Наемник «S» ранга (СИ)

Убрал ампулу обратно, сделал усиленный вдох и всеми силами начал давить голод, который настойчиво требовал выпить двух людей, что были рядом. Надо переключиться. И быстро.
Быстро подойдя к шкафу, вынул оттуда мужской пиджак и вдохнул запах, стараясь при этом концентрироваться ещё и на слухе. Если Валевский и сбежал, то недалеко. Я смогу его отследить. Отбросив пиджак, ещё сильнее вдохнул витающий запах и… нашёл!
Ощущая, как голод сильнее набирал обороты и выворачивал разум наизнанку, требуя ещё больше крови и охоты, я оттолкнул Райта и снайпера, вылетев в коридор. Лестница, пролёт, старик-Островитянин, которого сдерживали ещё живые члены группы. Оказавшись за его спиной, на бегу рубанул ему по сухожилиям ног, и пролетел дальше. Некогда возиться с ним, итак спешу.
— Кха! — вскрикнул S-ранговый от резкой боли и припал на колени, продолжая удерживать своих противников.
Теперь он не угроза. По крайней мере, уже не та, что секундами ранее. Так я думал, мчавшись в сторону охранного крыла, куда вёл меня запах, а до слуха, сконцентрировавшегося на женских голосах, доносились отрывистые слова жён Валевского.
Выбил с ноги преграждающую путь деревянную дверь и ворвался внутрь, устроив бойню. Пять гвардейцев — пять трупов. Сейчас я не работал спокойно и технично, как привык. Всё же голод давал о себе знать, а с глотком крови пробудилась и вампирская ярость, требующая выхода.
Отрезанные руки, ноги, головы. Расчленённые тела, кишки на окровавленном полу, вырванное сердце, медленно стекающее по разбитому монитору компьютера. Учинённая резня, будто в комнату забежал не человек, а буйный медведь.
Не задерживаясь, я подбежал к стальной двери в конце комнаты охраны и услышал за ней два женских голоса, которых успокаивал один мужской. Их бег отдалялся, помимо этого отчётливо различались брызги воды.
Подземный проход? Он не был указан на чертежах, а значит Медведевы не знали о нём. Прокол, однако.
Убрал меч в ножны и сжал кулак.
Бам! — удар оставил вмятину в стальной двери, а её петли заскрипели.
Бам! Бам! Бам! — стучал я сжатыми кулаками, ускоряясь с каждым ударом и слыша, как гудит ветер за спиной.
Петли лопнули, дверь прогнулась, и я сделал шаг в сторону. Со скрипом, стальная преграда рухнула к моим ботинкам, подняв ворох пыли и придавив тело одного из мёртвых гвардейцев.
Вновь сорвался на бег, стремительно набирая скорость. В туннеле стоял полумрак, который освещали редкие грязные лампы. Отсыревшие кирпичные стены, покрытые плесенью. Под ногами мелкие лужи. Зрение, после раннего глотка крови, молниеносно адаптировалось к новым условиям, а запах моих жертв становился всё отчетливее. Одна из жён Валевского порезалась о камень, тихий вскрик достиг моих ушей, а голод усилился десятикратно.
Глаза под маской вспыхнули кроваво-красным светом, рот заполнила слюна, а в разуме всё сильнее звучало лишь одно слово: ЕДА.
— Быстрее! Мы почти выбрались! — достиг моего слуха взбудораженный голос Валевского, поддерживающего раненную супругу.
— Август, я что-то слышу! — с испугом произнесла одна из женщин и обернулась назад. — О-о-о, н-нет… АВГУСТ!
Валевский повернул голову и увидел меня. Вот это взгляд… Да он сейчас обделается. Правильно, мясо. Бойся, содрогайся в страхе. Зря ты затеял эту игру, не зная правил.
Вытаскивая меч из ножен, я рассчитывал на любой расклад. На то, что он вступит со мной в бой и проиграет. На то, что он попытается договориться и будет умолять о пощаде. Но то, что произошло, заставило меня знатно удивиться.
— НЕТ! НЕ ПОДХОДИ!!! — прокричал Август истерично и толкнул в мою сторону свою раненую жену, после чего со всех ног рванул прочь, по туннелю.
Ловко извернувшись, я поймал побледневшую и испуганную женщину.
— Август… — её губы дрожа в страхе, неверяще произнесли его имя. По щекам слёзы, а сердце стучало так сильно, что отбивало барабанный ритм в моих ушах. 
Она сглотнула и посмотрела в мою маску, ожидая своей участи. Другая же жена Валевского, видя предательство мужа, бросилась на меня, защищая подругу. Ну как бросилась. Стукнула по плечу, а затем заревела:
 
— К-как он мог?!.. — раздался её крик в полумраке туннеля.
— Сели, живо! — прохрипел я.
И эти две брошенные аристократки, послушно заткнулись, усевшись на задницы. Блеснула сталь моего клинка. А с ночнушки раненой отвалился лоскут ткани, оголив её бёдра. Обмотав ей рану на ноге двумя оборотами, затянул и завязал.
— Сидите здесь и ждите, — поднялся я и вновь уловил запах Валевского. — Попробуете сбежать, найду и прикончу. Ясно?
Короткие обречённые кивки, и я побежал за своей добычей. Чёртов трус. Даже твой запах изменился, став просто отвратительным.
Через двести метров запах стал сильнее, а до слуха донёсся звук заработавшего механизма. Всё же Август добрался до выхода.
Поворот, рывок и вновь бег. В конце туннеля показалась дверь, которую Валевский всеми силами пытался закрыть. Он тужился, напрягался и обливался потом. Увидев меня, со страху добавил усилия. Оставались считанные секунды до того, как он закроет дверь. Просвет, за которым виднелся свет луны и звёзд уменьшался…
— Сука! — прорычал я, понимая, что не успею, и пригубил ампулу.
Не теряя скорости, допил оставшуюся кровь, опустошив сосуд. Животный рык покинул горло, глаза вспыхнули кровавым светом, а тело налилось мощью и ускорилось в разы.
Дверь закрылась, туннель вновь потонул во тьме. С той стороны послышался облегчённый вздох Валевского.
Я крепко сжал зубы, ещё сильнее взял разбег, и лишь на короткий промежуток времени… Дал волю голоду.
— РГХА!!!
На полной скорости, подобно тарану, я влетел в многотонную дверь и просто снёс её к херам, как никчёмную преграду. С громким грохотом та улетела в дерево, сломала его и покатилась по лесопосадке.
— Призрак… — попятился Валевский, неверяще смотря на меня. — К-как ты смог?! Эта дверь из титана! Кто ты такой?!
Он был бледен, зрачки расширены, как у наркомана, по лицу стекали крупные градины пота.
— Стой на месте, — сделал я шаг к нему. — И сдохнешь быстро.
Конечно же, Август не послушал и побежал от меня в сторону деревьев. Инстинкт выживания в такие моменты зашкаливает. Особенно у подобных людей.
Я ухмыльнулся и одним рывком догнал его, после чего хотел схватить за шею. Август не должен был среагировать… Но он пригнулся! С лёгким торможением, но пригнулся, и моя рука поймала пустоту!
Какого?!
Впрочем, второй раз он так уклониться не смог, и я схватил его, подняв над землёй.
— Кха… П-пощади… Я-я… — хрипел Август, вцепившись ногтями в мою руку, трепыхая ногами.
— Знаешь, Август, — прохрипел я и наклонил голову набок. — Наёмник должен выполнять задание, раз уж взял его. Считай это профессиональным принципом.
Голод всё настойчивее требовал выпотрошить этот кусок мяса и осушить, но я держал его в узде.
Свободная рука взялась за тесёмки небольшой сумки, развязала их и вынула идол Амона.
— Прекрасный сервис, не правда ли? — хмыкнул я. — Доставка на дом и… Вручение!
Удар постаментом, вскрик боли Валевского, брызги тёплой крови, стекающие по моей маске. Я начал забивать Августа, как животное, буквально пробивая статуэткой его башку… Лишь тогда, когда в моей руке осталось ещё агонизирующее мёртвое тело, а идол был полностью в осколках черепа и кусочках мозга, отпустил его.
— Заказ выполнен, — бросил я идол рядом с ним и поморщился, вспомнив, как он бросил своих жён. — Тупой ты, кусок дерьма.
Отрезав башку Валевского и сняв с его пальца родовой перстень со скалящейся головой тигра, двинулся обратно к туннелю. Нужно было забрать женщин и передать их людям Медведевых. Что они будут с ними делать меня мало волновало, но вряд ли убьют. Скорее используют, как заложников для своих целей. А может, сыночек-менталист сделает из них послушных кукол, кто знает. Жизнь аристократов красочна, ярка, но и полна вот таких вот нюансов. Особенно, когда ты проиграл. Уверен, схвати меня Валевский в порту, от меня также мало что осталось бы. Разобрали бы на трофеи, как пить дать.