка; мечта, а не мужчина. Из богатой и влиятельной семьи. Но папаша его такой монстр.
На этих словах Машка недовольно скривилась и поправила волосы. Вздохнула, посмотрела на меня жалобно и продолжила:
— Папаша этот контролирует каждый шаг всех членов семьи. Требует полного подчинения. Прикинь, этот гад даже невесту подобрал моему любимому! — Машка горестно опустила голову и плечи.
— Но ты не думай, мой-то не лох какой, он сопротивляется как может. И план уже придумал, как выйти из под контроля отца и стать самостоятельным. Но это позже. А пока он на выходные приезжает к нам в город из Питера. Он там второе высшее получает. Папаша его специально вызвал на банкет. Там праздник у деловых партнеров, юбилей фирмы что-ли. Не суть. Я тоже приглашена на мероприятие и папаша-тиран знает об этом. Он недавно узнал о наших отношениях и, конечно, резко против. Будет отслеживать меня. Это такая скотина, скажу я тебе.
Машка закатила глаза и скорчилась в измученной гримасе, показывая всю неприязнь к невыносимому отцу любимого.
— Слушай, ну дела…. Сочувствую, что так сложно у вас все. Ну а от меня-то что требуется? Зачем я нужна тебе на этом банкете?
— А ты не перебивай, тогда и узнаешь, — цыкнула недовольно Любимова. — Короче, парень мой должен быть с отцом на банкете. Но он так соскучился по мне, увидеться хочет.
Машка хихикнула и, я клянусь, смутилась. Смущенную Машку я в последний раз видела во втором классе, когда ей Пашка Демидов юбку задрал и весь класс увидел ее трусы в премиленький цветочек. Потому и впечатлилась сейчас видом краснеющих щек Любимовой. Налюбовавшись пунцовой Машкой, спросила:
— Ну?
— Что ну? Говорю — встретиться хотим с парнем, хоть на пару часиков. Он там что-то придумал, отмазался от банкета, короче. Наплел отцу, что дела неотложные, припозднится, но обязательно будет попозже. Папаша сам пусть торгует рожей на этой выставке лицемерия, а мы с его сыночком устроим шикарный романтик.
Глаза Машки приняли такое загадочно-пошлое выражение, что я поморщилась от отвращения. Заметив это, Любимова кашлянула, приняла серьезный вид и продолжила:
— Вот я и подумала — если меня тоже не будет на празднике, отец моего парня сразу сложит два и два. Поймет, что его обманули. Прижмет моего любимого, карты заблокирует, машины отнимет и все такое.
Машка неопределенно покрутила рукой в воздухе, пытаясь показать это самое "все такое". Получилось не очень, но я и так все поняла. Сыночек боится папочку-тирана.
Кажется, до меня начало доходить чего от меня ждет Любимова.
— Ладно, я поняла. Ты хочешь, чтобы я побыла вместо тебя на банкете, пока ты будешь принимать ванну из шампанского и клубники со своим парнем. Но, Машь, неужели среди гостей не будет твоих знакомых? Нас же сразу раскусят. Мы даже не похожи.
Машка хитро прищурилась.
— То есть, ты согласна? А насчет внешности не волнуйся. Дай мне пару часов и нас матери родные спутают.
— Ой, сказочница. Так уж и спутают, — не поверила я. — И ладно бы дело было только во внешности. Что мне делать, если подойдет кто-то знакомый с тобой и ему приспичит пообщаться?
Я выразительно выгнула брови и скептически посмотрела на подругу.
— Тоже мне проблема. Там знакомых этих — раз, два и обчелся. Покажу тебе фото всех и расскажу в общих чертах. Кто, что, как зовут, чем занимается. Если столкнешься с кем в толпе, кивнешь, бокалом отсалютуешь и хватит. Пристанут с разговором, ссылайся на головную боль и сваливай. Не переживай ты так. Все нормально будет.
Лично у меня были большие сомнения насчет нормальности планируемой авантюры. Но, видимо, и у адекватных педагогов бывают временные помутнения рассудка. Ничем другим я не могу объяснить свое согласие на участие в этом сомнительном мероприятии.
Я как-будто со стороны посмотрела на свою размеренную, скучную жизнь. Работа, дом, а из развлечений — беготня по магазинам в погоне за скидками. И даже отпуск ничем примечательным не отличается.
И вот передо мной маячит возможность на несколько часов примерить совершенно другую жизнь. Почувствовать себя актрисой фильма про шпионов. Наконец, побывать на светском мероприятии, на которое я бы никогда не попала при обычных обстоятельствах. И, возможно, уже и не будет другого шанса попасть.