Ты меня не забудешь (СИ)

Была ли она по-настоящему счастлива? Снежка не могла найти ответ на этот вопрос. Да она долгое время и не хотела его искать, только вот он сам настиг её одной из бессонных ночей, пока она отчаянно вертелась в кровати и пыталась уснуть. От нервного переутомления Снежане с каждым днем становилось всё труднее попадать в царство Морфея. А вот у Романенко подобных трудностей не возникало – она уже давно дрыхла, но при этом умудрялась о чём-то весело щебетать даже во сне. Вьюгину всегда умиляла и веселила эта особенность подруги, она даже частенько подтрунивала над Каринкой, что та не замолкает ни на минуту – ни днём ни ночью. Вот и тогда Каринка, как обычно, одаривала неспящую Вьюгину какими-то бессмысленными фразами, а потом вдруг потянулась и довольно громко и чётко для спящего человека пропела:
— Я сча-а-стли-и-в-а-а!
Снежанка усмехнулась, и почему-то безоговорочно в это поверила. Каринка действительно была счастлива. А вот она сама?..
Мама всегда ей говорила не гневить бога и радоваться тому, что есть. И Снежанка изо всех сил старалась. Только вот сейчас, когда её взгляд скользил вдали, по уже светлеющим вершинам гор, Снежка вновь ощутила это странное чувство. Какая-то невосполнимая потребность, помноженная на мучительное ожидание. Как будто счастье было где-то совсем рядом, и оно уже виднелось где-то там на горизонте, а девушка всё медлила сделать первый шаг, чтобы к нему пойти.
— Сейчас начнётся, — раздалось совсем рядом с ухом Снежаны, а следом горячие ладони каким-то привычным собственническим жестом притянули её к себе, приобнимая за талию.
— Егор…
— Если ты опять беспокоишься о своей многострадальной репутации, то не переживай, все свалили на склон чуть выше, — промурлыкал Егор, не сдерживая иронических ноток в голосе.
— А ты?.. – не нашла ничего лучше, чем спросить Снежана. Вырываться не хотелось. Ничего не хотелось, просто замереть и ожидать чуда, которое скоро явит им природа. Увидят? Ну и пусть! Сейчас ей действительно всё равно, кто что о них с Егором подумает. Она уже так устала бояться осуждения и постоянно чувствовать себя виноватой…
— А я не пошёл, — усмехнулся Теплов, — Я же не дурак и знаю, где будет по-настоящему красивый вид.
— Здесь? – удивилась Снежка, скользнув взглядом по темнеющим вершинам гор, что виднелись на том берегу реки. – Но почему?
Потому что ты рядом, хотелось ответить Егору. Но вместо этого он тихо проговорил:
— Узнаешь. Смотри!
Первые робкие лучи выглянули к ним из-за гор, будто спрашивая разрешения явить своё присутствие миру. Стало заметно светлее, и уже без проблем можно было разглядеть простирающуюся вдали реку. Не заставило себя ждать и огненный шар солнца, которое спешило занять своё почетное место на небосводе, разливая свои жаркие огненные всполохи по глади реки. Обволакивающая уютная тишина, лишь изредка нарушаемая плеском волн и щебетом просыпающихся птиц, что периодически доносил до них тёплый летний ветерок.
— Красиво, — с придыханием прошептала Снежана, потому что от открывающегося перед ними вида действительно захватывало дух.
— Ты тоже, — очень тихо проговорил Егор. В первое мгновение Снежанка даже решила, что ей показалось.
— Что? – переспросила девушка, обернувшись к Теплову, устремив на него свой серьезный взгляд синих глаз. Очень необычный цвет, цветочный. Он таких и не встречал раньше. И вот удивительно – перед ним сейчас простиралась прозрачно-голубая река, а Егору всё равно приходили на ум одни цветы при виде её глаз. И будто другие сравнения казались какими-то неправильными.
— Ты тоже красивая, — уже громче повторил Егор, но не смог удержаться от смущённой улыбки. Потому что комплимент вышел каким-то кособоким и немногословным.
Потрясающе, Егор Андреевич, вы деградируете и превращаетесь в сопливого подростка, который двух слов связать не может при виде симпатичной девахи. М-да, дожили…
— Ребят, а вы чего там застряли? – раздался сверху голос Романенко, которую Егор в этот момент мысленно пнул с разбегу ногой прямо со скалы. Чтобы как в известной песне, которую так любил слушать его батя – «вот я и был, и вот меня не стало». Нашла блин время, когда о них вспомнить с Белоснежкой! Лучше бы своим гаремом занималась! Конечно, услышав голос подруги, Снежана предсказуемо тут же отпрянула, оставив без внимания его робкий неуклюжий комплимент. – Пошлите к нам!
 
— Сейчас! – отозвалась Вьюгина, и поспешила на зов подруги, даже ни разу не обернувшись к парню.
Егору ничего не оставалось, как последовать за ней. По его губам скользила лёгкая ухмылка. Потому что кажется, Белоснежка просто-напросто струсила, ухватившись за первую попавшуюся возможность избежать разговора.
Наивная! Она ещё не в курсе, что это было только начало.
[1] Shell – в переводе с английского ракушка.
  
Глава 33
 
— Снежанка, это ты что ли?
Вьюгина резко затормозила, выныривая из своих мыслей, и даже забыла, куда шла – а ведь Ягина попросила как можно скорее подойти в пионер-вожатскую. Рядом с огромной чёрной машиной стоял высокий широкоплечий мужчина в деловом костюме. Правда пиджак свой он тут же закинул в авто и следом закатал рукава рубашки, что было неудивительно – день сегодня был жарким и душным. Мужчине было лет за сорок, и как поняла Снежка, вряд ли он являлся обычным посетителем лагеря – родителям ребят было строго запрещено заезжать на территорию лагеря. А этого вот без проблем пропустили. Наверное, это какая-то большая шишка.
— Прошу прощения…, — Снежка удивлённо заморгала глазами. – Мы с вами знакомы?
Черты лица мужчины Снежке и правда кого-то напоминали. Особенно этот взгляд тёмно-зеленых глаз. Девушка даже чуть нахмурила лоб, пытаясь отыскать в памяти ответ, но тщетно. Да и откуда у неё или у её родных могли быть такие знакомые? Тут и невооруженным глазом было видно, что они вращались в слишком в разных кругах.
— А я смотрю и думаю: Анютка что ли бежит? Ну просто копия мамки! Даже глаза смотрю такие же, как у неё, цветочные остались, — с улыбкой протянул мужчина. – А ты, Снежан, меня наверное и не помнишь. Я Андрей Семёнович, мы вместе с твоими родителями тут в лагере бок о бок трудились много лет…
Снежка невольно расплылась в улыбке. Сравнение с мамой было для неё всегда самым лучшим комплиментом, потому что Анна Евгеньевна, что сейчас что в молодости была настоящей красавицей. И свой необычный цвет глаз Снежана унаследовала именно от неё и очень этим гордилась.
— На лицо, к сожалению, нет, — смущённо кивнула Вьюгина. – А вот по рассказам родителей – да. У вас вроде целая компания была: мои родители, дядя Юра Ломашов, вы. Ещё вроде помню такие имена как Людмила, Олег, Оксана…
— Да, Мила – это моя жена, всё верно, — подтвердил Андрей Семёнович, тепло улыбнувшись девушке, от чего в уголках его глаз тут же появились морщинки. — Ну и остальные тоже наши ребятки. Сто лет уже всех не видел! Только с Юркой вот до сих пор поддерживаем связь. Как родители, Снежан? Вы же вроде в другой город перебирались жить?
— Да, на пару лет. Потом решили вернуться.
— Мы как раз тогда и потерялись с ними, — с горечью отметил мужчина. – Да и с другими ребятами общение как-то тоже сошло на нет. Я в те годы бизнес свой начал, ну а когда дела в гору пошли с лагерем окончательно завязал. Времени совсем ни на что не оставалось. Пришлось передать должность Юрке.
— Ломашову? Так вы были раньше начальником лагеря? – ахнула Снежка.
— Да-а, — протянул Андрей Семёнович, — Было дело. Но недолго. Это у нас Юрий Петрович тут пенсию собрался встретить, а я так… можно сказать просто мимо проходил. Пять-шесть лет — это ж, по сути, вообще ни о чём!
Мужчина раскатисто рассмеялся, а Снежка вновь себя поймала на мысли, что этот смех тоже кажется ей смутно знакомым.
— Снежан, как мама с папой? Всё хорошо?
— Да, — Снежана мужественно заставила себя улыбнуться и не отводить взгляд. Может они когда-то и были хорошими друзьями, но сколько уже воды утекло! Рассказывать постороннему мужчине об их бедах она точно не будет. Да и если так подумать, она не врала – у них действительно всё было хорошо. Мама в порядке, папа жив, а это самое главное.