Избранная страны драконов (СИ)

А гости, стоящие на безопасном расстоянии, наконец-то, потопали ко мне. Добромир первый заключил в объятия, сжал так, что я смутилась.
— Как я рад тебя видеть. Живой, — сказал чемпион и со вздохом отпустил меня.
Милая сестрица Идепиус только похлопала по плечу.
— Где ты пропадала? Заждались все тебя, — сказала Асанна, стряхнув с плеч увесистый рюкзак, — пешком пришла?
— Стрела подкинула до озера, — улыбнулась я, — а вы откуда здесь?
Действительно, как они все здесь очутились? Просто столпотворение какое-то. Никто ведь не знал, что мы с Горынычем упали в Ледяное озеро, а потом так и застряли здесь.
— Нашли Горыныча, а потом переселились сюда всей толпой из Муравки, — ответил Эрвин, и я подозрительно покосилась на него, — длинная история, я потом расскажу.
— А меня выдернули из дома Горыныча лечить, — сказала Асанна, — парни хотели пустить дракона по твоему следу, как тогда он с Ларри вас нашёл. Но…
— Что но? — я нахмурилась.
— Он почти не летает. Я лечу его.
На безоблачное голубое небо налетели тучки. Они закрыли небосвод, и солнце скрылось за облаками.
— Что у него? — мой вопрос повис в тишине.
— Повреждены связки и сухожилия, — последовало короткое объяснение, которое ничего не объясняло, — делаю всё, что могу.
— Какой прогноз?
— Хороший, — Асанна перевела взгляд на Горыныча, — жить будет.
— А летать?
— Уф, — Асанна раздраженно выдохнула. — Эрвин с ним тренируется над озером каждый день, — я делаю всё, что могу. Глупо обещать то, в чём не уверена, — Асанна подтащила рюкзак к очагу из камней, развязала тесёмки, — вот смотри, — она вытащила жестяной бочонок, — еще одна мазь, я изменила рецептуру.
— Опять эта едкая дрянь, — Эрвин поморщился, глядя на жбан, — я весь перемазался.
— Ты уже прополоскался в озере, не бурчи, — беззлобно ответила Асанна и почему-то посмотрела на Добромира.
Я повернула голову вслед за ней, и встретилась взглядом с чемпионом, его глаза говорили гораздо больше, чем я хотела бы увидеть.
— Ты знаешь, что у Стрелы появился дикарёнок? — Эрвин кивнул в сторону драконихи. Она издалека недовольно заворчала в ответ на интерес к своей персоне.
— Знаю, — я улыбнулась, — Стрела уже познакомила вас?
— Сожрёт без предупреждения в благодарность за знакомство, — ответил Добромир, а Эрвин скептически взглянул на него.
— Рядом с Соней безопасно, — выдал Вышнев, следя за Асанной, которая мелкими шажками приближалась к Горынычу, не отрывая глаз от Стрелы.
— Я не боюсь, — сказала Асанна, и Добромир повел бровью, — но опасаюсь. Горыныч ещё тот неженка, как взревёт ненароком, а дама сердца кинется его спасать.
Подойдя поближе, Асанна начала наносить мазь широким шпателем на внутреннюю поверхность поднятого крыла и на брюхо под ним. Дракон стоял спокойно, а вот я не смогла сдержаться. Ночной пожар, смертельную опасность на краю пропасти я перенесла без единой слезинки, но увечье Горыныча с лёгкостью открыла запертые шлюзы. Любимый дракон терпеливо стоял с поднятым крылом, кося на меня глазом. Неужели он никогда не взлетит? Слёзы брызнули из глаз, я, не обращая внимания, размазывала их по лицу.
— Соня, — Эрвин взял меня за руку и поцеловал мокрую ладонь, — мы вместе и все живы, — и вложил в руку носовой платок.
— Горыныч сам сейчас разрыдается, — сказал Добромир, — посмотри на него.
— Драконы не умеют, — я вытерла слёзы скомканным платочком не первой свежести.
— Ради такого случая он научиться, — ответил чемпион, — верно, Горыныч?
Дракон напрягся и, почти не настраиваясь, гаркнул.
— Р-да! — рык его вышел странным, как будто Горыныч дал петуха, все засмеялись, я тоже сквозь слёзы. Одна Стрела оказалась недовольна солистом, она отвернула чешуйчатую морду от нашей компании. Показала дуралею, что не стоит выставлять себя на потеху человечкам.
От дружеских улыбок и умильной морды Горыныча стало легче на душе. Разве не я всегда твержу, всё будет хорошо. Надо верить, так и будет.
В течение часа я узнала всё, что произошло накануне. Самой невероятной новостью оказалась история Горыныча, отправившего Стрелу на мои поиски.
 
Ночью дракон поднял такой рев, что разбудил всю округу, и Эрвин понял, Горыныч чувствует беду.
— Я чуть с ума не сошёл вместе с ним, — сказал Эрвин, — это не передать словами. Я метался по берегу, как полоумный, а Горыныч рвал душу своим рёвом. Слава всем святым, на его зов прилетела Стрела. Не знаю, где она прячется со своим дикарёнком, далеко или близко, но ведь прилетела в утренних сумерках, встала как вкопанная перед Горынычем, и несколько минут вслушивалась в его дурной рёв. Правда, к тому времени он хоть и не успокоился, качаясь взад вперёд, как заведённый, но голос сорвал.
— Эрвин взглянул на меня, — Горыныч был прав?
— Он всегда прав, — ответила я чуть надтреснутым голосом.
Все, сидящие у костра, обменялись быстрыми взглядами. Второе мое наводнение они могли не пережить.
— Эрвин, рассказывай, — попросила Асанна.
— Я знал, Горыныч мог найти Соню, а Стрела, хоть и откликнулась на зов Горыныча, туго соображала, что он от неё хочет. Дракониха внимала Горынычу, вытянув шею и не сводя с него желтых глаз, она не обладала навигаторским чутьём, но хотела понять. Жаль, что здесь нет Ларри, я бы подтвердил, что Горыныч — гений. Прямым подключением к мозгу Стрелы он пытался передать координаты Сони. Не знаю, что он ей толковал, но потом внезапно кинулся на меня. Вот так, — Эрвин с рыком резко обернулся к Асанне, воздев руки у неё над головой.
— Дурак! — вскрикнула она, отшатнувшись, — совсем чокнулся!
— Я примерно так и сказал, — Эрвин ухмыльнулся, — Горыныч меня чуть из штанов не вытряс. Знаешь, что он прорычал тогда? — парень пристально посмотрел на меня, и я непроизвольно залилось краской, — Горыныч рыкнул типа «решь»! Он искал вещь, принадлежавшую тебе…, она нашлась у меня в кармане.
— И что ты сделал? — подала голос Асанна.
— Отдал её Стреле, — ответил Эрвин.
— Что за вещь? — воскликнула Асанна.
— Медальон, который я подарил Соне, но она его… забыла в Овечечке. Я носил его с собой, ну, и закрепил его на Стреле. Она позволила мне это сделать. Не заметила его?
Я отрицательно покачала головой. Туман был не только в пропасти. Когда я садилась на Стрелу, и розовый бант у неё на шее не заметила бы. Стоя на ступенях, над бездной, я выпала из реальности. Я видела другой мир, и сейчас не хотела об этом. Друзья ожидали чуть более внятного рассказа, но я перелистнула страницу истории с кругляшами, и собиралась забыть её, чтобы не накликать продолжения.
— Я знал, что Горыныч был прав, — произнес Эрвин, — мы с ним даже попытались лететь, но он дотянул только до половины озера.
— Поэтому вы добирались обратно вплавь? — я с улыбкой взглянула на Эрвина, а он насупился, приняв мои слова за насмешку.
— Хотели охладиться, — буркнул этот невероятно упрямый тип.
Стало грустно, Вышнев обиделся, мы опять не совпали, я говорила одно, Эрвин слышал другое. Не сговариваясь, Добромир и Асанна стали подбрасывать ветки в затухающий костер, сделав вид, что не заметили нашей размолвки. Ну, и пусть. Мы не идеальная пара, и никогда ею не будем, но я уже ничего не боюсь.
В сувенирную лавку, наклонившись над притолокой, вошёл высокий мужчина, одетый в дорожный плащ. В небольшом помещении оказалось многолюдно. В дневное время здесь всегда толпились туристы, желающие прикупить сувениры. Недалеко от входа хозяйка лавки обслуживала покупателей, заворачивая в шуршащую бумагу покупки гостей. На нового клиента она даже не взглянула. Увидев, что на него не обращают внимания, мужчина отошёл к полкам, заинтересовавшись куклами и прочими безделицами. Двигаясь вдоль полок, он остановился, взял в руки человечка со шпагой.
Голос за спиной заставил мужчину вздрогнуть.
— Пожалуйста, не трогайте, эта кукла не продаётся, — мужчина медленно обернулся, голос хозяйки замер на полуслове, — поставьте…, — женщина справилась с волнением, — на место.