Ты меня не забудешь (СИ)

Значит, сарказм ему не померещился.
То, что в Потапине этого дерьма хоть отбавляй, для Егора не стало открытием. Только вот почему этого в упор не видит Снеговик? Вот вроде бы умная девка, в психологии, наверное, шарит, раз со спиногрызами умеет работать и находить к ним правильный подход. Или как там говорится, любовь зла… полюбишь и Михалыча-козла?
[1] Рейв – на сленге шумная вечеринка с большим количеством людей.
  
Глава 20
 
Если сильно захотеть, можно в космос полететь, гласит известная крылатая фраза.
А если ничего не хочешь? Вот не только в космос, а совсем-совсем ничего. Егор в очередной раз поднял глаза к потрескавшейся штукатурке на стене и тяжело вздохнул. Дни стали какие-то однообразно унылыми. Как будто эйфория от первого удачного мероприятия прошла, и наступил отходняк. Даже спиногрызы раздражали уже в фоновом режиме, и к ворчанию Батиковой он привык, и даже (вот тут Теплов сам пребывал от себя в огромном шоке) Алиска ему спустя пару дней тоже приелась. Хотя по всем параметрам девчонка была огонь, чего стоит их незабываемое посещение душа в подвале Алискиного корпуса. Вот уж впечатлений и экстрима было хоть отбавляй, как, впрочем, и физической активности в не самых стандартных позах. Но опять-таки, если сильно захотеть… вот тогда Егор хотел, а потом как-то резко стало неинтересно. И милая брюнетка Ниночка из «Отважных» тоже долго не продержалась. А казалось бы, такой перспективный вариант…
Пора признать, вот она старость во всей красе. Подобралась негаданно нежданно и со всей дури жахнула по голове, а Теплов теперь сидит и переваривает.
— Ты сдувшийся шарик не видел? – в вожатскую заглянула Батикова.
— Не видел, — отозвался Егор, все также не отрывая взгляда от созерцания стен.
— Так встань и посмотри в зеркало! Тогда найдешь! – гаркнула Ольга Викторовна, выводя Егора из оцепенения. – Я не поняла, ты чего тут сидишь, штаны протираешь?!
— Ольга Викторовна, я просто присел немного отдохнуть…
— От чего отдохнуть? То же мне работничек года! Иди шуруй на веранду вырезать аппликации для сегодняшних поделок!
Теплов даже не стал спорить и огрызаться, просто поднялся с кровати и пошел на веранду. Надоело. Оставалось только считать дни до окончания смены, когда от него наконец-то все отстанут.
— Ломашову что опять нужно тебя в какой-нибудь номер впихнуть? Или может для разнообразия сам проявишь хоть в чем-нибудь активность? – донеслось ему в спину. Егор обернулся и упёрся взглядом в саркастично раздраженную Батикову, которая застыла в дверях.
— Я делаю в отряде всё, что вы говорите…
— Грамоту тебе за это дадут. Нужно также участвовать в жизни лагеря.
— Кому нужно? Отцу? Мне вот это всё не нужно, я с самого начала вам говорил.
— Когда закончишь с подготовкой поделок, зайди в пионервожатскую. Там какие-то короба надо отнести в архив.
Теплов лишь закатил глаза и холодно кивнул, ничего не сказав в ответ. Очередная жалкая попытка его хоть куда-то пристроить. За всякие такие мелкие поручения на благо лагеря тоже давали очки в личном рейтинге, это ему вчера Некит с Маратом сообщили. Как и о многом другом: почему, например многие ребята так отчаянно бьются за эти грамоты. Стажировка в столице в крупных компаниях, конечно, звучало внушительно, но на Егора не произвело никакого впечатления. Во-первых, ему было абсолютно непонятно, какого это переживать из-за того, чтобы найти хорошую работу, во-вторых, в столице он довольно часто бывал (у его бати там даже своя хата была), но исключительно ради развлечений, а не для того, чтобы вкалывать на чужого дядю. Да и вообще, его студенческие времена уже давно миновали, какая еще к чёрту стажировка?
— А в какие компании принимают на стажировку училок? – спросил у ребят Теплов. Вся эта байда с грамотами и покорением столицы как-то у него не укладывалась до конца в голове.
— Училок? – удивлённо вскинул брови Сабиров.
— Ну вы же все тут из Педуниверситета.
 
— Так факультеты у всех разные. Переводчики-лингвисты, журналисты, связи с общественностью, экономисты, географы – тут кого только нет. А с кафедры начального образования всего лишь несколько человек, — пояснил Марат.
— Ага и парочка физкультурников, — усмехнулся Богатырёв, — Ну ты уже оценил на собственной шкуре их методы преподавания, да?
Теплов в очередной раз скрипнул зубами, но ничего не сказал. Парни и так и так пытались выудить из него признание о том инциденте с Потапиным, но Егор лишь красноречиво молчал в ответ. Потому что если рассказывать, то рассказывать всё. А он в той драке показал себя далеко не героем, а довольно неопытным бойцом. И потому Егору было очень стыдно. Значит к этой теме он возвращаться не будет. Точка. После драки кулаками не машут, и языками не чешут. Толку-то от того, что он выложит парням всю правду?
Но к ежедневным утренним тренировкам Теплов всё-таки приступил и старался не пропускать, даже если накануне ребята собирались «погудеть» у Сабирова. Нужно быть в форме, никогда не знаешь в какой момент это может пригодиться.
В пионервожатской сидели только Водяной и Баба Яга, обсуждая какие-то свои насущные проблемы лагерной жизни. Но и их двоих хватило, чтобы завалить Егора делами.
Это переставь, ой лампочка перегорела, ну и зачем ждать электрика — вот стремянка, а вот этот пакет отнеси на мусорку, ах да и коробки… Теплову царственным жестом указали на огромную кучу старых коробов, которые надо было отнести в архив, что находился в самом конце коридора. Егор с сомнением покосился на эту макулатурную пирамиду Хеопса – возникало ощущение, что стоит ему только взяться хотя бы за один короб, как он тут же рассыпется у него в руках. Но если сказали нести, то придётся. С Ягиной спорить себе дороже, а то ещё достанет свою ступу и начнет гонять его по всему лагерю.
По дороге в архив Егор чуть пару раз не уронил коробки, сотрясаясь от своего чихания. Вот нашли что хранить! Какое-то скопище старой пыли! Раздраженный и уставший он со всей дури распахнул ногой дверь архива, и тут же наткнулся на Снежану, которая чудом успела отскочить в сторону, прижимая к себе какую-то огромную папку.
— Егор! – возмущенно воскликнула девушка.
— Я за него. Раба-дурачка заказывали?
— Чего?..
— Говори, куда коробки ставить, — буркнул Теплов заходя внутрь. Вьюгина поспешила посторониться и указала рукой на пустой стеллаж.
Они толком и не общались после открытия смены. Разве что пересекались на общих планерках, походах в столовую и дискотеке. Но Снежка на контакт не шла, а Егор после нескольких неудачных попыток перестал искать возможности. На кой чёрт? Все было и так предельно ясно – он свою миссию выполнил, танец они станцевали. Значит правильной девочке можно больше не заморачиваться, чтобы общаться с таким нехорошим мальчиком как Теплов.
Сама же Белоснежка с каждым днем всё больше и больше его раздражала – своей постоянной активностью, неугомонностью, неутомимостью и каким-то безграничным оптимизмом, который она, казалось, черпала из воздуха. Вчера вот они пересеклись отрядами на прогулке в лесу, и Егор краем уха услышал, как девушка увлечённо рассказывала ребятам о травах и растениях, что встретились им по пути, а потом ещё и устроила мастер-класс по плетению цветочных венков.
— Бери пример, — усмехнулась Батикова, когда часть воспитанниц из их отряда умыкнули на мастер-класс к Снеговику. И с цветочной поляны то и дело раздавались весёлые голоса и звонкий заливистый смех.
— Я с садоводством не дружу, — буркнул Егор.
Бесит! И вся эта правильность её бесит! И желание всем во всём помочь и угодить. Вот чем она сейчас занимается в этом пыльном архиве? Конечно же помогает разгребать кучу старых документов, чтобы выслужиться перед руководством! Чтобы ей ещё больше накинули баллов в личном рейтинге. И всё ради этой грёбанной грамоты! А у самой уже нос красный и глаза слезятся от пыли!