"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Знаю.
– Готов ли ты служить императору до последнего вздоха?
– Готов!
К груди Леона прикоснулось что-то острое и холодное.
– Вот копье. И держат его шестеро. Имена им Страх, Боль, Смерть, Болезнь, Нужда и Голод. Готов ли ты пойти за своим господином, как верный оруженосец, если он пойдет против них? Готов ли грудью пасть на копье, коли таков приказ твоего господина?
– Готов!
Наконечник копья проколол кожу.
– Ну так иди!
Копье еще глубже вошло в тело, терзая плоть!
Но Леон все же сделал шаг вперед, надавливая грудиной на острие.
На какой-то миг давление усилилось, но потом оружие исчезло, и он едва не упал.
– Протяни свою правую руку, Леон из Выселок.
Леон вытянул руку. Чьи-то крепкие пальцы схватили запястье, закатали рукав рубахи. Кожи коснулось что-то холодное, и Леон понял, что это клинок.
– Пусть твоя кровь навеки вольется в колодец нашего братства и понесет свет истины в сердца людские.
Последовал короткий укол. Остро резануло, но нервное возбуждение погасило боль. По руке потекла кровь, показавшаяся Леону обжигающей.
К ране прикоснулось еще что-то, может быть, чаша.
– А ты, Тристан Лакруа, паладин, готов ли ты принять Леона из Выселок своим оруженосцем? Готов ли ты заботиться о нем, как подобает господину?
– Готов! – услышал Леон голос наставника. – И хочу этого.
– Тогда смешай свою кровь с его…
Послышался звук, будто ножом полоснули по шелку. Затем что-то полилось в чашу тонкой струйкой, и Леону показалось, что волосы на его голове встали дыбом. Кровь!!!
– А теперь ты, Леон из Выселок, выпей эту чашу. Чтобы кровь твоего господина стала твоей кровью. И чтобы его ноша сделалась твоей ношей. А его тяготы, уменьшились вдвое, потому что ты взял на себя половину. Пей!
В его ладони вложили чашу. Леон, дрожа всем телом, поднес ее к губам, наклонил. В рот полилось вино. С тонким железистым привкусом крови.
Леон допил до дна.
С его глаз сняли повязку. Прямо перед ним стоял Тристан Лакруа.
Леон встал на одно колено, наклонил голову.
– Господин.
– Встань, оруженосец. – Наставник наклонился и поднял Леона за плечи. – Встань! И иди теперь вместе со мной.
Люди, что стояли вокруг, закричали, зазвенели мечами. А на глаза Леона навернулись глупые слезы.
– Ну-ну… – Лакруа протянул ему платок. – Кстати, рану лучше перевязать.
Он обернулся к тем, кто проводил ритуал.
– Благодарю вас, господа. Нынешний формализм мне чужд. Я рад, что вы, как и я, разделяете мои взгляды на древние ритуалы. Еще раз благодарю вас за то, что вы собрались сегодня в этой комнате.
Среди присутствующих Леон с некоторым удивлением разглядел графа Орви. Тот оживленно беседовал о чем-то с высоким, несколько полноватым брюнетом. Уловив взгляд Леона, граф неожиданно подмигнул. Это так не вязалось с его прежним обликом, что юноша заулыбался и от этого покраснел. В Леоне боролось детское желание смеяться, прыгать, делать глупости и одновременно благоговейный страх перед тем, что только что произошло с ним.
– Леон… – Лакруа поманил его к себе. – Посмотри. Это одно из самых старых помещений замка.
Леон огляделся. Большой зал с высокими сводчатыми потолками казался вырубленным в скальной породе. Вдоль стен возвышались рядами почти к самому потолку каменные скамьи.
– Тут когда-то давным-давно собирался весь орден Паладинов. Все-все, до единого, приходили сюда раз в год, где бы они ни были. Тут производили в паладины. Тут отпевали погибших. Выбирали магистра. Видишь балкон?
Леон обернулся и понял, откуда дул свежий ветер.
– Пойдем.
Они вышли на огромную террасу, и только тут Леон оценил масштаб. Большая площадка была частью скалы, на которой стоял весь город! Фервал, огромная столица Империи! И зал паладинов был вырублен в этой скале, которая возносилась над землей, над всей Империей.
– Сюда прилетали на грифонах… – сказал Лакруа. – Легендарные герои.
– На грифонах?! – Леон выбежал на середину площадки. – Это разве не сказка?!
– Мальчишка, – засмеялся Тибальт.
  
Глава 13
  
Как положено оруженосцу, Леон собирался ехать рядом с кучером. Но наставник молча указал внутрь кареты.
– Не все так просто, Леон. – Лакруа захлопнул дверцу кареты. – Жизнь в Верхнем городе подчиняется определенным правилам. Чаще всего неписаным. Если рядом с кучером будет сидеть оруженосец в таком наряде, я буду неправильно понят.
Леон оглядел себя. Помят, где-то на кафтане остались следы муки.
«Я же прямо из кухни», – сообразил юноша и почувствовал, как кровь прилила к лицу.
– У меня просто… – забормотал Леон. – Не было времени переодеться.
– И умыться, – коротко закончил Лакруа. – Ничего. Я понимаю.
– Разрешите, я быстро приведу себя в должный вид. – Леон совсем уж собрался выскочить из кареты, но наставник его остановил.
– Куда? В казарму?
– Да.
– Увы, молодой человек, туда вам уже никак нельзя. Вы же больше не кадет.
– Как?
Лакруа развел руками.
– Видите, какие неожиданные последствия имеют различные наши поступки. Как, казалось бы, мелочь влияет на нашу жизнь. Удивительно, не правда ли? – Он дернул шелковый шнурок, и карета тронулась.
– Но…
– Да-да. Вы больше не кадет. Вы оруженосец. И поскольку столичная бюрократическая машина работает как часы, вашу койку уже отдали другому. А ваши вещи скорее всего сейчас уже сложены в отдельной комнате, у дежурного, где вы их и сможете забрать. Позже. К тому же вас вычеркнули из списка на довольствие и на одежду. Теперь вы уже ничем не обязаны милейшему господину Лансье. И эта рубаха, что надета на вас, – последний из его подарков. Более того, в казармы кадетов вы сможете пройти только когда получите у меня соответствующий пропуск. Поскольку вы еще не паладин, есть определенные ограничения. Весьма, впрочем, несущественные.
– Я не закончу обучение?
Лакруа поднял правую бровь.
– Напротив. Я бы на вашем месте на это даже не рассчитывал. Обучение вы закончите. Под моим чутким руководством. Вряд ли найдется рыцарь, который хочет иметь при себе оруженосца-недоучку. Это, молодой человек, опасно для жизни. А я своей дорожу. Так что обучаться вы будете. И еще у вас будет большая практика.
– Благодарю вас.
Но Тибальт отмахнулся.
– Вам, юноша, еще представится возможность отблагодарить меня. Нет нужды тратить слова зря. Но прошу заметить, – Лакруа посмотрел в глаза Леону, – вы должны быть очень внимательны. Потому что два раза я повторять не намерен, для этого я слишком занят. Так что возьмите за правило ловить каждое мое слово. То, что от вас требуется, это быть расторопным и сообразительным. Но у вас, как мне кажется, с этим все в порядке. Я не ошибся?
Леон почувствовал, что глупо улыбается.
– Вот, кстати. – Лакруа стремительно отодвинул краешек занавески, которая закрывала окно кареты. – Смотрите, эта дама.
Леон прильнул к окну, но тут же получил легкий удар стеком, который держал в руках наставник, по лбу.
– Не так бойко, она совсем не слепая. Смотрите осторожно, будто бы случайно. И никогда не приближайтесь к окну, всегда следуйте правилу: смотреть нужно из глубины помещения. Так у вас меньше шансов быть увиденным и поймать стрелу. Видели эту даму?
– Да, господин.
– Что вы можете про нее сказать?
– Н-ничего, господин. Только то, что она из Верхнего города. Состоятельная. Хорошо одета и…
Лакруа тихо засмеялся.
– Не назвал бы ее состоятельной, хотя определенный капитал у нее есть. На самом деле она одна из тех девиц, что в веселых кварталах встречаются на каждом углу. Но ее влияние недооценивать невозможно. Она, как бы это выразиться, часто навещает одного аристократа, который, увы, входит в имперский совет. Аристократ не молод, но еще. Вы меня понимаете?
– Да.
– Так вот, эта особа вовсю пользуется своими чарами, чтобы добиваться не только своих целей. Но и целей тех, кто ее в определенный момент лихо подложил к нашему аристократу в постель. Интересно, не так ли?