Свет твоих глаз (СИ)
* * * * * * * *
В среду организаторы выставки и курсов устроили такой интенсив, что вздохнуть было некогда, — не то что размышлять об успехах соседки по комнате на поприще завоевания Марка Стефановича. Самого шефа Даша в этот день вообще не видела, поскольку руководители филиалов занимались отдельно. Это давало повод надеяться на то, что и Ольга далеко в своих потугах не продвинулась, о чём с сарказмом размышляла Даша.
Дарья понимала, что шансы познакомиться с городом тают даже не по дням, а по часам, однако сил на самостоятельную экскурсию опять не было. К счастью, в конце дня организаторы сообщили, что в четверг учёбы не будет, и весь день будет посвящён экскурсии.
В пятницу вечером должны состояться официальное закрытие выставки и фуршет. В субботу — свободное время для прогулки по городу, а ночью вылет в Москву. Представители других городов улетали кто раньше, кто позже.
В принципе, у Ольги в арсенале есть три достаточно свободных дня. Как она сказала? Романтика, чужой город? Засыпала Даша опять с мыслями о том, достигнет ли Ольга своей цели, и даже не подумала о ссоре и расставании с Вадимом. Впервые за прошедшие шесть дней.
Для экскурсии организаторы выделили большой комфортабельный автобус. Когда Даша вошла в салон, многие места уже были заняты. Увидела Марка Стефановича, который сидел рядом и мило беседовал с руководителем филиала из Калининграда, той самой, которую Ольга назвала грымзой.
Они же раньше работали вместе, и им наверняка есть, что обсудить. Кстати, женщина вовсе не казалась такой, как о ней отзывалась Ольга. Возможно, просто слишком серьёзная и не позволяет переходить некоторые грани.
Даша поприветсвовала всех и устроилась почти в конце салона, выбрав место у окна. Увидела, как к автобусу спешит Ольга, которая долго и тщательно собиралась, "наводила марафет", как сказала бы баба Люда.
Даша пыталась не думать о том, почему она невзлюбила Ольгу, хоть и старалась общаться с соседкой максимально дружелюбно и спокойно. Но сейчас искренне надеялась на то, что Ольга не выберет место рядом с ней, а сядет где-нибудь у окна.
Однако вскоре почувствовала, как кто-то устраивается на соседнем сиденье, и даже глаза прикрыла от досады. Правда, досада очень быстро сменилась удивлением.
— Доброе утро, Дарья Сергеевна, — шеф сегодня опять был в свободной майке (уже другой), в джинсах и в кроссовках. — Очень рад вас видеть. Боялся, что скоро забуду, как вы выглядите. Не ожидал, что организаторы настолько загрузят нас.
"Он ещё и шутить умеет! Ну надо же!"
— Доброе утро, Марк Стефанович, — улыбнулась Даша, сама не понимая, чему она так радуется.
…Четверг можно было смело вычеркнуть из списка дней, дающих Ольге какие-либо шансы в отношении Бальца, — Марк Стефанович провёл весь день с Дашей. Сама Даша упорно старалась не замечать взгляды, которые бросала на них Ольга, а ещё строго приказала себе не торжествовать столь явно.
Скоро они вернутся к привычной жизни и привычным отношениям "начальник — подчинённая", а пока можно побыть немного другими, разумеется, в рамках приличия.
Оба впервые были во Владивостоке, потому ловили каждое слово экскурсовода и с интересом изучали каждую достопримечательность, делились друг с другом впечатлениями.
Даше больше всего понравился маяк и ведущая к нему песчаная коса. "Туристам" повезло: был отлив, и по косе можно было спокойно гулять. Марк Стефанович абсолютно нехарактерным для него образом засунул руки в карманы джинсов и долго смотрел на волны. Ветер перебирал обычно аккуратно причёсанные волосы.
— Вы любите море, Марк Стефанович? — спросила вдруг Даша.
До этого они говорили на общие темы, обсуждали курсы, выставку и достопримечательности. Личных пристрастий не касались.
— А вы? — в глазах шефа внезапно мелькнуло какое-то веселье.
— Скажем так, — улыбнулась Даша. — Того, что я сейчас здесь получаю, всех этих впечатлений, мне хватит надолго. Я совершенно точно не фанат моря и отдыха на море. Люблю большой город, его энергию и ритм жизни.
— А как тогда отдыхаете? — улыбнулся Бальц. — Тоже заряжаясь энергией большого города?
— Если куда-то еду, стараюсь выбирать "активный" маршрут; чаще всего, автобусные туры. Солнце, море, жара и ничегонеделание — это точно не по мне. Ещё езжу к родителям в Тверь. А лучше всего отдыхается дома у бабушки и деда, в Подмосковье.
— Вы знаете, Дарья Сергеевна, это почему-то удивительно для меня, но наши с вами взгляды на отдых полностью совпадают. Правда, в Тверь я не езжу, и в Подмосковье у меня родственников нет, но путешествовать предпочитаю так же, как вы. И тоже предпочитаю жизнь в большом городе. Как любит говорить моя мама: "Ох уж эти загадочные русские корни!"
— Почему ваша мама так говорит?
— Наверно, потому что мы с ней очень разные, хотя русская как раз мама, а вот мой покойный отец был немцем. Когда-то давно мама уехала из России и вышла замуж за отца. Папа был старше мамы на двадцать два года. Несмотря на то, что я ношу немецкую фамилию, и отец мой немец, мама говорит, что я гораздо более русский, чем она. Кстати, вот мама очень любит море. Она долгое время жила на Крите, а сейчас живёт в Италии, на побережье Ионического моря. Говорит, что она это заслужила. Замужем третий… хотя нет, четвёртый раз, и нынешний муж её моложе на пятнадцать лет.
— А как вы оказались в России, Марк Стефанович?
Даша была очень удивлена. Она-то думала, что Бальц родился и вырос в России, просто у него немецкие корни, а оказалось, что всё практически наоборот.
— Долгая история, — усмехнулся шеф. — Но если вам интересно…
— Очень интересно, — кивнула Даша.
Ей показалось, что Марк Стефанович очень доволен её интересом к его персоне, но она решила не зацикливаться на этом, полностью превратившись в слух, впитывая каждое слово.
— Наверно, по поводу длинной истории я погорячился. История довольно заурядная: после того, как не стало отца, мама повторно вышла замуж, и мы с отчимом не поладили. Окончив школу, я сразу воспользовался средствами, которые оставил мне отец для получения образования, уехал из дома и поступил в университет. С тех пор началась моя самостоятельная жизнь, хотя я и понимаю, что обязан ею родителям. С мамой мы общаемся ровно столько, сколько нам достаточно, а видимся и того меньше. К счастью, она никогда слишком не тряслась надо мной и отпустила достаточно легко. С отцом я был более близок, мне и сейчас порой безумно не хватает его советов, его поддержки. Я очень рад, что у мамы всё хорошо, и она вполне прекрасно обходится без меня. После окончания университета я некоторое время работал в Германии, потом в Финляндии, а потом появилась возможность поработать в России, в Санкт-Петербурге. Мне было очень интересно, буквально влекло. И всё же я думал, что это временно, но "временно" длится уже семь лет, и меня всё устраивает. Видимо, всё-таки корни… После Питера был Калининград, а теперь Москва.
— Вы очень хорошо говорите по-русски, совсем без акцента. Если бы не рассказали, я бы подумала, что вы росли и всегда жили здесь. Собственно, я так и думала.
— С мамой мы всегда общались и общаемся только на русском. А с отцом мы говорили по-немецки. Вот и вся моя "долгая история".
Даше очень хотелось узнать, правда ли Бальц был женат, но разумеется, она никогда бы не решилась спросить.
— Теперь вы расскажите о вашей семье, Дарья Сергеевна.
— О, у меня всё гораздо проще, хотя я очень люблю свою семью. Кстати, в Питере живёт мой родной дядя со своей семьёй. Там у меня двое двоюродных братьев, и скоро на свет появится третий. Мои родители и мой младший брат Паша живут в Твери, как я уже говорила. Когда-то давно родители мамы решили переехать в Подмосковье, но мама осталась, потому что влюбилась в папу, а у папы были большие перспективы в Твери. В Москве живёт моя тётя с семьёй, и там у меня тоже есть двоюродный брат. На братьев я богата, а вот сестры ни одной нет. Родители папы живут в Твери, а родители мамы — в Подмосковье. У них я и решила провести свой отпуск, который начнётся во вторник. Надеюсь, всё-таки начнётся.