Наемник «S» ранга (СИ)
— Вот… Козлина. — прошептал я и уже громче сказал: — Юнона, в твоих же интересах спасти этого глупца. Ты же знаешь, если кто-то тронет тебя пальцем… Он умрёт от моих рук. В общем, на твоих плечах судьба этого человека.
— Какой вы опасный, господин. Особенно, когда ревнуете.
— Я — собственник, что поделать, — пожал я плечами, хоть она и не видела.
Она явно улыбнулась. После более холодным тоном спросила:
— А что скажете по поводу вечерних новостей, господин? Кажется, вас обвиняют в захвате торгового центра.
— Ничего не знаю. Я не смотрел телевизор, никуда не ходил и просто спал.
— Да? — хмыкнула Юнона. — А сейчас вы тоже спите?
— Ну да, — ответил я и увидел пробежавших по беговой дорожке девушек в серых обтягивающих лосинах. — Сплю и вижу прекрасный сон.
— Тогда почему геолокация показывает, что вы находитесь в парке неподалёку от академии?
— Ты не поверишь, если расскажу.
— Вы думаете? — отчётливо звучал скепсис в её голосе.
— Я спал, а потом пошёл за колой. Купил и пошёл опять спать… Как видишь, не дошёл.
— Знаете, что самое забавное, господин? — задала она вопрос. — Вы отлично лжёте всем, но почему-то не мне.
— Это всё потому что я люблю тебя.
— Молодой глупый господин. — вздохнула Юнона и произнесла: — Вам лучше затаиться на какое-то время. Но вы ведь не послушаете.
— Ты такая милая, когда переживаешь за меня.
— Спокойной вам ночи. Я пошла спать.
Услышав гудки и посмотрев на дисплей телефона, я задумчиво сделал глоток колы и в пустоту произнёс:
— И когда ты наберёшься смелости, Юнона.
* * *— Повторите ещё раз с самого начала.
Вздохнув, Виктория облокотилась на спинке скрипучего стула, явно устав от допроса. Вот уже несколько часов она находилась в полицейском участке, как и остальные потерпевшие. Да и удобствами тут не пахло. Небольшая квадратная комната, металлический стол, два стула, лампа на потолке, работающая вытяжка, вытягивающая сигаретный дым, и непроницаемое стекло на всю стену по правую сторону.
— Я же всё вам уже рассказала.
— Простите, — выдохнул пожилой мужчина табачный дым в сторону и прошёлся усталыми глазами по бумагам. — Вы уже тридцать четвёртая, кого лично я допрашиваю за сегодня.
— Ничего, — помотала головой блондинка, вроде как смирившись. — Я всё понимаю.
— Значит, — сделал следователь затяжку. — Вы утверждаете, что наёмник S-ранга, один из десятки известнейших в Бронсе, Призрак спас вас?
— Именно так, — кивнула Виктория и сжала сумочку.
В её голове отпечаталась яркая картина, которую она теперь вряд ли забудет. Тусклое освещение торгового центра, множество людей, кровь, страх, человек в чёрной маске… И пистолет, направленный на неё. В тот момент, когда прозвучал выстрел, вновь и вновь звучавший в ушах Виктории, она будто бы в замедленной съёмке увидела летящую пулю. Ей суждено было умереть… Там, на полу фудкорта торгового центра.
— Если бы не он, — тихо прошептала Вика. — Я была бы мертва.
После их освобождения, всё чаще стали звучать разговоры, что именно Призрак во всём виноват. Подобное вызвало у Виктории не просто недоумение, а даже некую злобу. Как смеют эти люди, которых он спас, клеветать на него?! Зачем они это делают?!
— У меня здесь заявление лежит, — выбил следователь блондинку из мыслей. — От некой гражданки Смирновой. Она утверждает, что вы набросились на неё, из-за спора.
— Я поступила глупо и признаю это, — подняла Вика глаза и расправила плечи. — Но гражданка Смирнова была неправа. Призрак спас нас. Если бы не он, сколько ещё заложников погибло бы? Десять? Двадцать? А может, сотня?
— Откуда у вас такая уверенность? — прищурился следователь.
— Я была среди заложников. Вот откуда. Чёрная Маска явно собирался устроить резню. Единственный, кто смог остановить его — это Призрак. Если бы не его смелость, жертв было бы в разы больше.
— А вот у меня другая информация, — ухмыльнулся мужчина и зачитал подготовленный лист. — Глава одного из влиятельнейших родов Нью-Тейко, господин Валевский, утверждает, что Призрак был в сговоре с «Нулевым Азимутом» и Чёрной Маской. Именно он руководил захватом заложников и торговым центром.
— Это явная ложь, — нахмурилась Виктория.
— Знаете, как я вижу эту картину? — встал следователь из-за стола и, сделав затяжку, с сигаретой в зубах заходил по комнате. — Руководя операцией вместе с Чёрной Маской, Призрак прибыл позже остальных, чтобы зачем-то обелить себя в глазах общественности и сделал подобный выверт с заложниками. Вы же, как лицо спасённое и заинтересованное, теперь защищаете его. Вы защищаете преступника, гражданка Романова. Отдаёте себе в этом отчёт?
— Вы не правы! — прикрикнула Виктория, но её голос подрагивал.
— И в чём же? — сухо осведомился старик. — Из всех опрошенных свидетелей, только вы и ещё пара людей утверждают обратное. Другие же рассказали, что Призрак получил от Чёрной Маски деньги, после чего скрылся. И это я не говорю о членах рода Валевских, которым принадлежит торговый центр. Они пострадали больше всего. Не считая героев, само собой.
Понимая, что все потуги бессмысленны против заработавшей канцелярской машины, Вика в конечном итоге глубоко вздохнула и посмотрела на следователя, устало сказав:
— Что вы хотите от меня, офицер?
Широкая улыбка стала ей ответом, а следом перед Викторией положили лист бумаги, на котором чёрным по белому было написано то, что вызвало у неё лёгкую панику.
— Н-но… Это же…
— Подпишите, и можете быть свободны. В противном случае, вас запрут на пятнадцать суток за нарушение общественного порядка. Мне же надо будет как-то отработать заявление гражданки Смирновой. Да и пакет, что вы передали Призраку. Такое может трактоваться как пособничество в преступлении. Кто знает, как взглянет на это судья? — ухмыльнулся следователь.
Дрожащей рукой Виктория взяла засаленную шариковую ручку. В глазах паника и нечто неприятное, ощущение, будто подписью предаст того, кто спас ей жизнь.
Видя её сомнения, старик надавил:
— Подписывайте.
Вика сглотнула. Что она могла? Простой человек, не имеющий ни силы, ни власти.
— Прости меня… — прошептала она, поставив подпись.
— Вы свободны, гражданка Романова, — забрал следователь лист бумаги и улыбнулся. — Благодарю за вашу гражданскую позицию, достойную учителя академии.
Не говоря ни слова, Виктория поднялась и покинула кабинет, стараясь унять бешено стучащее сердце и стереть предательские слёзы.
* * *Утро следующего дня...
— Здравствуйте, группа 1-А, — поздоровался с нами престарелый мужичок в сером костюме, заходя в кабинет.
— Здравствуйте, учитель! — хором ответила наша группа, поднимаясь со своих мест.
Пройдя до деревянного стола у окна, препод положил на него старенький кожаный портфель тёмно-коричневого оттенка и выдвинул стул.
— Присаживайтесь.
Стоило нам приземлиться на свои места, как мужичок сложил руки в замок, поставил локти на стол и заговорил:
— Меня зовут Ганевский Авраам Исаакович. Я — преподаватель предмета, название которому: «Влияние внешних и внутренних факторов мутации на человеческий геном и его последствия». Проще говоря — Эсперизация, — поправил он пальцем узкие очки. — На этом уроке мы будем обсуждать науку об Эсперах. Кто они такие? Что могут? Какие существуют Эсперы и градацию рангов, установленную и заверенную государствами и империями.
Мы слушали молча, не перебивая его и не переговариваясь. Только Эдвард, деливший со мной парту, жевал по тихому батончики и бегал глазками из стороны в сторону, как белка. Что-то явно тревожило рыжего ниндзя из Беверли-Хиллз. Интересно только, что именно?
— Эд, ты чё такой серьезный? — шепнул я.
— Родители денег не дали, — бросил он на меня косой взгляд и куснул батончик. — Я все бабки слил на запасы хавчика… А вчера кое-кому задолжал.