Враг мой (СИ)
- Я не уйду, ведь он не собирается драться честно, это по глазам видно, - Фернан отказался уходить, решив, вмешаться в наш поединок, если я буду проигрывать.
- Фер, прошу, оставь нас! ФЕР!!! - повысил я голос, настаивая.
- Хорошо, но я буду рядом, если что, - нехотя согласился он и скрылся в дыму.
- Хочешь спросить о чём-то? - догадался Катнар.
- Да, хочу, - Сатор снова внезапно атаковал, не дав мне задать вопрос. Я отбил его подлый удар, после чего он отступил. - До сих пор не могу понять, чем я вам не угодил, что я сделал не так, где ошибся?
- Честно? Нигде! Ты осторожен как северный волк, продумываешь каждый свой шаг. Но ты глупец, если так и не понял, что произошло, ведь это же очевидно. Ты стал угрозой только тем, что ты есть. Простолюдины только о тебе и говорят, они хотят тебя видеть на троне, а не этого влюбленного идиота Теорона.
- Милора к этому делу тоже руку приложила, она же ведь маг разума, для неё переубедить кого-то ничего не стоит?
- Наша королева тоже не в восторге от твоего влияния на чернь, но ты забыл об амулете. Он оберегает от её магии, так что не думай, что она затуманила нам сознание! Я захотел избавиться от тебя ещё до того, как она появилась, но оттягивал это дело, ведь с помощью тебя хорошо получалось решать проблемы. Награда тебя титулом всё испортила, ведь графа стало не так-то просто убить! - выкрикнул Сатор и снова атаковал, вот только в этот раз не удачно. Заблокировав его удар, я нанёс ответный, и правый рукав графа окрасился красным.
- Старею видимо, - оправдался он, увидев собственную кровь. - Царапина, так что не особо радуйся.
- Ладно, пусть так, я вам стал мешать править королевством, но причём тут моя семья? Зачем вы их удерживаете?
- Амелию никто силой не удерживает, она перешла на нашу сторону добровольно. Девчонка верит всему, что ей скажут, тем более, если это скажет мать, дядя или король с королевой. До того пока она не стала твоей женой, племянница не была такой доверчивой дурой, видимо общение с тобой на неё как-то повлияло. Верит всему, что ей скажут, - Сатор снова атаковал и снова неудачно. На этот раз его правая штанина окрасилась красным. Новая рана оказалась уже далеко не царапиной, граф стал припадать на раненую ногу. Понимая, что с таким ранением уже проиграл, Сатор решился на отчаянный шаг, бросил в меня свой кинжал и тут же попытался дотянуться шпагой. Бросок кинжала был хорош, я не смог отбить его до конца, он ударил мне в плечо по касательной, оставив после себя длинный порез. Обманный удар графа было не просто отразить, но у меня получилось, мало того, я даже смог выбить шпагу из его руки.
- Очень не плохо, вижу, что Шес приложил к твоему обучению максимум стараний, даже этот удар мне не помог. Что же ты? Вот он я! Убей, ты же за этим сюда пришёл! - граф раскинул руки в стороны, предлагая мне ударить ему в сердце.
- Я не убиваю безоружных, я же всё-таки не волк, чтобы добить раненую жертву. Возьми свою шпагу, - я наклонился, чтобы поднять с пола его оружие. В этот момент граф неожиданно сделал быстрый шаг в мою сторону. Даже не думая, зачем он это сделал, я ударил мечом и это было правильным решением. У Сатора в рукаве был спрятан нож, которым он и решил воспользоваться. Я оказался быстрее, да и меч всё-таки гораздо длиннее ножа. В итоге Сатор сам себя насадил на мой меч, так и не успев дотянуться ножом до моей шеи.
- И всё-таки я действительно стал слишком стар, ты победил Берсерк - проговорил Сатор и упал, закрывая рану в области сердца.
- Не стар, просто стал слишком самонадеян, броню под одеждой носить перестал, а ведь раньше носил постоянно, даже готов был спать в ней, - сказал я и выбросил в окно его шпагу.
- Хороший удар, - от неожиданно прозвучавшего голоса Фернана за спиной я даже присел и чуть не бросил в него свой топорик.
- Тебе что никто не говорил, что подкрадываться со спины опасно для здоровья?
- Э, кажется, нет, никто ничего такого не говорил, а что?
- Тогда запомни, подкрадываться можно только к врагу, чтобы убить, к друзьям подкрадываться нельзя, могут подумать, что враг подкрадывается!
- Там у Лемара проблема, парень не знает, что ему делать, - он сменил тему разговора, - а вот амулет я, пожалуй, заберу, вещь дорогая, попадёт ещё не в те руки. - Фернан склонился над телом графа и снял с его шеи цепочку с антимагическим амулетом.
- Что за проблема?
- Идём, сам увидишь, - он предложил идти за ним.
Лемар находился в конце правого крыла здания на этом же этаже, стоял около открытой настежь двери. У него был вид человека, которого приговорили к смертной казни, за совершённое им страшное преступление.
- Что? - спросил я шёпотом, подойдя к нему вплотную.
- Там, - он кивнул в сторону двери, - я не специально. Только дверь открыл, а он как выпрыгнет. У меня рука дрогнула, болт сорвался с места, и, - он виновато опустил голову.
Не понимая, о чём он говорит, решил, взглянуть на проблему своими глазами. Войдя в комнату, увидел лежавшего на полу сына графа, из его груди торчал арбалетный болт. Возле него опустившись на колени, стояла жена Сатора и потухшим взглядом смотрела на бездыханное тело сына.
- Мне жаль что так получилось, - проявил я сожаление по поводу смерти её сына. О смерти её мужа, только от моей руки, говорить пока не стал.
- Тебе жаль!? Тебе? Ты убил моего мужа (как оказалось, она уже знала об этом) и моего сына. Тебе, решившему убить короля, чтобы занять его трон? - зашипела она как змея.
- Я никого не собирался убивать, наоборот, это Сатор с Теороном решили, убить меня.
Напомнил я о том, с чего всё началось, но мои слова, не дошли до её замутнённого горем сознания.
- Ты подлый убийца! Ты не достоин жизни! - выкрикнула она и резко подняла руку с зажатым в кулаке маленьким флакончиком. Больше она ничего не успела сделать, магический удар Фернана превратил женщину и тело её сына в пепел за считанные секунды.
- Это я, пожалуй, возьму себе, а то как бы чего не случилось, - он успел подставить ладонь и поймать выпавший из её руки флакончик.
- Содержимого этого флакончика хватит, чтобы убить всех в этом здании. Достаточно вдохнуть всего лишь пылинку этого порошка и ты труп, даже не успеешь осознать, что уже умер, - пояснил Фер и убрал флакончик в свою сумку. - Извиняться не собираюсь, - он показал на кучу пепла, - графиня собиралась убить и нас, и себя. Противоядия от этого яда нет, а если бы и было, мы не успели бы его принять.
- А я и не жду извинений ни от тебя, ни от Лемара. Это стечение обстоятельств, но мне всё-таки жаль, что они погибли, они не были такими подлыми как Сатор. Фернан окажи услугу, сделай с телом графа также, - я показал на пепел, - не хочу слугам приказывать хоронить хозяина.
- Ваше сиятельство, дом под нашим полным контролем! - в дверном проёме появился Чарес.
- И этот тут. Я же сказал нас прикрывать, оставаясь снаружи, чего вы все сюда полезли?
- Так ведь это, что там делать-то, снаружи тихо как в зимнем лесу, - оправдался Чарес и, пятясь, вышел из комнаты.
- Приказы нужно выполнять, сказано было, быть снаружи, значит, там должны быть! - прикрикнул я на него. - Идёмте, нам в этом доме больше нечего делать, Амелии и Виктории здесь нет, они во дворце.
Как только мы вышли из дома графа, ко мне подбежал запыхавшийся после быстрого бега воин.
- Ваше сиятельство, солдаты! Приближаются к южным воротам, точнее к тому, что от них осталось.
- Сколько?
- Не меньше тысячи.
- Откуда такой резерв, гарнизон же сейчас должен быть пуст?
- Это те самые солдаты, что были отправлены в Волар, видимо их вернули с половины пути.
- Что будем делать? - спросил Фернан с присущей ему невозмутимостью.
- Отступать нужно, мы это сражение сейчас выиграть не сможем, нас слишком мало, даже с учётом магов.
Со всем своим не многочисленным войском, я направился к западным воротам, чтобы оттуда быстро добраться до леса, до него от этих ворот было ближе всего. В лесу нам даже две тысячи солдат будут не страшны, разделимся на несколько отрядов и разбредёмся в разные стороны, пусть потом попробуют нас найти. После можно будет вернуться обратно в Волар, собрать ополчение и уже с новыми силами, снова прийти в столицу. Жена и дочь пока ещё находятся во дворце, мне их нужно вернуть или хотя бы поговорить с Амелией о том, как нам жить дальше. В то что она меня предала, верить не хотелось, нужно убедиться в этом лично.