"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Да кто бы сомневался, – пробормотал Лукай, чуть заметно усмехаясь.
Прижавшись спинами, мужчины вертелись на месте, выставив мечи. Демонессы кружили, словно оголодавшие волки, и в их ладонях мерцали огненные язычки пламени.
– Обниматься не будем, – пробормотал с напряжением Бигдиш, неотрывно следя за мельканием полуголых тел демониц, которое с каждым шагом становилось все яростнее и незаметнее.
– Да, пожалуй, – отозвался в ответ Лукай.
Незримая тень скользнула в сторону Бигдиша, и он только интуитивно вскинул меч. Раздался зловещий всхлип, клинок пропорол нечто твердое, словно каменное. От вида приближавшегося искривленного лица демонессы с лопнувшей на скуле кожей и расширенными белыми глазами, медленно сползающей по мечу к самой рукояти, Бигдиш сморщился. Из раскрывшегося рта Проклятой потекла черная густая кровь, заливая сапоги и руки лучника. Меч вышел со странным хлюпаньем, когда Бигдиш брезгливо оттолкнул поверженную Проклятую.
– Одна есть!
От безысходности ее сестрица завизжала так, что заложило уши. Меж ее вскинутых над патлатой головой рук наливалась ослепительно белая потрескивающая дуга. В следующий момент смертельный разряд сорвался с кончиков пальцев. Друзья прыснули в разные стороны, и под их ногами запенилась земля. Фонтаном ударили вверх комья грязи и раскрошенный лед, засыпая их распластавшиеся тела. Демонесса последний раз оглушительно завыла и, стремительно развернувшись, испарилась.
Наступила настороженная тишина. Лежа в снежном месиве, Бигдиш пошевелился, проверяя, целы ли кости. Он медленно сел, отряхивая с перепачканного плаща землю. Лукай, отплевываясь, обтирал бородатое лицо. За последние пять лет он нисколько не изменился, только глубокие морщины прорезались меж бровей.
– Ты рад встрече? – прогудел Лукай, выуживая заваленный меч, и проверил клинок на предмет зазубрин.
– Захлебываюсь, – пробормотал лучник и, осторожно дотронувшись до раны на щеке, поморщился.
Кровь промочила ворот плаща и рубахи, которые теперь неприятно липли.
– Кровью?
– Радостью, – буркнул Бигдиш вполне искренне.
Чуть усмехаясь, Лукай покачал головой.
* * *
– Нужно уезжать, пока Проклятая не вздумала вернуться. – Бигдиш обтер кровь с шеи и ворота чистым снегом, стараясь не тревожить ноющую рану на щеке, потом стянул перчатку и, болезненно поморщившись, осторожно дотронулся до дергающего пореза с опухшими краями.
– Надо бы промыть сначала хорошенько, – кивнул Лукай.
– И так сойдет, – Бигдиш растер покрасневшую от снега шею мягкой сухой тряпицей, – на мне все как на собаке заживает.
– Ну ладно, – кивнул Лукай, – как скажешь. – Он легко запрыгнул в седло, грудью навалившись на луку, и бросил через плечо: – Кстати, бывает, от ран Проклятых как раз люди в собак и превращаются. Или от скверны заболевают…
Бигдиш только скрипнул зубами, усаживаясь на свою тонконогую кобылу, но отчего-то любое движение отдавалось резкой болью в лице, будто с него заживо сдирали кожу. Пришпорив лошадку, он догнал Лукая, и не думавшего его ждать и уже скрывшегося в густом ельнике. Некоторое время они ехали молча, собственно, не понимая причин, почему следуют в одну сторону. Неловкость лишь усугубляла пропасть, за пять долгих лет разделившую друзей.
Вокруг царила тишина, и солнце медленно приближалось к горным пикам на горизонте. Дорога повернула за уступ, проведя воинов через редкую поросль низеньких елочек, а потом и вовсе потянулась рядом с пологим склоном. Внизу, похожая на черный шрам, текла холодная речушка, практически закованная льдом. Яростные бурлящие потоки не давали замерзнуть лишь узкой полоске посередине.
– Он и тебе прислал письмо? – наконец прервал молчание Лукай.
– Да. – Бигдиш и хотел бы сказать больше, но любое шевеление челюстью отдавалось острой болью.
– Ясно, – отозвался Лукай. – А чего ты в драку с Проклятыми полез?
– Рыцаря спасал, – коротко ответил лучник.
Больше всего во всей этой истории было жалко утонувший в снегу лук, может, и старый, но хорошо пристрелянный. Конечно, в седельной сумке был припрятан арбалет с кожаной рукоятью и тремя стрелками, который можно разряжать по очереди. Эльфийское оружие он купил на рынке в Севендаске, но так и не имел случая обжиться с ним, а цель путешествия, судя по всему, уже приближалась.
 
– Ты никакого рыцаря не видел, когда торопился меня спасать? – буркнул Бигдиш.
– Нет, – отозвался Лукай, покачиваясь в седле. – Улепетывавшего мальчишку в красном плаще видел, а рыцаря нет.
– Мальчишку? Конец ему, если встречу! – Силясь припомнить черты беглеца, Бигдиш сжал зубы, и его тут же перекосило от боли. – Бетрезенов пес, как же ноет!
– Привал, – скомандовал Лукай, останавливая коня, недовольно фырчавшего на трусливую лошадку лучника.
Бигдиш с завистью и почти любовью разглядывал красавца, о каком страстно мечтал много лет, но не хватало звонкой монеты. К тому же всем известно: все, у кого нет лошади, – желают ее купить, и все, у кого она появляется, – жаждут поменять ее на скакуна.
– Выглядишь паршиво. Видно, хорошо зацепила Проклятая, раз так быстро щека вспухла.
У раненого лучника действительно заплыл глаз и половина лица наливалась нехорошей синевой.
– Промоешь – легче станет, – пообещал Лукай, складывая ветки.
Разместив над ними таганок, он поставил небольшой походный котелок со снегом. Мечник лишь успел чиркнуть огнивом, как в воздухе что-то блеснуло и ударилось в поленья. Огонь вспыхнул с такой силой, что опалил Лукаю брови и бороду. Тот отпрянул, падая.
– Как ты это сделал? – хохотнул лучник, глядя на разгоравшееся пламя, заглотавшее даже котелок.
– Это не я! – Лукай вскочил и резко вытащил из ножен меч, уже крутясь на месте и выглядывая врага.
Бигдиш бросился к привязанной лошадке за арбалетом, спрятанным в седельных сумках, но с ног его сбила стремительная, смазавшаяся в незаметную тень фигура. Звонкий щелчок длинным гладким хвостом сломал корку снега у его ног.
– Осторожно! – крикнул Бигдиш, когда Лукай едва успел пригнуть голову от промелькнувшего над самой макушкой хвоста.
Демонесса дико завизжала и швырнула в сторону мечника раскаленный белый шар. Лукай упал, нырнув в глубокий сугроб с головой. Смертоносный огонь врезался в древнюю сосну, мгновенно охватив поеденный ствол. Дерево затрещало и заохало, к сереющему небу взвился столп пламени. Снег плавился, ежась от невыносимого жара, и чернел, оголяя сырую, никогда не видевшую тепла землю. Демонесса размахивала длинными волосами, сея вокруг себя тысячи крошечных язычков огня, искрами рассыпавшихся на снегу. Казалась, Проклятая превратилась в единый смазанный волчок, не позволяя подобраться к себе.
– Где твой лук?! – Лукай очередной раз отскочил от промелькнувшего кончика хвоста.
– Потерял!
Бигдиш наугад швырнул в сторону Проклятой ком льда, и неожиданно та запнулась. Развевавшиеся волосы и змеиный хвост опали, и демонесса отряхнулась, как дикая кошка, недоуменно моргнув белыми глазами. Под ее ногами не осталось снега, только кипящая грязная лужа.
Второй снежок ударился в испещренную магическими знаками грудь. Демонесса замерла и уставилась на расплавленные капли, стекшие по коже. Через мгновение она резко вскинулась и бросилась на Бигдиша, вытянув руки, словно стремясь его задушить. С перепугу лучник бросился бежать к пологому склону, но споткнулся о валежину, спрятанную в сугробе. Кубарем с диким воплем он покатился по склону прямехонько к черному провалу реки с темными проталинами по снежным берегам.
Демонесса бросилась за ним следом, чудовищными прыжками преодолевая расстояние. Внезапно она, выгнув спину, странно дернулась. Из ее живота резко и безжалостно высунулось острие меча, и Проклятая схватилась за обоюдоострый клинок тонкими пальцами. Меч ушел назад быстро, на выдохе, и демонесса рухнула навзничь в снег, окрашенный черной кровью.
От горящей сосны в небо уходили столпы черного дыма, но магический огонь с гибелью хозяйки медленно угасал.