"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Дык ведь оно как вышло… Гонец из Жареного Гуся прибыл хорошо за полночь. Вы уже отправились почивать… — залепетал оправдания помощник.
— Нужно было разбудить! — перебил седой гном.
— Но госпожа Эйризла строго-настрого запретила…
— Берли, я чего-то не пойму, ты кому служишь, мне или моей жене? — злобно сверкнул глазами наместник. — Ладно, к этому разговору мы с тобой ещё вернёмся. А сейчас немедленно распорядись послать за сыновьями! И чтобы все у меня в кабинете через четверть часа были! Уяснил?!. Выполняй!
Помощник выбежал из кабинета наместника в насквозь мокрой нательной сорочке. Спустившись на первый этаж в общую опочивальню, он растолкал спящих слуг и передал им приказ хозяина. Проследив, как зевающие и на ходу натягивающие ливреи гномы разбегаются из стремительно пустеющей опочивальни, он уже неспешным шагом поднялся обратно на второй этаж замка и вернулся за свой стол в приёмной.
Ровно через четверть часа, как и было велено, шестеро могучих, плечистых бородачей робко, как нашкодившие гномы-малолетки, вошли следом за помощником Берли в кабинет своего грозного родителя наместника клана Рунных Топоров королевского стража Фралера Жёлтого Глаза.
Повинуясь молчаливому жесту седого гнома, все торопливо расселись на жёсткие деревянные стулья, специально для посетителей выставленные вдоль пустынных стен кабинета.
Обведя суровым взглядом рассевшихся сыновей, Фралер обернулся к оставшемуся стоять возле двери помощнику и, грозно нахмурив брови, громыхнул:
— Я же велел созвать всех сыновей! Где мой младший сын? Где Кагнерик, я тебя спрашиваю?!
— Я… я… я передал ваш приказ слово в слово, — растерянно залепетал Берли. — Слуги обыскали весь дом. Господина Кагнерика нигде нет.
— Как это нигде нет?! Я его никуда не отпускал! Значит, он должен быть в замке! И если через минуту он сюда не явится!..
— Не серчай на Берли, отец, — вдруг осмелился перебить родителя самый старший из сыновей, в бороде которого уже тоже имелось изрядное количество седых волос. — Он не сможет отыскать Кагнерика. Два часа назад я отправил его из замка по неотложному делу.
— Громон! Ты отправил?! — Наместник изумлённо воззрился на сына. — А почему меня не упредил?
— Дело не терпело отлагательства, отец, — спокойно ответствовал Громон Сжатый Кулак. — Полагаю, я не утратил твоего доверия и вправе принимать самостоятельные решения.
— Ты, конечно, давно уже не мальчик, а опытный боевой воевода, и имеешь право самостоятельно принимать решения, — с тяжким вздохом был вынужден признать отец. — Но…
Тут он неожиданно замолчал и, выдерживая паузу, стал неторопливо извлекать из широкого бокового кармана цветастого сюртука любимую, до черноты прокуренную глиняную трубку, расшитый золотом шёлковый кисет с табаком и небольшой кремень, соединённый серебряной цепочкой с огнивом.
Трубку со связкой огнетворных камней старый гном выложил перед собой на столешницу, а у оставшегося в руках кисета размотал стягивающую верх тесёмку, после чего стал аккуратно черпать из шёлкового мешочка щепотью табак и тут же закладывать его в трубку. Набив её до отказа и хорошенько утрамбовав, Фралер сунул кончик длинного мундштука в рот и, ловко выбив кремнем об огниво сноп искр, с первой же могучей затяжки раскурил свою пыхтелку.
Пока наместник занимался трубкой, все остальные присутствующие в кабинете гномы хранили почтительное молчание и покорно дожидались, когда он наконец озвучит обозначенный, но невысказанный упрёк.
Лишь повторно выпустив облачко ароматного белого дыма, отец соизволил продолжить недосказанное обращение к старшему сыну:
— Но принимая подобные решения вдругорядь, Громон, будь добр, немедленно ставить о них меня в известность. Иначе, как видишь, могут возникнуть разного рода неприятные недоразумения и пострадать безвинные гномы!
— У меня и в мыслях не было таиться от тебя, — пожал плечами воевода. — Два часа назад ты, отец, спал. Дело было не настолько спешное, чтобы будить тебя. Я решил уведомить тебя об отъезде Кагнерика утром. И как раз собирался сам идти к тебе, когда появился посыльный с приказом немедленно явиться в твой кабинет на семейный совет.
 
— Ну коли так, ладно, — смилостивился наконец утопающий в клубах дыма старый гном. — Берли, извини мою стариковскую вспыльчивость.
— Что вы, господин, у меня и в мыслях не было обижаться, — зарделся непривычный к подобного рода признаниям помощник.
— Вот и прекрасно, — кивнул наместник. — Теперь, Берли, ступай в приёмную и проследи, чтобы нас никто не беспокоил.
Выждав, когда за секретарём закроется дверь, Фралер снова заговорил, обращаясь уже к оставшимся в кабинете сыновьям:
— Господа ближний круг, созвать сегодня всех вас спозаранку меня вынудили чрезвычайные обстоятельства. Вероятно, вы уже знаете, а для тех, кто не знает, я объявляю, что вчера вечером одно из наших селений подверглось нападению большой разбойничьей ватаги и было почти полностью уничтожено. Как злодеи числом аж в шесть десятков человек умудрились незаметно проскочить мимо наших дозоров — одному Вотану известно. Если бы не подоспевшая помощь в лице четверых воинов-наёмников, опять же непонятно как просочившихся на территорию нашей провинции, в селении Жареный Гусь не уцелело бы ни одного дома. И все тамошние жители были бы вырезаны подчистую. Исходя из вышеизложенного, хотелось бы услышать ваши комментарии к случившемуся. Ну, кто начнёт?
Старший Громон Сжатый Кулак жестом показал, что пока не готов говорить, передавая слово следующему по старшинству Драмону Защитнику. У нахмурившегося Драмона, под чьей твёрдой рукой находились дозорные отряды пограничной стражи, нашлось что сказать.
— На границах нашей провинции вчера было всё спокойно! — не терпящим возражений яростным басом объявил он. — Патрулирование протекало как обычно. Никаких подозрительных личностей, посягающих на недозволенный переход границы наших владений, тем более больших вооружённых отрядов, замечено не было. За каждого своего воина я ручаюсь головой!
— Выходит, злодеи все из-под земли к нам нагрянули, — саркастически всплеснул руками наместник.
— Мы с Тартоном не исключаем такой возможности, — совершенно серьёзно высказался третий по старшинству сын — Храмин Шустрый, являющийся, как всем присутствующим было прекрасно известно, главным хранителем знаний славного гномьего рода Фралера Жёлтого Глаза.
Его присутствующий здесь же брат-близнец Тартон Высокий Лоб был младше брата всего на несколько минут. И из-за этой малости он до конца своих дней был обречён вечно оставаться вторым в тени своего более проворного братца. Даже несмотря на то, что Тартон слыл гораздо более искусным чародеем, чем Храмин, он официально считался его подчинённым и пребывал в должности простого хранителя знаний.
— Да вы чего, чародеи?.. — растерянно уставился на близнецов отец. — Тартон, это чего твой главный там навыдумывал?
— Как известно уважаемому совету, сразу по переезду в нашу провинцию нами с братом на её территории в местах скопления и переплетения силовых магических потоков были установлены пять жезлов власти клана Рунных Топоров, — начал издалека Высокий Лоб. — Лишь благодаря этим жезлам стало возможно здесь, на равнине, применение нашей горной рунной магии…
— Всё это нам прекрасно известно, — перебил чародея нетерпеливый Драмон. — Прекращай впустую воду лить, переходи к нашей проблеме.
— Так вот, один из наших жезлов власти вчера вечером был на несколько минут нейтрализован, и подконтрольным ему источником маны всё это время пользовался какой-то весьма искусный чародей, — огорошил неожиданным признанием Тартон.
— Находился источник, как вы уже наверняка догадались, возле злосчастного Жареного Гуся, — добавил своё авторитетное слово Храмин.
— И проделано всё было настолько мастерски, что мы с братом совершенно ничего не ощутили, — продолжил дальше вещать Высокий Лоб. — Лишь когда, по просьбе Громона, ночью прибыли в разорённое селение, мы обнаружили затёртые следы чужеродной магии на нашем как ни в чём не бывало работавшем жезле власти.