Три товарища (СИ)

Но, конечно же, все рекорды просмотров били новости из отделений рекрутинга. После клича, брошенного президентами, множество высококвалифицированных специалистов в той или иной сфере завалили электронными заявками отделения. Но поскольку бюрократизм не справлялся с таким количеством заявок, многие страждущие не успевали дождаться положительного или отрицательного ответа. Вдобавок к ежедневным проверкам почтовых ящиков, они осаждали приёмные отделения, настойчиво предлагали свои услуги и категорически требовали зачислить в состав флота. Были готовы работать даже уборщиками, лишь бы им предоставили шанс отправиться в космос. А самый смешной случай, где тщедушный восьмидесятилетний пенсионер-академик деревянной тростью стучал в стеклянную дверь и заявлял, что готов работать даже посудомойкой, транслировался не один десяток раз. Такие поступки лучше всего демонстрировали, что жители Земли перебороли первый страх. Что не отчаялись, а полны желания нанести ответный удар.
Пилоты же, хоть и держали, что называется, руку на пульсе, были загружены работой выше крыши. Они не только дополняли теоретическую базу в ежедневных занятиях, не только восстанавливали в памяти забытые, было, знания, но и подготавливали тело к значительным перегрузкам. Ко всем пилотам был приставлен медицинский персонал, ежедневно снимавший показания. Кому-то разработали специальную диету, кому-то приказали набрать вес, а кого-то заставили усиленно заниматься спортом. Многие опытные пилоты давно находились на руководящих должностях, а потому в космосе бывали не так часто, как во времена юности. И им срочно требовалось укрепить тело.
Но для вице-адмирала Шишкина не существовало особенных: за первые трое суток он отправил домой ещё пятнадцать человек. Поблагодарил каждого за готовность защищать Родину, попечалился о неудовлетворительных результатах или слабом здоровье и безжалостно поставил подпись под каждым приказом.
Именно вопрос чересчур быстрого отчисления опытных пилотов обсуждали Алексей, Никита и Илья в общем ангаре в перерыве между теоретическими занятиями. Вместе со всеми они посмотрели очередной блок новостей, где демонстрировались кадры с американского завода, штамповавшего детали для нового, только-только запущенного в производство, крейсера.
— Скорость — вот что главное, — опытный капитан Гиреев стучал ребром ладони по ладони. — Просто так от них не уйдёшь.
— Зачем уходить? — моментально возражали ему. — Огневая мощь важнее. Мы наступать собираемся или отступать?
— Смирно, пилоты! — прерывая очередную бесполезную дискуссию, где, по обыкновению, опять переливали из пустого в порожнее, в ангар зашёл Валентин Полевой. Рядом с ним, дружелюбно улыбаясь, припарковался черноволосый гражданский в идеально подогнанном деловом костюме. — Вольно.
Трое друзей успели вскочить и замереть.
— Телегин, Терехов, Тищенко, — Полевой поманил друзей рукой. — Подойдите ко мне.
— Хе-х, — воскликнул кто-то в толпе пилотов. — Агван? Ты что здесь забыл? Какова причина твоего появления на сверхсекретной военной базе?
Алексей, Никита и Илья остановились перед Полевым и вновь вытянули руки по швам. А незнакомый штатский улыбнулся и ответил без акцента:
— Работа, Серёга, работа.
— Я же сказал "вольно", — обратился Валентин Полевой к друзьям и указал рукой на соседа. — Знакомьтесь. Это — Агван Акопян. Популярный журналист и ведущий ежедневной программы "Россия сегодня".
Агван протянул руку и молча поздоровался с каждым из парней. Он уже подготовился. О каждом прочёл, о каждом собрал информацию. Но всё же был немного недоволен тем заданием, которым его наградила редакция. Он считал ребят невероятными везунчиками и сочувствовал тому, что им пришлось пережить. Но как объект для раскрутки и пиара, он предпочёл бы других. Кого-то более опытного, кого-то более медийного. Юрку Гринёва, например, или Серёгу Краснопольского. С обоими он уже был знаком и мог без проблем провести дружеское интервью. С этими же юнцами, он был уверен, придётся повозиться.
 
— Наслышан, — произнёс Агван хорошо поставленным голосом. — Наслышан о вас, ребята.
— Спасибо. Очень приятно, — за всех ответил Алексей.
— Агван прибыл сюда с заданием и получил "добро" от Геннадия Леонидовича, — успел вставить Полевой.
— О, да! — заразительно улыбнулся журналист. — Высшее начальство, — он ткнул пальцем в небо. — Разрешило провести интервью с… Как там он говорил? С тремя вундеркиндами.
Илья растерялся.
— Простите, с кем интервью? С нами? Зачем?
— Люди желают знать больше, — уверенно ответил Агван. — Моя задача через вас не только популяризировать лётное дело, но и поднять боевой дух. Не только указать верное направление мальчишкам всей Земли, но и утолить голод зрителей. Мы запишем интервью, где вы расскажете что с вами произошло. Спокойно, неторопливо и подробно расскажете, как столкнулись с НЛО, как сражались и как выжили. Но самое главное — как победили. Ведь не секрет, что вам удалось уничтожить один из инопланетных объектов. И рассказ об этом вы должны разукрасить самыми яркими красками.
— Разве это столь необходимо? — Илья чувствовал себя неуверенно. Он никогда не любил быть в центре внимания. Были плохие воспоминания, связанные с этим.
— Да не, нормально, — не смог сдержать улыбку Алексей. Такой подход ему нравился. — Мы станем знаменитыми.
— Именно, лейтенант Телегин. В этом вся суть. Страна должна знать своих героев. В вашем же конкретном случае — Земля должна знать… Вы не переживайте, лейтенант Тищенко. Это ж не прямой эфир, где непозволительно даже воздух испортить, — журналист опять улыбнулся, чтобы немного успокоить разволновавшегося парня. Он знал, что его улыбка действует магнетически: любой интервьюируемый успокаивался, когда её видел, и прекращал тупить. — Мы можем сделать любое количество дублей. И на монтажном столе подрежем, если возникнут проблемы.
— Это приказ командующего? — Никита тоже чувствовал себя не в своей тарелке. — Или ваша личная инициатива?… Вернее, вашего телеканала.
— Давайте начистоту, лейтенанты, — Агван снисходительно усмехнулся. — Я бы предпочёл, конечно, кого-то более опытного. У кого язык подвешен, и кого я лично знаю. Но ваше командование считает иначе. Оно желает выдвинуть на передний план именно вас. Я понимаю почему, конечно. И вижу в этом определённую логику. Поэтому давайте не затягивать. До вечера я должен разобраться с вами и отправить материал на утверждение. А затем для новостного ассорти взять интервью у сошки, извиняюсь, помельче…
— Вы считаете, мы недостойны вашего внимания? — Алексей недовольно поморщился. Акопян говорил так, будто делает им одолжение.
— Я считаю, что мир должен знать о всех вас, — Агван сделал широкий жест рукой, охватывая весь ангар и указывая на остальных пилотов. — А не только о вас, — он поставил ладошки на небольшом расстоянии друг напротив друга, как бы показывая масштабность темы. — Улавливаете разницу? Но поскольку меня поставили перед фактом, выбора я не имею. Придётся работать с вами… Начнём, может быть? — Агван указал в сторону, где уже суетились работники канала. Расставляли стулья, устанавливали зелёный Rir-экран и налаживали свет. — Мне всего сутки выделили на всё про всё.
— Идёмте, — Алексей схватил за руку Илью, который собирался что-то возразить. А затем сжал руку Никиты. — Мы ответим на все вопросы. Нам не впервой.
Агван обратил внимание на действия лейтенанта Телегина и сразу понял, что досье не врали: в звене вундеркиндов этот являлся лидером. Его мнение важно для двух других и, возможно, мнение двух других совершенно не важно для него. В любом случае, Агван планировал внимательно присмотреться именно к нему и попытаться осторожно пробить брешь, задавая вопросы. Не завуалировано уязвить, как он иногда проделывал с неприятными собеседниками, а попытаться поставить на место.
— То, что вам не впервой, я тоже знаю, лейтенант, — вновь улыбнулся он. — Но со мной можете говорить без утайки, можете не подбирать слов. Ваше непосредственное начальство всё равно потом подвергнет интервью цензуре.