Проклятый ранкер. Том 5 (СИ)

— Ладно… Думаю, и мне уже пора, — выдохнув, я отправился за бойцами Анэйрис.
*** 
Штурм длился больше двенадцати часов, и чем глубже мы проникали в крепость, чем ближе продвигались к пирамиде, тем ожесточеннее была схватка. Минотавров уже практически не было, им на смену пришли новые воины. 
Думаю, новых противников можно было назвать темными эльфами из-за длинных ушей. Но едва ли они походили на утонченных созданий из сказок. Например у них не было носа, а во рту было множество острых зубов. То еще зрелище на самом деле.
И если минотавры были тупым мясом, то эти твари были хитрыми, быстрыми и умными. Они крайне не любили вступать в прямое столкновение, устраивали ловушки и засады. Особенно неприятными были их маги, намного более сильные, чем шаманы быколюдов. 
Именно с появлением темных эльфов у нас и начались по-настоящему серьезные потери в войсках. И тут даже я был бессилен. Понимая, что в прямом столкновении им ничего не светит, они всячески старались атаковать меня исподтишка, пытаясь подловить на слабостях. 
Самой опасной ситуацией оказалось, когда меня в буквальном смысле заманили в ловушку. Я погнался за диверсионной группой, что ударила по нашим людям с крыш. Это было одно из первых столкновений, и я ещё не знал, что они настолько изворотливы и хитры. И был крайне неприятно удивлен, когда совершенно внезапно у меня под ногами вспыхнул яркий свет. 
Хорошо, что к тому моменту уже откатилась “Неуязвимость”, и я успел её использовать, иначе было бы совсем плохо. Учитывая, что после этого я оказался посреди расплавленных от жара камней, я не был уверен, что “Оберег” бы справился с магией такого уровня. Очень похоже, что меня прекрасно прощупали и пытались как раз накрыть одним сильным ударом.
После этого я относился крайне осторожно к их преследованиям. 
И вот так, шаг за шагом, мы пробивались к пирамиде, пока наконец не оказались прямо перед ней. Войска взяли её в круг, но пока что не спешили заходить внутрь, дожидаясь специальных распоряжений Анэйрис. 
Битва к тому времени уже закончилась, всё сопротивление было подавлено. Если где-то и оставался враг, то он забился в норы, желая выжить. 
Оставался последний рывок, чтобы закончить с этим делом. И к моему удивлению, поставить точку в освобождении Тьюрры решила сама Анэйрис, лично явившись на поле боя. Она прошествовала с сопровождением от главных врат до пирамиды и подошла к тому месту, где был я и полевое руководство. 
Первым делом, разумеется, отчитались генералы, хвастаясь подвигами, но Покровительницу Холода это мало интересовало. Всё её внимание было сосредоточено на пирамиде. 
— Стас, спасибо. Твоя помощь неоценима, — благодарно улыбнулась мне Вестница. 
— Рад был помочь. 
— Могу я попросить тебя о ещё одной просьбе? 
— Разумеется, — кивнул я. 
— Дальше мы с тобой пойдем вдвоем. 
Я лишь пожал плечами, говоря тем самым, что почему бы и нет. А вот Люмэра аж перекосило от этого. 
— Покровительница, я и мои люди пойдут с вами! Мы не можем… 
— Хватит, — мягко, но вместе с тем не терпящим возражения тоном, приказала она. — Вряд ли внутри может оказаться кто-то такой же сильный, чтобы одолеть двух Вестников. Лучше займитесь ранеными и подготовьтесь к экстренной эвакуации. Как только Тьюрра пробудится, нам придется спешно уходить. 
— Будет исполнено… — без особой радости отозвался он, подчиняясь ее воли. 
— Ну что, идем? — улыбнулась мне Анейрис, протягивая руку. 
Всё как в старые добрые времена. 
— Идем. 
  
Глава 23
 
— Почему ты вдруг решила поучаствовать? — спросил я. — Ты же говорила, что подпитываешь армию своими силами.
— Битва окончена, и по правде говоря, мне скучно, — ответила Анейрис, когда мы вместе поднимались по огромным ступеням, ведущим в исполинскую пирамиду. Она была в высоту по меньшей мере в полкилометра. — Порой хочется побыть “в поле”. Да и будет лучше, если Тьюрра при пробуждении увидит знакомое лицо. А то она может неадекватного отреагировать на происходящее.
 
— А какая она, эта Тьюрра? Похожа на тебя? — поинтересовался я.
— Нет, не совсем. По-правде, говоря мы с ней не очень-то ладили.
— Это ещё почему?
— Она родом с Айгона. Это не самый приятный уголок вселенной, — поморщилась девушка. — Токсичный воздух, агрессивная флора и фауна. Причем Тьюрра принадлежит к первой. 
— К токсичному воздуху? — не понял я.
— К флоре. 
— Она… растение? Ты шутишь?! — я даже сбился с шага от такого известия.
— Нисколько, — улыбнувшись, покачала головой Анэйрис. — И фактически Тьюрра самая старая из всех Вестников. Она была Вестницей ещё во время прошлой войны, я не уверена, что она пережила лишь два цикла, возможно их было гораздо больше. Вот только она не любит об этом рассказывать, что в целом не удивительно. Но не ладим мы по другой причине. Как не странно, дело в нашей сути. Тьюрра, из-за своего происхождения, не любит холод. Ну а я… 
— Ледяная дева. 
— Как грубо, — улыбнулась Анейрис уголками губ. — Но да… А как понимаешь, растения любят тепло и солнце, но никак не холод. И тем не менее она ненавидит Создателей так же сильно, как и каждый из Вестников. 
— Я не ненавижу, — не согласился я с ее словами. 
— Когда твой мир погибнет, станешь, — пожала плечами девушка, будто это было само собой разумеющимся и неизбежным. 
От таких грубых слов я в очередной раз сбился с шага. Да что же это такое?!
— Извини, если прозвучало грубо, но ты должен быть готов к тому, что случится. Даже если ты выполнишь свою часть сделки, это лишь отсрочит конец, но не предотвратит его. Мне жаль, Стас, я надеялась, что у твоего мира больше времени. Думала, что война, которую мы начнем оттянет их внимание. Конец цикла обычно отнимает много энергии для контроля, и они бы отодвинули свои планы, сохранив эту энергию для подпитки собственных сил и производства новых солдат. 
— Я тебя и не виню. Мы сами к тому пришли, разбудив Хенарима. И все же… Это так странно. Именно в Бездне нашего мира оказался мир, которым он правил, и именно я был одним из тех, кто пробудил его. Словно… Даже не знаю… 
— Невидимая нить судьбы? — понимающе кивнула девушка.
— Да, — удивился я таким близким обозначением того, что я испытывал, на что она рассмеялась. Искренне и весело, сбросив свою ледяную маску на время. 
— Извини. Ты просто ещё не проникся.
— Не проникся чем? Судьбой? — скептически хмыкнул я.
— Вроде того. Это все Хаос, пробивающийся сквозь клетку Порядка. Мы, ты и я — его проводники. И он использует нас, направляет, заставляет расшатывать прутья клетки, даже если мы этого не хотим. 
— Значит Хаос разумен?
— Я не знаю. Полагаю что да, иначе как бы он мог нас направлять? — с легкой грустью в голосе произнесла Анейрис. — Так что не слишком удивляйся таким вот совпадениям, это все проделки Хаоса. В тот момент, когда мы соединились с тобой через книгу, ты превратился в его орудие, которое он затачивал и совершенствовал. 
— И которое он выбросит, если оно сломается, — не радостно улыбнулся я. 
— Или починит и использует снова. Я же тут, Тьюрра все ещё жива и где-то там… Вижу, тебе не нравится мысль, что ты чей-то инструмент? 
— Я всегда был чьим-то инструментом, если говорить уж откровенно и без прикрас. Вначале добытчиком, затем ключом к “Пожирателю проклятий”… И вот только мне начало казаться, что я становлюсь хозяином своей жизни, как оказывается, что все это время я подчинялся какой-то незримой вселенской силе. Это уже даже не смешно. 
— Привыкай. Да и в том, чтобы быть инструментом высшей силы, есть свои положительные стороны. 
— Какие же? — недоверчиво я посмотрел на Анейрис.
В ответ она вытянула руку, и от неё стала исходить ледяная дымка. 
— Быть одним из самых сильных существ в мирах? — не сложно было догадаться, для чего она провела подобную демонстрацию.