"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Мои люди смотрели в лесу, но ничего не нашли. Нежить бродит где-то рядом с селениями. Возможно, кто-то помогает ей.
Слова Конрада выражали одновременно сожаление о том, что он не может своими силами отвести угрозу, и просьбу о вмешательстве того рода, какое доступно только церкви. Хотя по мрачному и непреклонному лицу было понятно: нашествие инквизиции вряд ли обрадует сквайра.
— Я поняла вас, сын мой. И немедленно отправлю гонца в столицу.
Конрад поклонился еще раз, делая несколько шагов спиной назад, к двери.
— Берегите себя и своих подопечных. Отец небесный не оставит вас в своей заботе.
Аббатиса проводила просителя взглядом, исполненным потаенной жалости, подошла к столу и позвонила в серебряный колокольчик, подзывая любую монахиню, которая могла оказаться поблизости. Требовалась бумага, чернила и надежный человек, способный передать тревожное послание из рук в руки.
* * *— Милорд?
Конрад недовольно обернулся и встретился взглядом с одним из егерей.
— Чего тебе?
Не то чтобы молодой сквайр относился к своим слугам пренебрежительно, но с самого утра настолько устал от назойливых просьб селян, что чувствовал: услышит еще раз нечто подобное — вспылит уже по-настоящему. А это пока так, благородное негодование, будь оно проклято.
— Разговор есть, — ответил егерь.
Полное имя егеря было Теодор, но все звали его не иначе как Тед. Высокий и сильный, он мог бы стать завидным женихом для любой местной невесты, но девушки на выданье почему-то сторонились красавца.
А он полагал, что самое важное, чего ему не хватает для вящей привлекательности, — это дворянский титул. Но конечно, держал свои соображения при себе. В самых потайных закоулках памяти.
— Давай поговорим, — уныло согласился Конрад, отходя следом за егерем в тесный просвет между дворовыми пристройками.
Тед огляделся, проверяя, нет ли поблизости чьих-нибудь любопытных ушей, и только потом сказал:
— Подворовывают у вас, милорд.
Нельзя сказать, чтобы сквайр удивился. Собственно, он и вовсе оставил бы сей навет без внимания, если бы егерь не уточнил:
— Связки упырника сегодня недосчитался.
А вот это было уже плохой новостью. Гораздо худшей, нежели появление мертвяков.
Упырник был делом всей жизни молодого сквайра. С того проклятущего дня, как Конрад этим самым сквайром и стал, потому что лет эдак десять назад владел не поместьем, а только луком и кинжалом. Пока императорскому отпрыску не понадобилась помощь и поддержка в деле восхождения на трон. А что способно поддержать лучше, чем деньги? Вот только их нужно где-то доставать, и далеко не всегда можно отобрать у кого-то зажиточного. Намного проще предложить покупателю дорогой товар, а упырник как раз ценился на вес золота.
Сама по себе травка, дающая длинный ветвистый корень, была невзрачна и почти бесполезна, но только не та, что росла в окрестностях Амменира. Здесь, впитав темную волшбу и дыхание самой Мортис, упырник превратился в источник яда, способного как отправить к ангелам, так и вернуть к жизни. Собственно, только поэтому в имперских землях, далеко от границ Алкмаара, все еще оставался невыкорчеванным Жезл власти, ведь когда имперские колдуны узнали о новоприобретенных свойствах неказистой травы, они чуть ли не в один голос умоляли оставить все как есть, чтобы не терять столь полезную вещицу.
Хорошо еще, все сведения шли через надежные руки верного человека, а потом бумаги были уничтожены, иначе на всем протяжении от Тарна до бывшего поместья Эрхог стояли бы сплошные палатки гвардейцев, а угодья, на которых произрастал упырник, оказались бы вытоптанными и выжатыми быстрее чем за год. Зато сейчас, под покровом тайны, лишенной свидетельств, и страха перед мертвяками, все еще живущего в душах людей, можно было жить спокойно, служа будущему императору.
Спокойно до сегодняшнего утра.
— Уверен?
— Как в вашей милости.
Конрад спрятал усмешку, услышав подобное заверение, потому что в отличие от егеря уверенности в себе давно уже не испытывал.
— Видел вора?
Тед растянул губы в торжествующей улыбке:
— Видел.
— Кто? — коротко спросил сквайр.
— Женщина по имени Бетта.
Бетта, Бетта, Бетта… Какая же она из себя? Конрад не помнил всех своих работников наизусть, потому что они слишком часто исчезали из виду, не в силах окончательно побороть страх.
— У нее еще на лице след от ожога.
Ах да, вот теперь вспомнил! Та, что пришла сюда с детьми из погорелой деревни, а поскольку не приглянулась никому из местных мужиков, вынуждена была отправиться на «дурную работу», как здесь называли сбор упырника.
— Где она сейчас?
— Поползла на встречу с покупателем, — довольно улыбнулся Тед.
Вот ведь гад, мог бы и сам этим заняться. Что ему стоило выследить и задержать воровку? Так нет, пришел сообщать. Конечно, с одной стороны это и правильно, потому что хозяин должен все знать первым и принимать решение тоже должен он, но если промедлить, связка корешков попадет в руки, которые вряд ли собираются сварить целебное зелье…
— Где будет эта встреча?
— За оврагом. Там полянка есть, с двух сторон от ветра прикрытая.
Хорошее место. Тихое. Удобное для секретного разговора. И дойти туда можно вдвое быстрее, чем приведет натоптанная тропинка.
Конрад азартно сплюнул, торопливым шагом направляясь в пристройку за старым добрым луком и не замечая, каким взглядом, полным непонятного предвкушения, провожает его егерь. Встреча и впрямь должна была состояться, но Тед был уверен, что для сквайра она станет последней в жизни.
Шагов доносчика за своей спиной Конрад не слышал, но не потому, что тот далеко отстал или вовсе не пошел сопровождать командира: когда егерь становится слышен в лесу, это значит, пора ему уходить в отставку. Сам сквайр тоже умел ходить бесшумно, но пока не приблизился к указанному Тедом месту на расстояние полета стрелы, таиться не пытался.
Иногда ведь полезнее немного пошуметь, чем прятаться. Мелких зверей отпугнуть, скажем. Конечно, матерые волки на такой шум не поведутся и тем более не испугаются, правда, с ними разговор будет короткий. А вот что можно сказать Бетте?
Почему женщина решилась на кражу, Конрад понимал без всяких вопросов. Он платит сборщикам, но платит не так уж и щедро. А откуда щедрости взяться, если приходится весь груз отправлять в столицу? То, что пришлют с гонцом, то и тратится на работников.
Можно приторговывать зерном и прочими плодами земли, да только не растет в Амменире то, что можно безбоязненно употребить в пищу. И с каждым годом дела становятся только хуже, потому что Жезл мало-помалу распространяет свое влияние. Если еще пяток лет назад в саду поместья плодоносили хоть ягодные кусты, то сейчас и те подсыхают. Так что приходится тратиться еще и на продовольствие, причем все больше и больше.
Окрестные селяне, слава Всевышнему, цены не задирают, но ходят слухи, что их хозяин, местный барончик, намеревается поцапаться с соседом, стало быть, в скором времени опустеют деревеньки, и некому будет ни сеять, ни собирать урожай.
Конрад устало вздохнул. Впрочем, утомляла его вовсе не дорога, вынуждавшая выверять каждый шаг по лесной целине, и не размышления о скудости стола. Сквайр устал быть сквайром. А вернее, устал быть надсмотрщиком. Всего десять лет, но тяжелых лет, выворачивающих наизнанку.
Поначалу воровали часто. Так часто, что приходилось бить плетьми, а то и вешать особо нахальных воров. Какое-то время вообще никто не желал идти на болота, и нужно было самому рыться в мертвенно-ледяной жиже, ища заветные корешки.
Потом, вместе с появлением многочисленных беженцев, дела пошли лучше, потому что несчастные, вынужденные покинуть родные края из-за бесчинствующих орков, были согласны на любой заработок. И на любую работу. Однако воровства не было давно. Очень давно. И надо же, опять началось!
Овраг Конрад обошел стороной, чтобы сразу оказаться рядом с одним из краев продолговатой поляны и успеть схорониться, дабы не вспугнуть воровку и ее покупателя. Где сейчас находился егерь, сквайр не знал, но переговариваться было уже не к месту и не ко времени, оставалось положиться только на то, что прикрытие есть. Хотя только лишь положиться, а не поверить.