"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— А я хочу нормальное тело, — усмехнулся Мишру.
— Оно у тебя было. Просто ты попытался вылезти там, где не следовало.
— Я-то тут при чем! Меня призывали!
— Хочешь сказать, что ты не мог отгородиться от призыва? Не смеши меня.
— Да уж, тебя рассмешишь. Скажи тогда, что это тебя так зацепило у ворот?
— А ты не прочел мои мысли?
— Их не так легко читать, когда ты думаешь не словами, а образами. Я — шляпа, а не прорицатель.
Я огляделся по сторонам. Было крайне неразумно разговаривать со шляпой на виду у какого-нибудь горожанина, идущего за своей вечерней кружкой эля.
— Давай я объясню тебе в гостинице.
— Хорошо, — согласился Мишру, — но только мне тоже есть что тебе сказать.
Я пожал плечами. Кроме колкостей, за последние дни от него я ничего не слышал. Я спрятал «монету» под камзол — лишнее внимание мне тут совсем ни к чему.
Подойдя к входу в трактир, я толкнул тяжелую двухстворчатую дверь, и в лицо мне сразу ударил спертый воздух, пропитанный ароматами табака, пота и эля. Большой питейный зал гудел множеством голосов. Повсюду на стенах были развешаны масляные фонари, еще несколько висело под потолком. Между большими столами сновали туда-сюда девушки в простых, крестьянских одеждах, разносившие выпивку. В дальнем конце зала стояла большая стойка, углы которой были украшены стелами из ониксового дерева. За стойкой суетился невысокий худощавый человек в грязном фартуке. С левой стороны зала, ближе к стойке, была лестница, ведущая, видимо, в гостевые комнаты.
На мое появление не было обращено ровным счетом никакого внимания. Большая часть посетителей, не считая уснувших носами в кружки, собралась в дальнем конце зала. Самый громкий галдеж шел именно оттуда, все что-то живо обсуждали, столпившись за одним из больших столов. Голоса иногда перекрывал зычный, глубокий бас, после чего следовал взрыв хохота.
Я подошел к одному из самых маленьких столиков у входа, сел на скамью и жестом подозвал служанку. Фонарь надо мной горел слабо и скрывал стол в полумраке. Окно у стола было открыто, и свежий ночной воздух приятно овевал мое лицо.
— Что у вас сегодня? — спросил я у подошедшей служанки.
— Баранье рагу и… — начала говорить она.
— Рагу достаточно. И бутылочку вина. Только не надо крепкого.
Она кивнула и упорхала. Я снял шляпу, положил ее на стол рядом с окном, отстегнул эспадрон, а сам, опершись о стену, с наслаждением вытянул ноги. Долгожданный отдых был уже совсем близок — сейчас набью пустой желудок горячим, сочным рагу, вина для полного расслабления, и наконец прекрасный сон в чистой постели. Гнетущее чувство почти исчезло, но что-то на самой кромке сознания все еще беспокоило меня. К бесу, подождет до завтра.
Служанка прибежала с деревянным бокалом и бутылкой красного вина. Я с наслаждением пригубил — легкое и не слишком крепкое, то что нужно. Я с трудом поборол желание снять сапоги для полного удовлетворения.
— Песню! — выкрикнул вдруг кто-то из толпы за большим столом.
«Песню, песню!» — подхватили все.
Я с интересом посмотрел туда. Толпа немного расступилась, но обладателя баса все равно не было видно. «Что ж! Песню так песню!» — рявкнул он и затянул старую, бойкую балладу о сражении на склонах Киннадона. Гномью балладу. А я знал только одного гнома, способного так легко общаться с людьми. Я вышел в середину зала и крикнул:
— Агилмунд! Какими судьбами!
Толпа вокруг стола расступалась — это гном расталкивал людей своими могучими руками. Ростом ненамного выше стола, он обладал крепчайшим телосложением, шире обычного человека в плечах и с куда более массивными конечностями. На нем была кольчужная майка, на руках — грубые кожаные перчатки. Короткие ноги в кожаных штанах цвета дорожной пыли были обуты в стальные сапоги. Роскошная шевелюра Агилмунда доходила ему до поясницы, а огромная черная борода спускалась ниже пояса. Из всей этой массы волос видны были только большой нос и постоянно прищуренные глаза с множеством морщин в уголках.
 
— Диестро! — воскликнул он. — Неужели это ты, горелая головешка!
— Агилмунд! Единственный гном, у которого борода растет даже из носа! — крикнул я и пошел ему навстречу.
Он обхватил меня своими ручищами и сжал так, что спина хрустнула. Весь зал с удивлением наблюдал за этой сценой приветствия.
— Как ты тут оказался, старый друг? — спросил он, отпуская меня из своих объятий.
Я перевел дыхание. Все-таки он никогда не рассчитывал силу.
— Случайно, дружище. А ты?
— Я — нет! — От его громогласного голоса я успел поотвыкнуть за два с лишним года, которые мы не виделись. — Но об этом мы поговорим позже! Маргарита! — окликнул он одну из служанок. — Эля моему товарищу, да покрепче!
— Нет-нет, Аги! — я замахал руками. — Я дико устал, и у меня скоро остынет мое рагу…
— Спокойно! — Гном хлопнул меня по спине, и я закашлялся. — Нет лучшего средства от усталости в теле и душе, чем огонь из эля, который мы сейчас зажжем в твоем брюхе!
— Аги… — пытался протестовать я, но гном зажал мое плечо стальной хваткой и потащил к стойке.
Я перестал сопротивляться.
— Аги, я, правда, очень устал. И не слишком хорошо себя чувствую. — Я внимательно посмотрел на него.
Он заглянул мне в глаза. Я кивнул.
— Ах вот оно что… — прошептал Агилмунд в бороду.
Он не понаслышке знал о моей способности чувствовать всякую дрянь — однажды это даже спасло нам жизнь. И к моей фразе он отнесся с большой серьезностью.
— Ну ладно, — он отпустил мое плечо, — отдыхай. Я зайду тебе в комнату ночью, нам есть о чем поговорить.
Да что такое! Они мне решили спать не давать своими разговорами! Я кивнул гному и вернулся за свой стол. Немного сбившаяся с общего ритма атмосфера веселья в трактире быстро восстановилась с возвращением Агилмунда в шумную компанию.
Я ковырял деревянной ложкой еще теплое рагу и думал об Агилмунде. Что он тут делает? Старый, бывалый ветеран Кланов в таком захолустном местечке? Тем более в наше время, когда гномов днем с огнем не сыщешь. Странно, что стражники не упоминали о нем. Еще один вопрос, на который мне стоит найти ответ. Но тут хоть все проще — сунуть нос в дела незнакомого мне инквизитора я не имел права, как младший по сану, а сунуть очень хотелось. Агилмунда же я знал уже довольно давно и мог позволить себе расспросить его. К тому же он относился ко мне немного по-отцовски — с тех самых пор как мы познакомились, когда он спас меня от ужасного пандемониуса. Я, как и немалое количество воинов Империи, был слишком неопытен, но Вторая Великая Война требовала всех человеческих ресурсов. Я до сих пор помню, как он выпрыгнул из-за обугленного уступа, с невероятной для его комплекции ловкостью, и одним взмахом сияющей секиры отсек ублюдку рог. Как эта тварь закричала! Но пугать гномьего ветерана, закаленного в сотнях битв, — напрасное дело. Агилмунд только усмехнулся тогда. Закованный в неподвластные огню латы, он ступал по выжженной земле, и с каждым его шагом в воздух поднимались тлеющие искорки и улетали куда-то ввысь, в затянутое черными тучами небо.
Огонь горел повсюду, земля разверзалась и выплевывала лужицы кипящего металла. Словно наступил Рагнарёк, а Агилмунд-Вотан сражается в последней битве с пандемониусом-Бетрезеном. Демон выпустил в него струю пламени, но Агилмунд просто прошел сквозь нее и вонзил топор чудовищу в грудь, а я проткнул его сзади эспадроном. Тогда я получил свой первый ожог на правой руке, еще до встречи с Мишру. Как гном вынес меня из этого ада, и зачем он это сделал, я до сих пор не знаю. Я потерял сознание от боли почти сразу, как демон рухнул на усыпанную пеплом землю. С тех пор мы много битв прошли вместе, пока Империя и Горные Кланы были союзниками. Даже сражаться по-настоящему меня научил именно он — в монастыре я был последним по фехтованию, да и сейчас управляюсь со шпагой неважно. Но, как оказалось, это не самый критический фактор для выигрышного боя.