Три товарища (СИ)
— Валентин Николаевич… — попытался подать голос Алексей.
— Молчать, лейтенант Телегин! — отрезал Полевой. — Будете говорить, когда я разрешу!… Это что ещё за представление вы тут устроили? А? Я не понял. Это что за позорная выходка? Юношеский максимализм ещё не выветрился?
— Эти трое ко мне подскочили, — пожал плечами Борис Павлинский. — Я не напрашивался. Они сами захотели.
— К вам претензий нет, лейтенант. Я не слепой.
— Валентин Николаевич, — обратился Никита. — Мы не понимаем. Реально не понимаем, как этот мудоз… этот сын мэра здесь очутился. Нам рассказывали, что были поданы тысячи заявок из России и стран ближнего зарубежья. И тысячи заявок были отклонены. А затем мы видим… это. Где справедливость? Вы не хуже нас знаете, что Павлинский из себя представляет. Нам просто непонятно, как он здесь оказался.
— Терехов, сука! — выдержка покинула Бориса. К подобному отношению он не привык. — Тебя это не касается! Я тебе уже говорил.
— Молчать, лейтенант! Не забывайте кто вы и где вы!
— Так точно, товарищ капитан.
— Старайтесь лучше и крепче держите рот на замке!… Теперь вы трое… Вернее, двое. Лейтенант Тищенко, видимо, лучше других понимает, где оказался и зачем он здесь. А вы двое… Слушайте меня внимательно и запоминайте: это был первый и последний раз, когда я вынужден становиться между вами. Доложит кто или увижу сам — зачинщик моментально отправится домой. Без выяснения причин. Понятно?
— Так точно! — резво ответили все четверо.
— Здесь не место для старых обид. Не место для выяснения отношений. На кону стоит нечто большее, чем старые дрязги. Всем всё ясно?
— Валентин Николаевич, — борясь с самим собой, заговорил Алексей. — Никита прав — это несправедливо. Павлинский недостоин находиться здесь. Он ноль без палочки.
— Лейтенант Павлинский, кру-гом! — скомандовал Полевой, когда тот раскрыл, было, рот для ответа. — Шаго-о-ом марш в ангар!
Борис козырнул, развернулся и зашагал прочь под внимательным взглядами заинтересованных зрителей.
Валентин Полевой украдкой осмотрелся.
— Алексей, ты моли Бога, чтобы об этом не узнал адмирал. Чтобы никто не доложил ему о вашей маленькой стычке. Он скор на расправу.
— И всё же…
— Нет, не всё же! — Полевой вновь повысил голос. — Безотносительно моего мнения: если младший лейтенант Павлинский здесь оказался, значит заслуженно. С помощью влияния отца или без помощи — совершенно неважно. Он получит свой шанс. Получит право доказать, что достоин защищать свою родину. Народ, страну, планету… Без разницы. И не вам быть ему судьями. Точка!
Алексей и Никита замолчали. Илья нервничал: ему было стыдно за друзей.
— Валентин Николаевич, а как вы здесь оказались? — обратился он. — Вы тоже претендуете на место в эскадре?
Полевой немного расслабился, когда понял, что удалось замять ситуацию и слегка припугнуть самоуверенных юнцов.
— Нет, Илья. Я не претендую на место в эскадре — я уже в неё зачислен. Зачислен в качестве пилота-инструктора. Я подал заявку, как и многие другие. Быстро получил одобрение и обязательно полечу с теми, кто пройдёт отбор… Но сначала выбью из вас юношескую дурь!
— Вы будете инструктором? Как в академии? — растянул рот до ушей Алексей. От сотрудничества с Полевым у него остались исключительно положительные воспоминания.
— Да. И я буду за вами присматривать. Здесь от меня отделаться так легко, как в академии, вам не удастся. Никакого привилегированного отношения к вам не будет. Заметили, какой элитный контингент собран?
— Я Гринёва видел! — воскликнул Алексей.
— Да ладно? — выпучил глаза Илья.
— Ага. Стоял рядом со мной.
— А я — Вышинского, — добавил Никита. — Полковник уже, а стоит в одном ряду с нижними чинами и нос не воротит.
— Верно, лейтенанты. Здесь есть герои России, обладатели орденов и медалей. Все опытные, побитые космосом пилоты. Как сказал адмирал: эскадре нужны лучшие. Так что послушайте моего совета. Хотите показать свою удаль? Показывайте её на симуляторах и в небе, а не на тех, к кому испытываете неприязнь. Пользы от этого, несомненно, будет больше.
— Мы так и поступим, Валентин Николаевич, — с улыбкой произнёс Никита. — Спасибо, что, в который раз, вовремя пришли на помощь.
— Не за что, Никита. Только запомните: больше никаких косяков. И оставьте, ёлки-палки, в покое Павлинского! Он испарится, когда всем станет очевидна его профнепригодность. А теперь — свободны!
— Так точно!
В приподнятом настроении друзья направились в огромный ангар. Там уже творилось Вавилонское столпотворение, а потому им не удалось попасть внутрь. Они последними припарковались перед спинами крайнего ряда пилотов. Взрослые мужики по-детски становились на цыпочки, выглядывали из-за чужих спин в надежде что-то рассмотреть на огромном моторизованном экране, который технари развернули на стене ангара.
Ничего необычного для друзей в этом не было. В академии они сотни раз сидели перед таким вот экраном и наблюдали за симуляцией полётов в виртуальной реальности. Подобное оборудование размещалось в каждой лётной академии. Будущие пилоты следили за полётами коллег, а затем вместе с преподавателями анализировали. Даже давали советы, которые находившийся в симуляторе курсант, конечно же, слышать не мог.
В толпе пилотов было очень шумно. Кто мог что-либо видеть на экране, рассказывал соседям и объяснял, что происходит. Остальные пытались найти место поудобнее или равнодушно смотрели по сторонам, ожидая своей очереди.
— Ждать придётся долго, — сказал Никита, вернувшись через несколько секунд. Никого не стесняясь, он забрался на металлическую опору ангара и бегло оценил происходящее. — Там у стены куча медиков шастает и два десятка симуляторов выстроены. Пропускная способность невелика… Вип-места тоже все заняты. В нескольких метрах от экрана адмирал и его свита. Там вообще аншлаг. Кофе, бутерброды, официанты бегают… И всё такое прочее.
— Наблюдают?
— Ага. Даже с интересом, мне показалось. Смотрят, комментируют, делают пометки.
— Я б тоже кофе выпил, — Алексей кивком головы указал друзьям на нечто похожее на стандартный кофейный прицеп. — Во время перелёта почти не спал.
— Ну, пошли тогда. Нам тут долго торчать.
Торчать действительно пришлось долго. Сцепившись с Павлинским, друзья пожаловали на праздник последними. И вынуждены были ждать своей очереди. Они даже успели пару раз выпить горячий кофе и перекусить бутербродами, прежде чем основная масса пилотов схлынула. Пилоты располагались в симуляторах, получали указания, а затем демонстрировали свои навыки. Командующий эскадрой и его заместитель оценивали, делали какие-то выводы и кому-то что-то тихо говорили. Затем проводились какие-то манипуляции и кто-то сообщал о результатах по громкой связи.
К удивлению многих, результаты оказывались посредственными. Как в скорости, так в манёвренности и взаимодействии. Адмирал Драгомиров выступил с короткой речью в одном из перерывов. Он сказал, что немного разочарован, но понимает общую проблему. Он знает, что многие пилоты подрастеряли навыки. А потому ожидать от них приемлемых результатов пока преждевременно. Но он очень надеется, что пилоты покажут своё реальное мастерство в ближайшем будущем. Покажут, как показал себя капитан Гринёв, добившийся на данный момент наилучшего результата.
Глава 12. Тестовый полёт
Ближе к восемнадцати ноль-коль, когда заметно похолодало, пробка, наконец, рассосалась. Подавляющее большинство пилотов уже продемонстрировали свои возможности. Но они не расходились. Пили кофе или горячий чай и наблюдали за теми, кто забирался в авиасимуляторы.
— Ну всё, пошли. Наш черёд, — сказал Алексей, когда вызвали финальную партию пилотов. Под заинтересованными взглядами матёрых волков лётного дела, они направились к дальней стене ангара, где технари разместили громоздкие аппараты. — Всё по плану. Всё, как делали уже не раз. Никакой самодеятельности, никакой спешки. Всё чётко, чтобы уяснили, кто мы такие.