Роза и виолончель (СИ)
Через несколько бесконечно долгих секунд его голова запрокинулась, веки сомкнулись. Да он же сейчас кончит! Ублюдок! Кончит прямо перед ней, трахая другую бабу! Мразь! Скотина! Как у него только хватает наглости!.. Вопли Изабеллы стали еще надсаднее. Тео закусил губу, застонал… На самом пике он распахнул глаза, и его затуманенный взор пронзил сердце Мии раскаленным кинжалом, политым кислотой и приправленным ржавыми зазубринами.
Ступор, наконец, отпустил, и она сломя голову помчалась прочь, даже не пытаясь сдерживать рвущиеся наружу рыдания.
Яркий свет из окон и стеклянных дверей заливал террасу, выхватывая из темноты небольшие группы гостей. Из зала доносилась музыка, повсюду раздавался смех и оживленные голоса. Мие было не до смеха. Ее трясло, щеки горели от бешенства, а внутри все сжималось так, что она не могла дышать: «Урод! Мудак! Ненавижу! Как я вообще могла полюбить такого гада! Дура! Идиотка! Как можно было до такого опуститься! Хватит! Пора покончить с этим дерьмом!»
Она сделала несколько глубоких вдохов, на пару секунд приложила холодные ладони к пылающему лицу, затем вошла в зал. После свежести ночного парка спертый воздух неприятно ударил в нос. Надо найти Константина и отдаться ему сегодня ночью, чтобы тело другого мужчины перешибло воспоминания о Тео, чтобы с мясом выдрать из памяти образ этого подлеца!
Константин клевал носом на банкетке в дальнем углу. Мия плюхнулась рядом.
— Любимый, — она сомкнула объятия вокруг его шеи, — давай убежим отсюда!
— Куда? — он поднял на нее удивленный, слегка захмелевший взгляд.
— Я хочу побыть с тобой наедине.
— Ну… можем выйти на балкон.
Нет! Только не на балкон! Там все будет напоминать о том случае на помолвке…
— Я имею в виду… — Мия теснее прижалась к нему и обольстительно зашептала на ухо, — мы ведь почти муж и жена, так зачем тянуть? Давай сделаем это сегодня.
Константин встрепенулся и ошалело вытаращился на нее.
— Ты уверена? Я… не знаю, что сказать… Это так неожиданно…
«Соглашайся, дурень, пока я не передумала», — Мия поморщилась от досады.
— А что нам мешает? — спросила она.
— Ну что ж, — несмело улыбнулся он, — если ты так хочешь…
«Хочу, но не с тобой, болван! А с гребаным выродком, который пердолит твою мамашу!»
— Пойдем! — она решительно поднялась с банкетки, взяла Константина за руку и повела сквозь густую толпу.
Когда они почти добрались до выхода, в душном зале повеяло свежим ночным ветерком: кто-то открыл дверь на террасу. Мия оглянулась — Тео. Явился, не запылился! Рожа сияет, словно начищенный медяк. Следом — Изабелла. Делают вид, что порознь… Похотливые твари!
Взгляд Тео расслабленно скользил по гостям. Еще секунда, и он увидит Мию! Она тут же схватила Константина за плечи и впилась в него страстным поцелуем.
От неожиданности тот впал в ступор, явно смущенный столь откровенной демонстрацией чувств. «Наплевать! — думала Мия, бешено ворочая языком во рту жениха. — Да хоть отымей меня при всех, лишь бы досадить этой сволочи!»
— Уф, — ошарашено выдохнул Константин, наконец, вырвавшись из ее объятий. Он сконфужено вытер губы тыльной стороной ладони. — Дорогая, кажется, ты немного перебрала вина.
— Пожалуй, — жеманно хихикнула Мия.
Она украдкой зыркнула на Тео и оторопела: взгляд блестящих ореховых глаз словно обдал ее кипятком. Он, не таясь, смотрел на нее в упор. Сдвинутые брови, презрительно искривленный рот… «Ревнуешь, ублюдок? Так тебе и надо!»
— Идем же! — Мия игриво схватила принца за воротник и потащила за дверь.
Они добрались до спальни Константина, и Мия порывисто втолкнула его за порог. Она стянула с жениха сюртук, швырнула его на пол и принялась яростно сражаться с узлом на шейном платке.
— Подожди, дорогая, — промямлил Константин. — Он же помнется.
С этими словами он мягко отстранился от Мии, подобрал сюртук и аккуратно повесил его в шкаф.
«Господи! Да трахни меня уже наконец! — в нетерпении кусала губы Мия, пока жених неспешно, пуговицу за пуговицей, расстегивал парчовый жилет. — Чего ты копаешься! Дернуть бы за отвороты так, чтобы эти чертовы пуговицы посыпались в разные стороны! Ты же принц, все это барахло для тебя ничего не стоит, какого хрена ты так над ним трясешься, долбаный чистоплюй!»
После того, как жилет занял подобающее место в шкафу, настал черед бриджей и чулок. Пока Константин неторопливо снимал их, тщательно сворачивал и бережно укладывал на полку, Мия сидела на кровати, зевая от скуки и чувствуя себя полной дурой.
Наконец Константин остался в одной рубахе. Он подошел к постели. Мия поднялась и обняла жениха. Он неловко ее поцеловал. Ей стало не по себе: зачем она вообще затеяла эту игру? Скорей бы уже с этим покончить!
Поцелуй затягивался, похоже, Константин не знал, что делать дальше. Неужели у него и вправду еще ни разу не было женщины? Пора брать дело в свои руки! Мия отстранилась и через голову стянула с себя платье, благо, алькантарский крой позволял не возиться с застежками и шнурками.
Под платьем больше ничего не было: белье испортило бы привлекательный силуэт. Константин судорожно сглотнул. «Сними же свою рубаху, болван!»
— Подними руки! — он послушался, и она стащила с него сорочку.
Взгляд скользнул по широким плечам — Мия впервые видела обнаженного мужчину. Развитые грудные мышцы, подтянутый живот — а он недурно сложен! Но почему же этот дуралей застыл как истукан? Почему она должна все делать сама?
Мия несмело погладила безволосую грудь. Константин нерешительно ее обнял и приник губами к виску. Животом она ощутила, как приподнялся его член. Наконец хоть какая-то реакция! Мия села на постель и увлекла жениха за собой.
Она легла на спину, а Константин взгромоздился сверху. Черт! Какой тяжелый! Разве обязательно вот так наваливаться всей тушей? Еще и волосы придавил к кровати. Мия дернула головой, но тщетно — освободиться не удалось. Жених этого не заметил, а, тяжело дыша, принялся наобум тыкаться ей между ног, пытаясь проникнуть внутрь.
«Он даже не знает, куда совать», — Мия с раздражением опустила руку и направила член во влагалище. Она сжала мышцы, чтобы создать видимость преграды — но этого даже и не требовалось — лоно было сухим, как пустыня, и Константину еле-еле удалось в него протиснуться. Соитие продолжалось недолго. Жених сделал несколько лихорадочных толчков и замер, уткнувшись носом в ее плечо.
Разочарование Мии не знало границ. И это все? И за этого увальня она выходит замуж? Под тяжестью его тела было трудно дышать. Шея затекла, Мия не могла пошевелить головой, потому что Константин все еще прижимал ее волосы к кровати. Черт! Почему так? Да она получила в разы больше удовольствия, когда Тео грубо брал ее на балконе, чем от «ночи любви» с почти законным супругом… Мия едва не разрыдалась от досады.
Константин, наконец, подал признаки жизни, и она с яростью выдернула прядь из-под его руки.
— Тебе понравилось? — спросил он.
Мия чуть не рассмеялась ему в лицо.
— Угу, — промычала она. — Можно я воспользуюсь ванной?
— Конечно, дорогая.
Она поднялась с кровати. Растерянность, неловкость, смущение — вот и все, что она испытывала, когда поспешно натягивала на себя платье. Может быть со временем это станет получше? Должен же он когда-нибудь научиться? Правда что-то совсем не хочется служить ему тренировочным манекеном.
Мия скользнула за дверь в отделанную мрамором ванную и зажгла пару свечей в позолоченных канделябрах. Наполнив из крана кувшин, она забралась в ванну и подмылась, сидя на корточках. Пальцами она, как сумела, очистила влагалище изнутри — не хватало еще понести до свадьбы! После — тоже не особо-то хотелось, но там уже деваться будет некуда — хотя бы парочку наследников родить придется.
Теперь оставалось лишь позаботиться о своей репутации. В шкафчике под раковиной Мия обнаружила бритву. Закусив губу, она чиркнула лезвием по мизинцу. Слишком слабо. Она надавила сильнее. Палец обожгло острой болью, и на порезе выступила пара блестящих бусинок крови.