"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Как давно ваш Дорстар тут не объявлялся? – спросил я, немного придя в себя от потрясения.
– Больше года, наверное, – Дирф смочил ладонь водой из фляжки и умыл шею. – А до того, он года три не показывался.
– То есть дождаться его и разузнать обо всем этом, шансов у меня никаких, – я криво усмехнулся.
Я, хмурясь, изучал башню. Можно сделать только одно, чтобы узнать правду. Не снимая защиты от гипномагии, обойти ее и постараться обнаружить в памяти несчастного хоть что-то, что пролило бы свет на причину его безумства. Я осторожно коснулся магией охранных заклятий. Они не разрушились, но пропустили меня во тьму за непроницаемыми стенами и в такой же мрак больного разума.
Мне было мерзко – я никогда не сталкивался с безумными и тем более никогда не пытался проникнуть при помощи гипномагии в их мысли. Но почему-то не сомневался, что Ментепер делал это неоднократно. Я ощутил, что чувствовал несчастный – его раздражало все: окружающие стены, еда, темнота и слишком яркая полоска света, льющегося через единственное окошко, откуда сыпалась к нему отвратительная еда и капала вода, тут же впитывающаяся в мусор, если он не успевал подставить рот. И еще его постоянно донимали голоса и мысли людей – он слышал всех до единого жителей деревни, из которой мы прибыли. Защита от гипномагии уберегала их от него, но не его от них. Сам он уже давно ничего не осознавал, а воспринимал все как загнанный в крошечную клетку зверь, окруженный гомонящей толпой. И бездумно и яростно реагировал на любой раздражитель.
От всех этих полуживотных ощущений у меня жутко разболелась голова, но я решил, что надо попытаться проверить его память, хотя она вряд ли сохранилась бы. Но я ошибся – память оказалась не испорчена безумием. Однако на мое прикосновение к воспоминаниям безумец отозвался болезненным воем. Дирф шарахнулся от башни.
– Что ты делаешь, господин? – спросил пекарь, но я сделал ему знак не мешать.
Мне потребовалось всего несколько минут, чтобы узнать все, что меня интересовало.
– Господин, – Дирф с испугом посмотрел куда-то за мою спину. – Это Дорстар.
– Эй, ты! – крикнул мне кто-то.
Я обернулся. С гребня дюны к нам спускался колдун. Судя по белому одеянию – огненный маг. Я процедил сквозь зубы проклятие – похоже, мне всю жизнь будет везти с огненными магами. Он подошел ближе и остановился как вкопанный, когда разглядел меня повнимательнее. И его рука угрожающе поднялась для атаки.
– Ты из рода Ментепера? – спросил он, несомненно опознав меня по серой рубашке.
– Тебе-то что? – огрызнулся я. – Ты знаешь, кто у тебя в башне?
– Я не позволю ни Ментеперу, ни кому-либо другому из его рода освободить чудовище…
Я глухо рассмеялся.
– Оставь свои сказки для крестьян. Там не чудовище!
– Кто бы там ни находился – у него жажда убивать всех без разбора, а это делает его даже хуже любого чудовища.
– Что же ты не уничтожил его? Зачем запер здесь? Вряд ли такая участь лучше смерти.
Колдун хмуро глядел на меня.
– У меня имелись на то причины. Но что тебе здесь понадобилось? И зачем ты хочешь вызволить его?
– Я вовсе не желаю его освободить – всего лишь узнать, кто он и как оказался в таком состоянии.
– Тебе лучше не знать этого, – мрачно обронил маг.
– Но я уже узнал.
В его взоре промелькнуло изумление.
– Тебе знакома гипномагия? – поразился он.
– Как и тебе, – заметил я. – А теперь ответь на мои вопросы!
– Кто ты такой, чтобы что-то требовать от меня?
– Ты сам сказал – я из рода Ментепера.
– Этого мало.
– Я его сын, а здесь, – я указал на башню, – заключен мой сводный брат.
Дирф охнул и решил отойти от нас подальше, а огненный маг сделался еще более хмурым.
– Значит, ты действительно не собирался выпускать безумца?
– Конечно, нет! – я разозлился. – Для чего? Чтобы он перебил всех вокруг?
Дорстар опустил руку и подошел ко мне.
– Хорошо, я отвечу на твои вопросы, но не здесь.
Он отворил портал.
– Возвращайся в деревню – все остается в силе, – бросил он Дирфу и посмотрел на меня. – Пойдем.
 
– Шэд! – позвал я и сказал насторожившемуся магу, когда Шэд вынырнул из тени башни: – Не бойся, он тебя не тронет.
Мы первые шагнули в проход, Дорстар не отставал. Переместились мы в большой город к куда более приличной таверне, чем в пустынном городке. Несмотря на разгар дня посетителей не было – мы оказались единственными, заняв стол у окна. Шэд расположился рядом. Слуга принес вина, осторожно обходя зверя, разлил его. Мы молча опустошили кубки.
– Так почему ты запер его в башне?
– Убийство мне противно само по своей природе. Даже убийство врага, даже убийство чудовища. Я просто не смог его убить, когда встретил, хотя он попытался меня уничтожить, как сделал это с несколькими людьми. Я… пожалел его. И пленив, привел в тот мир, защитил охранным заклинанием башню и поручил людям заботиться о нем.
– Я бы предпочел смерть такой заботе, – я налил себе еще вина.
Дорстар проницательно глянул на меня.
– Сколько тебе лет? – негромко произнес он.
– Мне исполнится 25 через неделю. Но эта участь меня не затронет.
– Поэтому ты пьешь уже третий кубок? – заметил Дорстар. – С чего ты взял, что избежишь ее?
– Ментепер мертв.
– Это что-то меняет?
– Ты смотрел воспоминания безумного? – произнес я.
– Да. Неплохой вроде был парень, хоть и вашей волчьей крови…
Я криво усмехнулся.
– Тогда ты должен знать, почему с ним случилось несчастье.
– Он с ужасом ждал наступления своего 25-летия – знал, чем оно закончилось для всех остальных.
– В этот день его посвятили в колдуны, и Ментепер устроил ему испытание. Испытание гипномагией. Он раскрыл для него разум всех окружающих его магов. И он не смог избавиться от их мыслей, от их голосов. И это свело его с ума.
– Ты считаешь, что из-за этого? – Дорстар покачал головой. – А мне кажется, Ментепер всего лишь усилил это.
Я хрипло рассмеялся.
– А ты тоже думаешь, что все происходит из-за плохой наследственности? Чушь! История с наследственностью являлась оправданием для Ментепера. Немного странно, потому что ему и не надо было оправдываться – то, что он делал со своими детьми далеко не худшее, что он вообще делал.
– Почему «тоже»? – спросил Дорстар.
– Так же считает Игниферос… Скажи, из-за чего ты оставил светлую обитель? Ты ведь из тех, кто ушел оттуда давно?
– Да. Я покинул ее вместе с Игниферосом, но не стал задерживаться там, где решили остаться остальные. Если честно, я ни с кем не поддерживаю связи.
– Почему? – его слова меня удивили.
– Я устал от войны и распрей, меня интересовало дальнейшее изучение миров…
– И сколько таких, как ты, не осталось с Игниферосом?
– Не так много. Может, двадцать. Но каждый из нас занимался исключительно своими делами.
Я с непониманием смотрел на него.
– Ты – огненный маг.
– Маги природы, а их было большинство среди нас, интересовались новыми растениями и животными, еще трое – мастера открытия порталов – занимались составлением карт. А я… я отправился с ними как гипномаг.
– И что нового нашел гипномаг в остальных мирах, что отсутствовало в нашем? – с усмешкой заметил я и вновь пригубил из кубка – вино успокоило меня и расслабило, сгладив нервное потрясение.
– Я искал смысл жизни.
Я уставился на него и рассмеялся.
– Каким образом? – вырвалось у меня, хотя я и так уже понял.
– Я проникал в разум разных людей, сравнивал, – отозвался он задумчиво.
– Так ты искал смысл человеческой жизни? – фыркнул я.
– Ты считаешь, что у нас он иной? То есть мне следовало бы читать мысли магов?
– Мы похожи, но мы другие.
Я расслабился от вина, но не настолько, чтобы не почувствовать легкое знакомое давление. Меня это мгновенно вывело из себя. Я так ответил на эту его попытку, что Дорстар отпрянул, опрокидываясь навзничь вместе со скамьей. Я склонился к нему. Маг бледный, не в силах шевельнуть ни пальцем, лежал на полу, а на лице его застыла гримаса боли.