"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Девчонка ойкнула. Эдька бочком, словно ненароком, придвинулся к ней ближе, взял за руку. Ольрик взглянул на мальчишку:
— А в тебе, малый, тоже свой дар спит, да некрепко спит, пробуждается. Так верно тьму почуять. Путь вам обоим со мной в столицу, в школу при гильдии магов. Поедете?
Ильда посмотрела на Паолу. Кивнула:
— Поеду.
— А мамка как же? — спросил Эд. — Я ее с малыми не могу бросить, как они без меня.
Ольрик нахмурился:
— Не о том говоришь, Эдвин. Дети, вырастая, всяко от матерей отрываются, а даром Господним пренебрегать — великий грех. Твоя дорога — не коров пасти, а служить Империи. Тебе честь, а ты?!
Бедный Эдька, насмешливо подумала Паола, теперь ему Ольрик спуску не даст. В гильдию магов ученик приходит добровольно, к чудесам силком не тянут, а уламывать «нюней мамкиных» учитель не любит. Уговорит, конечно, но после — припомнит.
— Так я не против. — Мальчишка смешался, снова зачесал в затылке. — Мне мамку жалко.
— Жалко у пчелки, — отрезал маг. — Что за нюни сопливые. Много ты мамке помогаешь, над коровами хворостиной размахивая? Много поможешь, из подпасков в пастухи перейдя? А магом станешь, будет тебе жалованье — всей деревней столько не заработаете. Захочешь — в столицу ее заберешь, сестру там замуж выдашь. Соображаешь, жалостливый?
— Тогда поеду. — Эд сильней стиснул руку Ильды, и девочка счастливо улыбнулась.
С пасечником договорились легко. Узнав, что гости пожаловали из самой столицы и приемную дочку забирают не куда-нибудь, а в гильдию магов, он только одно спросил:
— Ты, Ильдуша, сама-то как, хочешь?
Услыхав ответное тихое «хочу», молча собрал Ильду в дорогу. Уложил одежку-обувку, красивую пузатую кружку и расписную деревянную ложку, достал из сундука меховое одеяло. Отдельно завернул меду в сотах. Надел на шею Ильде нитку зеленых стеклянных бус:
— Хотел тебе на именины подарить.
Обнял на прощание, буркнул:
— Бог дал, Бог позвал. Ты уж, дочка, не забывай старика.
— Не забуду. — Ильда повисла у приемного отца на шее. — Я к тебе в гости приеду, как вырасту!
— Прилетит, — улыбнулся в бороду Ольрик. — Крылатой Ильдушка будет, вон как Паола наша. Небесный дар в ее крови, дар Жизни.
Ильдину торбу взвалил на плечо Эдька. А Ильда, спустившись с крыльца, постояла немного, обернулась, еще раз обняла пасечника, уткнувшись лицом в его вытертую, выцветшую куртку. Шмыгнула носом, схватилась за руку Паолы.
Отойдя, оглянулась. Обернулась и Паола. Пасечник Виль стоял на крыльце и смотрел им вслед.
С Эдькиной матерью разговор вышел не в пример дольше. Услышав, что мимохожий маг забирает ее старшенького в столицу, женщина ударилась в вой, ровно по покойнику. Пока успокоили, пока втолковали, что сам Эд не против, что забирают не абы куда, а магии учиться…
— Ты пойми, женщина, — объяснял молодице Ольрик. — Таких, как твой Эдвин, нарочно по всем землям ищут. Нужны они, понимаешь? То есть как бы тебе растолковать попонятней, считай, на службу Империя его зовет.
— Да разве ж можно, — пробормотала вдова. — Мал он еще.
— Мам, — Эд сердито засопел носом, — ты ничего не поняла. Мал, не мал, меня в ученики в гильдию берут. Ты сама подумай, вырасту, магом стану. Это тебе не коров пасти.
Ольрик глянул на мальчишку одобрительно.
— Еще и лучше, что мал. Ты, женщина, себя вспомни — прясть, шить да щи варить не в девичестве, поди, училась, а сызмальства? А магическая наука посложней будет, чем у печки крутиться. Ты пойми, у твоего сына дар от Всевышнего. Грех великий дары Господни в небрежении держать. Сыну твоему дано, а кому дано, с того и спросится.
— Ну, тогда уж ладно, — вздохнула молодица. — Пусть учится, раз так. Вот только…
— Эдька уедет? — влезла во взрослый разговор Мика. — Совсем-совсем уедет? А мы?
Губенки девочки задрожали.
— Ну вот, — всплеснул руками старый маг, — еще одну успокаивать! Ох уж мне эти женские слезы! Мика, малышка, а ты сама в столице жить хотела бы?
— Я выучусь, тебя туда заберу, — подхватил Эд. — И тебя, и мамку с малым.
 
Мика, прижав к себе соломенную куклу, удивленно захлопала ресницами, подумала и быстро-быстро закивала.
Так к отряду присоединились два новых ученика — вернее, один ученик мага и одна будущая жезлоносица. Эдька то шел вместе с Класькой, слушая его хвастливые россказни, то вертелся рядом с оруженосцами. А пасечникова девчонка прилепилась к Паоле — не оторвать.
Для Паолы кельи гильдии стали домом, когда она была чуть постарше Ильды. И теперь она с удовольствием отвечала на бесчисленные расспросы. Объясняла, что за порядки заведены в гильдии, припоминала забавные случаи из своего и чужого ученичества, рассказывала, как велика и красива столица, какие диковинки привозят к ярмаркам, как сладко по праздникам поют в храме и как весело — на улицах. Покосившись на пристроившегося рядом Гидеона, припомнила последние ристалищные бои, парад императорских паладинов и вывод императорских крылатых коней. Эд, слушая, откровенно приглядывался к Гидеону — не иначе, собирался с духом попросить меч потрогать или в седле прокатиться. А Ильда, улучив мгновение, тихонько гладила крыло Паолы и чуть заметно улыбалась.
— Первая жезлоносица Империи была самым настоящим архангелом, крылатой небесной девой, — тихо рассказывала Паола.
— Если небесной, — спросила Ильда, — как же она очутилась на земле? Почему обратно не улетела?
— Говорят, — ответила Паола, — Всевышний послал ее поглядеть, как живут люди Невендаара, и помочь, если они того заслуживают. Это давно было, на заре времен, когда Империя еще не знала единого правителя. На месте нынешней столицы стоял крохотный городок, и простой рыцарь с небольшим отрядом защищал окрестные земли от разбойников, нечисти и злых колдунов. А злых колдунов в те годы развелось великое множество, потому что люди не знали магии Неба. Жизнь их была тяжела и полна лишений, вера в их душах ослабела, и они стали легкой добычей зла.
Эд с Класькой пристроились рядом. Класька, правда, буркнул себе под нос, что эту легенду тыщу раз слышал, но, похоже, совсем не против был послушать и в тыщу первый.
— И вот однажды, — продолжала Паола, — рыцарь со своим отрядом охотился на шайку гоблинов, грабившую крестьян в округе. Зеленокожих застали на деревенском пастбище, и тех, кто был жаден и не бросил зарезанных коз, порубили на месте, а те, кому собственная шкура показалась дороже добычи, кинулись удирать в лес. Гоблины надеялись, что всадники с тяжелыми мечами не смогут преследовать их среди деревьев.
— Правильно надеялись, — кивнул Эдька, — куда лошади в лесу, только ноги переломает. Разве что если шагом…
— Может быть. — Паола поглядела на рыцарей, на их массивных коней, на копье Фабиана, увенчанное вымпелом. — А знаешь, наверное, ты прав. Но рыцарь все же повел свой отряд в погоню. Решил, что нельзя отпускать разбойников безнаказанными.
— Как их там еще не перестреляли всех, — буркнул Эдька.
— Наверное, среди гоблинов не оказалось лучников, — улыбнулась Паола. — Повезло. Но переловить гоблинов все равно не вышло, зеленокожие рассеялись по лесу, только их и видели. Погоня завела людей глубоко в чащу, близилась ночь, тут уж самим легко было превратиться из охотников в добычу. И вот, как раз на закате, лес расступился, и отряд выехал на большую поляну. А посреди поляны стояла башня из огромных каменных глыб, такая, в каких, говорят, когда-то давно жили великаны.
Ильда ойкнула. Эд словно ненароком взял ее за руку. Паола заговорила тише: история близилась к завершению.
— Здесь и переночуем, сказал рыцарь, но тут из башни донесся крик, полный боли и страдания. И воины поняли, что затерянная в лесу башня стала приютом тех, от кого они поклялись оберегать людей этой земли. И ворвались в башню с мечами наперевес, защищенные лишь своей отвагой и верой. А в башне, на самой вершине, засела злая ведьма, и пока до нее добрались, немало темных чар нашли цель. Но сам рыцарь и двое его лучших воинов избежали злого колдовства и добрались до ведьмы честной сталью. И вот тогда…