"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– А чтобы не только соседнюю станцию видеть, но еще и кое-что, – охотно пояснил капрал. – Очень полезная штука, герр гауптман! Вот вас, к примеру, за восемь километров разглядели. А по ночам на небе талеры ищем.
– Талеры?
– Так точно. Пять тысяч. Получит первый, кто увидит движущуюся звезду.
– Метеор? – уточнил Мартин.
– Не-ет, метеор он падает вниз и сгорает. Этого добра хватает почти в любую ясную ночь. А нужно искать звезду, которая летит ровно, от горизонта к горизонту, не падает и не сгорает.
– Эге! Выходит, вы небесников стережете?
Тиргурд ухмыльнулся в бороду.
– В приказе так не говорится.
– Понятно. А что, телескоп есть на каждой станции телеграфа?
– Точно не знаю, но в Эмванде есть, в Барленце, Дорнбайке и Шторцене – тоже. А на горе Оребрус, вот на этой, левее Демпо, там вообще астрономы живут.
– Много, значит, народу небесников ищет.
– Много. Да все без толку. Я так думаю, герр гауптман, если б они могли, то давно бы уж прилетели. Что-то здорово им мешает. Девятый век без них живем, и, видимо, не последний.
Мартин усмехнулся, покачал головой.
– Как знать, как знать.
Верхний разреженный слой облаков уже поднялся над фортом. Посыпался мелкий дождь. От дымящего вулкана Демпо до горы Оребрус вытянулась, заиграла радуга, но ее краски быстро меркли в серой пелене.
Ждать от гор погоды так же бесполезно, как и от моря. Мартин вздохнул и спустился во двор.
– Что ж, ехать надо в любом случае, – сказал он. – Где-нибудь по дороге Эпс проглянет.
Обермильх кивнул.
Подали коляску с откидывающимся верхом. Лошади испуганно косились на Хзюку. Хзюка тоже с большим недоверием угнездился на мягком сиденьи. А ездовой егерь долго не мог заставить себя повернуться к нему спиной. В общем, есть проблемы при общении разных форм жизни.
– Мне-то напоследок что скажете, герр гауптман? – спросил Обермильх.
– Глядите в оба, Фальке. Ящеры способны преодолеть льды. Я буду требовать усиления всех застав южной линии. Причем очень значительного усиления. А пока советую отменить отпуска до самого октября.
– Вот, значит, как. И когда ящерицы могут сунуться на нашем участке?
– По-серьезному – не раньше следующего лета. Но мелкие группы – хоть завтра.
– Понятно. Соседние форты предупредить?
– Обязательно. Ну, желаю удачи!
– Благодарю. Только похоже, что наша удача в ваших руках.
– Сделаю все, что смогу.
– Не сомневаюсь. Ваш-то ящер не опасный? Может, конвой дать?
– Нет. Хзюка и есть мой конвой. Без него я бы не выбрался.
Обермильх задумчиво покачал головой.
– Это в Схайссах он был полезен. У нас с ним могут быть проблемы. В Шторцене. Комендант тамошний… В общем, в Шторцене вам лучше не останавливаться, герр гауптман. Даже если успеете подтверждение получить.
– Что ж, учту. Думаю, справимся как-нибудь.
Обермильх с сомнением покачал головой, но больше ничего не сказал. Зато как только коляска выехала из форта, сразу распорядился запереть ворота. Потом подозвал к себе седобородого капрала и показал ему маленький, но очень твердый кулак.
– Сизый! Еще раз сбежишь к лесничихе – подам рапорт. Все, бирюльки кончились, будешь обходиться собственной женой. Глядишь, на том свете и зачтется. И мне, и тебе. Поняло, дитятко?
Тиргурд втянул живот и расправил мундир.
– Доходчиво получилось, герр егер…
– Тогда начинай закручивать гайки. Слыхал, что гауптман говорил?
– Так точно.
– Ну, иди, развивай деятельность.
Капрал откозырял и пошел гонять дневальных. Армейская механизма заскрипела.
* * *Путь был недальний, да только вот крутой спуск сильно замедлял движение. Выехав в восьмом часу утра, они только к обеду достигли окраин Эмванда.
И здесь особо утешительных перемен Мартин тоже не заметил. То есть перемены вообще отсутствовали. Город с населением в двадцать тысяч человек и единственным в Поммерне свинцовым рудником никакими оборонительными сооружениями так и не обзавелся. За исключением разве что шлагбаума да полосатой полицейской будки, безмятежно пустующей. Так вот обстояли дела в федеральной земле Южный Поммерн.
Коляска простучала по каменному мосту, который не имел никаких приспособлений для подъема либо разведения. Сжечь его невозможно, поскольку каменный, а можно только взорвать изрядным количеством пороха, поелику даже динамит на Терранисе пока не придумали. Такие вот дела…
Шел холодный дождь вперемешку с мокрым снегом. Под брезентовым плащом съежился возница. Молча страдал укутанный в егерскую шинель Хзюка. Перебравшись на правый берег Теклы, экипаж миновал несколько кварталов добротных и довольно разнообразных по архитектуре домов. Почти при каждом имелся либо газон, либо небольшой сад. В Поммерне вообще принято строиться и основательно, и так, чтобы утереть нос соседу, а Эмванд к тому же являлся городом далеко не самым бедным, поэтому посмотреть было на что. Но Мартина больше занимали реакции Хзюки.
Сначала ящер демонстрировал высокомерное безразличие к чудачествам мягкотелых. Но когда мимо экипажа поплыли двух- и трехэтажные особняки со всеми своими балконами, фигурными балясинами, фонарями, башенками, красными крышами, застекленными мансардами, открытыми верандами, разноцветными занавесками, тускло блестящими дверными ручками и прочими непонятными излишествами, ящер все же не выдержал. Он начал высовываться из-под тента и делал это до тех пор, пока сильно не перепугал ни в чем не повинную фрау. Женщина закричала. На мостовую упала корзина, из корзины посыпались чисто вымытые картофелины. А их владелица, судорожно подхватив юбки, скрылась за углом.
– У этой уффики мало храбрости и слишком много одежд, – сурово приговорил Хзюка.
На визг несчастной из ближайшей конуры вывалилась откормленная псина и залаяла басом. Хзюка обрадовался.
– Хо! Это ваш священный зверь? – спросил он, довольный своей догадливостью.
Мартин был вынужден его разочаровать.
– Нет, нет, совсем не священный. Скорее даже наоборот.
– Наоборот? А, вот почему он прикован железной цепью. Но зачем тогда ему построили деревянный шатер?
– Чтобы не мерз.
Хзюку это сразило.
– Нет, не пойму я вас.
– Поймешь еще, – успокоил Мартин. – Времени много.
– А кем я буду? Пленником?
– Да что ты! Гостем. Только тебе придется соблюдать наши обычаи так, как я соблюдал ваши. Не обидишься?
– Нет. Это же эссесвенно, как ты говоришь. Глупо устанавливать обычаи схаев среди мягкотелых. Ты меня удивляешь, Мартин. Мы ведь вас еще не завоевали!
* * *Коляска въехала во двор городской комендатуры. Там их встретил молодой офицер с пышными бакенбардами. Новенькая портупея на нем поскрипывала при каждом движении.
– Егер-корнет Барленц!
Скрип.
– Добро пожаловать, господа.
Скрип, скрип, скрип, – корнет взбежал на крыльцо и распахнул дверь.
Судя по тому, что при виде Хзюки офицер не выказал никакого удивления, исправный служака Обермильх начальство уже оповестил. Вероятно, нарочным.
Хзюка сохранял свою обычную невозмутимость. Но Мартин хорошо его знал. Чувствовалось, что привыкший к вольным просторам ящер весьма напряжен в этом замкнутом с четырех сторон пространстве, очень напоминающем ловушку.
– Опасности нет, – сказал Мартин. – Выходи за мной.
Корнет провел их в вестибюль, который после всех странствий казался крайне милым. Но еще более привлекательно выглядела приемная с отделанной кафелем печью. Барленц придвинул два кресла к ее гладкому горячему боку и пригласил располагаться.
– Герр комендант уже в курсе. Прибудет с минуты на минуту, – сообщил он и откланялся.
– Грейся, – сказал Мартин.
– У вас очень много удобств, – заявил Хзюка.
По его тону было непонятно, осуждает ли он это, или наоборот, одобряет.
– Тебе не нравится?
Хзюка прислонился к печи спиной.
– Да нравится, нравится, – пробормотал он и зажмурился. – Только вот удобства делают воина слабым.