Империя. Тихоокеанская война
Смотрю в весело пляшущие в камине язычки пламени. Императрица улыбнулась:
− Знаешь, иной раз мне кажется, что я всё о тебе знаю. Уже привыкла к мысли, что я жена попаданца из будущего. Но всякий раз я поражаюсь тебе. Вот ты сейчас говоришь о горящих восторгом глазах молодых людей. Однако, только вот не зазнавайся, без лишней скромности я скажу вот что: тебе всякий раз удается удивлять меня, рождать в моей душе гордость и в глазах тот самый восторг. И я поняла для себя, почему я, невзирая ни на что, не только всё ещё могу жить с попаданцем под одной крышей, но и быть счастливой женщиной и матерью.
Хмыкаю.
− И почему?
− Ты – великий человек. Без ложных и пафосных дифирамбов я могу это говорить, глядя тебе в глаза. Ты каждый раз меня поражаешь, и просто завораживаешь. Нет, не знаниями из будущего, нет, это для тебя никакой не фетиш, а лишь средство, инструмент, который позволяет тебе лучше достигать цели. Великой цели, которую ты поставил перед собой и всеми нами. Ты яркий, харизматичный и сильный человек. Женщины, знаешь ли, тянутся к таким мужчинам. Инстинктивно. Вот и я тянусь.
Она рассмеялась, но было видно, что она смутилась оттого, что не смогла сформулировать то, что хотела сказать, утонув в эпитетах.
Целую её ладошку.
− Люблю тебя, моё солнышко. Не говори ничего. Я всё чувствую без слов.
Маша вздохнула и положила голову мне на плечо. Помолчав, она вернула разговор к прерванной теме.
− Тебе талантливо удается прятать лист в лесу, а убитых на поле боя. Огромные структуры какого угодно назначения на поверку оказываются не совсем тем, чем кажутся. Движения суфражисток по всему миру и борьба за права женщин. Экспедиция Службы егермейстера двора, привозящая зверушек и птичек для имперских зоопарков. Департамент генерала Маршина, который якобы занят только устройством демобилизованных и инвалидов. Кстати, твоя идея загрузить заказами артели инвалидов на производство сетчатых сумок «авоська» просто пошла на ура, я видела сегодня отчеты о продажах…
− Ну, это Суворину спасибо за грамотную рекламу.
− Да-да, конечно, будто не ты ему обозначал задачу и расставлял акценты. Но я продолжу. Твоя марсианская эпопея и «Зона 51». Десятки и сотни проектов, неясных на первый взгляд, но имеющих колоссальное глубинное значение. Как тебе всё это удаётся видеть в целом, держать в голове и не упускать подробностей? У меня вот пока не получается.
Она шутя ткнула меня локтем в бок.
− Научи меня!
Смеюсь.
− Открой ротик, я тебе дам волшебную таблеточку, и ты сразу всему научишься.
Жена деланно насупилась.
− Жадина-говядина.
Вновь тишина. Лишь потрескивают дрова в камине.
Вздыхаю.
− Ты преувеличиваешь. Конечно же я не знаю и не помню подробностей. Очень многое я упускаю. Я тоже человек и не могу объять необъятное. Даже если взять простой, казалось бы, вопрос, как дать зеленый свет перспективным исследованиям или перспективным людям. Да, в моей истории человек что-то изобрёл или стал кем-то выдающимся. Но этому предшествовала целая череда событий, которая не только круто изменила жизнь, но и дала тот необходимый жизненный опыт, без которого всё было иначе. Например, здесь не случилось Гражданской войны, которая круто изменила жизнь десятков миллионов людей. Великая война закончилась иначе. И так далее. И что мы видим? Маршал Жуков никогда не станет Маршалом Победы, вполне довольный бурным развитием своего обувного дома и тем, что его мечта осуществилась. Ленин строит социализм в Мексике, вполне довольный тем, что его прогнозы о том, что революции в России при жизни нынешнего поколения не случится, оказались верными. Гитлер погрузился в богемную жизнь и рисует картины. Муссолини снимет фильмы и не помышляет о том, чтобы пойти в этом году на Рим и провозгласить себя дуче. Жизнь десятков и сотен тысяч людей пошла по совершенно иному пути. Поэтому мне и приходится вести селекцию практически заново, почти с чистого листа. Да, я что-то и кого-то помню из прошлой жизни, и делаю всё, чтобы использовать эти знания. Я слежу за ними. За теми, кого я помню из своей истории. Равно как и за теми, кто в моей прежней истории так и не смог состояться. Её Величество История не дала им в своё время такого шанса. Я же попытаюсь дать. Может быть это будет необычный шанс, но он будет. Может ли казачий есаул стать впоследствии генералом бронетанковых войск? Поди знай, но почему бы и нет? Вполне вероятно, что его тупо расстреляли за каким-нибудь амбаром в Гражданскую и свершения его жизни прервались, и благодарное человечество никогда не узнает о великих свершениях или великих злодеяниях, которые он мог бы совершить, останься он жив. А может, там, под тем самым амбаром, от той самой пули обдолбанного наркотой анархиста, погиб несостоявшийся будущий гений танковой войны? Или конструктор космических ракет? Или выдающийся педагог?
Императрица хмыкнула:
− Или маньяк и серийный убийца.
Киваю.
− Да, может быть и такой поворот. Мы этого не знаем. Но мы узнаем. Очень скоро. Лет через двадцать. Всего-то. Какие наши годы, да, любовь моя?
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САХАЛИНСКАЯ ОБЛАСТЬ. ИМПЕРАТОРСКАЯ ГАВАНЬ. 17 ноября 1921 года
Бункер Ситуационного центра Объединенных сил Сахалинской группировки войск. Как говорится, на сцене всё те же, место действия и обстановка без изменений.
Николай усмехнулся. Точнее можно сказать так: изменений каждый день становится всё больше и больше, их уже столь много, что уже даже перестаёшь замечать рост лавины событий. Событий, которые в один прекрасный момент обратятся в лавину действий.
Да, Императорская Гавань кипит, бурлит и пенится, как сказал бы Миша. Войска всё прибывают и прибывают, количество транспортов в порту такое, что швартовать их негде, приходится оставлять на рейде, благо береговая оборона, авиация и корабли прикрытия держат японцев на расстоянии.
Известие об уходе на юг японской эскадры значительно повысило моральный дух русских войск. Что ж, противник тоже не дремлет и готовится к обороне Южного Сахалина. Трудно спорить, высадка на остров обойдется Армии Единства отнюдь не дёшево, но это война.
Видят ли приготовления русских сами японцы? Конечно. Японская разведка отнюдь не дремлет и в Токио прекрасно понимают, что происходит подготовка к массированному эшелонированному десанту. Меры, разумеется, предпринимают, всячески усиливая сахалинскую группировку, перебрасывая на остров войска и припасы с Хоккайдо. Единственный вопрос в Токио, который очевиден и в наших штабах, успеют русские и решатся ли на высадку столь больших сил в преддверии зимы или отложат операцию на весну? Или, наоборот, дождутся льда и пойдут по нему на штурм острова? А если решатся на высадку, то где именно?
Операция «Химера» входила в завершающую фазу.
Все спешат. Всё спешит. Ледяное крошево на море вскоре встанет, а там уже и до крепкого льда недалеко.
Все стараются успеть. Каждый по-своему. И каждый к своей цели.
ЯПОНСКАЯ ИМПЕРИЯ. СЕВЕР КОРЕЙСКОГО ПОЛУОСТРОВА. ПЕРЕДОВОЙ КОМАНДНЫЙ ПУНКТ ОСОБОГО ТАНКОВОГО КОРПУСА ЛЕЙБ-ГВАРДИИ. 17 ноября 1921 года
Более полсотни офицеров от штабс-капитанов и до генералов включительно. Большое оперативное совещание. Большой зал бетонного бункера танкового корпуса.
Андрей обвел взглядом собравшихся. Вроде все прибыли. Командование корпусом в полном составе. Командующие 1-й и 2-й танковых дивизий лейб-гвардии со своими начштабами. Командующий 1-й механизированной дивизией лейб-гвардии и его начштаба. Командующий 4-й смешанной авиационной дивизией. Командование лейб-гвардии 1-го мортирного артиллерийского полка (с этими вообще выходило забавно, поскольку комполка был русским, а его начштаба – германцем, хоть и в русской форме, впрочем, половина штата полка, снабженного по штату крупповскими мортирами langer 21 cm Mörser образца 1918 года, была как раз укомплектована именно германцами).