Товарищ участковая. В объятиях темного принца (СИ)

— Да, хотя чего удивляться-праздник же.
— Я её такой давно не видел.
— Возможно, у неё новый любовник. Или любовница. Прямо глаза горят!
Катя внезапно остановилась.
«Глаза!».
И, резко развернувшись на каблуках, кинулась к Леди Лейри. Неловко поскользнувшись на гладком каменном полу, Катя несколько метров проехала на носках до правящей семейки, которая всё ещё беседовала с советником и его спутницей.
Поймав на себе удивлённые взгляды, размахнулась и выбила бокал из руки экс-регентши. В наступившей тишине он весело брызнул осколками по полу.
  
Глава двадцать четвертая. Близко к разгадке
 
— Нар-ко-ти-ки! — хрипло по слогам выдавила Катя, когда личный страж правителя, совершенно без усилия схватив её за горло, поднял на несколько сантиметров над полом. Она смогла только вцепиться ему в руку и хрипеть. Хватка от этого, впрочем, не ослабла.
«На стероидах он что ли?» — слабо подумала Катя, ощущая, как сознание снова ускользает. Слишком часто в последнее время это случается.
— Вариэль, немедленно поставь её! Она сейчас задохнётся и ничего не скажет, — раздражённо приказал этому извергу эльфийский правитель.
И Катя тут же оказалась на спасительном полу, ноги на каблуках разъехались, она закашлялась, упав на колени.
Присутствующие гости в это время плотным кольцом окружили главных действующих лиц. Даже успевали переругиваться, стараясь оказаться в первом ряду.
А леди Лейри, глядя на Катю, внезапно хихикнула.
— Ты так странно выглядишь. Наверное, надо было дать тебе каблуки пониже.
Прениэля Кирилин’дер’Рошер скосил глаза на мать. Кажется, только сейчас он заметил странности в её поведении. Перевёл взгляд на розовое пятно на полу.
— Лекаря — быстро! — скомандовал правитель.
Буквально через десять минут Катя и ещё несколько главных действующих лиц этого жестокого спектакля сидели в кабинете правителя.
Девушка потирала ноющую шею, на которой, наверняка, останутся самые настоящие, а не иллюзорные, синяки. При этом она злобно поглядывала на начальника охраны правителя Вариэля.
Тот сохранял невозмутимость. Всё сделал чётко по инструкции, выполнял приказ. Наверное, очень горд собой, падлюка! И ведь не придерешься. Сама бы так же поступила.
— Как догадалась? — хмуро спросил правитель у Кати.
— Часто имела дело с торчками, — буркнула девушка, но потом поняла, что для пра-правнучатой племянницы бывшего правителя Темноземья такое заявление несколько странновато, и поправилась. — Поведение сильно отличалась от того, к которому я привыкла.
Правитель посмотрел на неё неприязненно. Наверное, ему было неловко от того, что странности в поведении матери первой заметила какая-то там воспитанница, которая знает её без году неделя, а родной сын ходил с ней под ручку, ничего не подозревая.
— Это непросто понять, особенно на начальных стадиях, если не присматриваться, — попыталась утешить его Катя.
Но сразу поняла, что получилось еще хуже. Она будто обвиняла его в невнимании к родительнице.
Беспрестанно хихикающую леди Лейри спешно отвели в лекарское крыло вроде как на промывание желудка. Или что там местные целители планировали с ней делать, Катя не особенно вникала.
Подчинённые Вариэля, гвардейцы из личной охраны правителя, уже допрашивали плачущую служанку, приставленную к экс-регентше. Та уверяла, что ничего необычного не замечала. Никто сиятельной госпоже ничего в бокал не подсыпал. А уж она лучше бы руку себе отрубила, чем допустила бы подобное.
Вино мать правителя действительно начала пить в своей комнате. Бутылка была извлечена лично дворцовым виноделом, выдавшим её служанке. Он и стража, охранявшая винный погреб, клялись и божились, что никого постороннего в стратегически важное помещение не впущали и не выпущали.
— Слушайте, а тот красавчик в расшитой безрукавке, который разговаривал с Синтаэром, он ведь какой-то верховный командующий, почему его здесь нет? — рискнула Катя обратиться к Вариэлю, предварительно отойдя на безопасное расстояние.
 
— Главнокомандующий Никаэль Варссенет? Его нет, потому что он отражает внешние угрозы, командуя армией правителя, внутренняя безопасность его не касается, — раздраженно бросил начальник охраны.
Высокомерно так пояснил как дитя неразумному. Отвлекла его, видите ли.
— Вы уверены, что враг именно внутренний?
Катя на всякий случай зашла за спинку кресла.
— С чего вы это взяли, леди…? — он нетерпеливо махнул рукой, что, видимо, означало "Как вас там?'.
«Как же! Не помнишь ты! Таким образом показываешь мне, что я здесь никто, — раздражённо подумала Катя. — Надо же как странно! Где бы не оказалась, всегда относятся пренебрежительно и высокомерно».
В этом мире это особенно остро ощущалось. В среде тёмных эльфов её презирали за то, что она всего лишь человек и считали подстилкой Шинтара. А вот при дворе светлых эльфов она не угодила тем, что предстала в образе тёмной эльфийки. Просто какой-то гадюшник — это высшее общество. Единственное, пожалуй, место, где ей было комфортно, это поместье Вэлара. Там и люди были радушные, приятные, и сам хозяин…
— Странно для начальника охраны правителя забыть имя только что представленной ему гостьи, — холодно ответила Катя. — Хотя с учётом того, что вы проморгали отравление матери его Величества…
Она многозначительно замолчала. А кончики ушей Вариэля покраснели — то ли от стыда, то ли от гнева. Катя надеялась, что он испытал весь спектр отрицательных эмоций. И смело продолжила:
— Я полагаю, что попытка подсадить леди Лейри на порошок манкари как раз-таки имеет дело к отношениям двух эльфийских держав.
Ой! Что она несет⁉ Просто сорвалось с языка. У нее никаких доказательств нет! И вообще это случайное умозаключение! И слово «ум» тут лишнее. Сказала прежде, чем его подключила. Как отмотать время назад и все переиграть?
Но все, включая правителя, уже заинтересованно повернулись к ней, ожидая продолжения.
— Они с Синтаэром как-то подозрительно шушукались. И тут же отравление леди Лейри, — неуверенно начала Катя, но ее тут же прервали.
— В дружбе светлого и темного эльфа нет ничего странного. Синтаэр часто бывает у Никаэля, — отрезал Вариэль. — Может быть, это связано с вашей личной неприязнью с Синтаэру? Брошенная любовница? А тут такой случай подвернулся?
Мда. Следствие началось удачно. Катя проглотила возмущение. Потому что, в сущности, он был прав. Ее подозрения были связаны с личной неприязнью, которую она и сама не могла объяснить. Просто маг ей не нравился. И она искреннее надеялась, что это он автор идеи с международной наркосетью и ее глава.
— Послушайте, леди Кэти, я благодарен вам за своевременный сигнал об опасности… — Прениэль устало потер пальцами переносицу. — Вы проявили благородство. Но играть в придворного дознавателя не нужно, это только отнимает у нас время. Если хотите можете сами поговорить с почтенными Никаэлем и Синтаэром. Но если они вас прибьют за подобные подозрения, то я судить их не стану. Это серьезное обвинение. Распространители манкари разрушили много жизней, в том числе членов влиятельнейших семей, поставили под угрозу безопасность населения нашей и соседних стран. И если вы обвините кого-то в этом голословно, то… Это может быть воспринято как серьезное оскорбление. Будь вы мужчиной, они могли бы вызвать вас на дуэль. А теперь ступайте, скажите слугам, чтоб выделили вам покои в гостевом крыле. Скажите, что я распорядился. До того, как матушка… придет в себя… побудете тут.
— Как прикажете, правитель, простите за дерзость! — Катя склонилась в почтительном поклоне. Все-таки так непривычно это делать.
Он нетерпеливо махнул рукой, и девушка под злорадным взглядом Вариэля, выскользнула из кабинета. Один-один.
Катя шла по очень ярко освещённому коридору, раздражённо щурясь.
Чего она ожидала? Она ведь действительно не сказала им ничего полезного и ценного. Может быть, действительно найти тёмноэльфийского мага и его светлого приятеля? А что она им скажет? И станут ли они вообще с ней разговаривать? Такого мамкиного расследователя они просто поднимут на смех.