Дьявол в музыке (ЛП)

- Когда это было? – спросил Гримани.
- Я не смотрел на часы. Это было уже после того, как все пошли спать.
- Это было без четверти три, - подсказал де ла Марк.
- Откуда вы знаете? – поинтересовался Гримани.
- Я слышал, как мистер Флетчер спускается по лестнице, ведь моя комната рядом, и выглянул посмотреть, кто ходит по дому в такой час.
- Почему вы не спали? – спросил Гримани.
- Я спал, - объяснил де ла Марк. – Я спал благословенным сном праведника. Меня разбудили шаги мистера Флетчера.
- Что вы предприняли?
- Мы обменялись парой слов. Кажется, я спросил его, так ли местные служанки приветливы, как красивы. Но мистер Флетчер не нашёл в этом ничего забавного. Он извинился за то, что разбудил меня, и я вернулся в постель. Voila tout[89].
Гримани повернулся к Флетчеру.
- Зачем вы спускались?
- Я услышал, как хлопает ставня, и пошёл закрыть её.
Сент-Карр резко втянул воздух.
- Где была эта ставня? – допытывался Гримани.
- Прямо под нашей комнатой, - ответил Флетчер, - в музыкальной.
- Это была ставня на южном окне?
- Я… Я не помню.
- Не помните? – Гримани буравил его глазами. – Если это было южное окно, вы могли заметить маркезу Франческу, карабкающуюся с балкона, и поняли бы, что маркез Ринальдо остался в одиночестве.
- Какое мне до этого дело? Я едва знал его. Мне не о чем было с ним говорить.
- Вы взяли с собой свечу, когда покинули свою комнату?
- Да.
- И у вас был ключ, которым можно открыть дверь маркеза Ринальдо…
- Я не знал об этом, - перебил его Флетчер.
- …и вы могли капнуть воском на простынь. Когда месье де ла Марк увидел вас, вы пошли закрывать ставню или отпирать парадную дверь, чтобы создать у всех впечатление, что убийцей была маркеза Франческа?
- Вы всё понимаете неправильно, - дрожащим голосом вступил Сент-Карр. – Это я спускался вниз закрывать ставню. Если Хьюго и вставал, то только, чтобы поискать меня.
- Не говорите глупостей, - бросил Флетчер.
- Это правда! Хватит быть чёртовым героем! Мои родители просили присматривать за мной, а не становится мучеником! Мистер комиссарио, я не мог спать, а ставня хлопала и хлопала, так что я пошёл закрыть её, а Хьюго услышал это и что-то пробормотал. Я зажёг свечу от лампы, что горела в зале, спустился вниз, закрыл ставню и вернулся.
- Где был мистер Флетчер, когда вы вернулись? – спросил Гримани.
- Я не знаю. Я не искал его. Я просто потушил свечу и лёг.
- Что вы можете сказать, синьор Флетчер? – обратился к нему Гримани.
 Флетчер прикусил губу.
- Всё верно. Признаю – я проснулся, когда Беверли ушёл. Мне не понравилось, что он ходит по дому один в такой час, и я пошёл следом. Я думал, что мы потеряли друг друга, потому что, когда я вернулся в комнату, он уже был там и спал, - Флетчер покачал головой в раздражении. – Я запер дверь, чтобы Беверли больше не смог уйти, а ключ положил в карман своего халата. Никто из нас не пропадал из виду у другого больше чем на несколько минут.
- Откуда вы знаете, как долго он отсутствовал? – напустился Гримани. – Вы можете сказать, сколько времени прошло между тем, как синьор Сент-Карр ушёл, и тем, когда вы пошли за ним?
- Я думаю, всего около минуты.
- Но вы не уверены?
- Нет, - признал Флетчер.
Холодный взгляд Гримани прошёлся по Флетчеру, Сент-Карру и де ла Марку.
- Ни у одного из вас нет полного алиби, и каждый покидал свою комнату ночью.
- Прошу позволения заметить, - сказал де ла Марк, - что я лишь вышел из дверей поговорить с мистером Флетчером. И поскольку у меня нет ключа, что отпирал бы дверь маркеза Ринальдо, как вы можете предполагать, что я побывал в его комнате?
- Если маркеза Франческа убила его и вышла через дверь, вы могли найти её уже открытой.
Де ла Марк распахнул глаза.
- Но в таком случае, мой дорогой комиссарио, что я по-вашему предпринял? Вошёл в комнату, увидел его зверски убитым и решил, что было бы ужасно невежливо будить всех и лишать крепкого сна?
- Я ещё не решил, что вы могли сделать. Но у вас были причины поговорить с ним. Прошлым вечером вы сказали, что так и не получили свой альбом после смерти маркеза Лодовико. Ринальдо мог владеть им или знать, где он.
 
- Что за альбом? – немедленно спросила маркеза.
- С музыкальными заметками, что делал месье де ла Марк, и который маркез Лодовико позаимствовал без его разрешения.
Де ла Марк презрительно выдохнул, услышав эту безобидную версию событий, но ничего не сказал.
- Вы отрицаете это? – наседал Гримани. – Отрицаете, что пошли в комнату маркеза Ринальдо, чтобы узнать о своём альбоме?
- Отрицаю? Только огромное самообладание позволяет мне не рассмеяться над таким предположением.
Гримани бросил на него испепеляющий взгляд.
- Это напомнило мне о ещё одном вопросе: существует ли связь между Орфео и графом д’Обре? Месье де ла Марк говорит, что у графа был протеже-англичанин, что умел петь и жил в Италии как раз тогда, когда маркез Лодовико был убит.
Все вздрогнули. Маркеза посмотрела на де ла Марка с заинтригованным видом.
- Сейчас я с вами закончил, - сказал Гримани. – Вы не должны покидать виллу и не возвращаться в свои комнаты, пока я не позволю. Мне нужно обыскать помещения и ваши вещи.
- Это совершенно необязательное вторжение, - сказал Карло.
- Это решать мне, синьор граф, - Гримани повернулся к Беатриче. – Маркеза, я должен попросить вас пройти со мной в вашу комнату и посмотреть, не пропадали ли запасные ключи.
Маркеза склонила голову и вышла, Гримани и Занетти последовали за ней.
- Кровь Дианы! – взорвался Карло. – Какая наглость! Неужели он думает, что наши комнаты завалены окровавленной одеждой?
- На самом деле, - проговорил Джулиан, - я буду очень удивлён, если он найдёт хоть одно кровавое пятно.
- Что вы имеете в виду? – переспросил Флетчер.
- Если бы я готовил это убийство, вот что бы я сделал. Я бы пошёл в комнату маркеза Ринальдо в ночной рубашке и халате. Я бы запер дверь изнутри, чтобы никто не вошёл и не застал меня врасплох. Потом я бы разделся. Перерезав маркезу горло, я бы смыл кровь с себя кровь водой из умывальника. Потом я бы спокойно одел ночную рубашку и халат и ушёл бы. Если бы у меня было достаточно чёрное сердце, чтобы попытаться переложить вину на маркезу Франческу, то я бы сперва снял с шеи Ринальдо окровавленный ключ и отпер им замок, а только потом стал смывать кровь.
- Великолепная реконструкция! – воскликнул де ла Марк. - Могу я сказать, mon vieux, что если вы и не совершали этого преступления, то должны были совершить его?
- Вы очень добры.
Карло побледнел.
- В ваших устах это звучит чудовищно настоящим.
- Сын мой, - дон Кристофоро положил ладонь на предплечье Карло, - нам нужно позаботиться о теле.
- Да, конечно, - Карло слегка встряхнулся и жестом пригласил дона Кристофоро следовать за ним. Священник покинул зал с благословением и шуршанием чёрной сутаны. Карло вышел следом.
Флетчер подошёл к Джулиану и МакГрегору.
- А что теперь будет с Лючией Ланди? Все как будто забыли о ней.
- Я не забыл о ней, мистер Флетчер, - сказал Джулиан, - но если Гримани забыл, то это к лучшему.
- Он вспомнит о ней очень скоро, - предрёк Флетчер.
- Но она уже ничем не может помочь. Гримани почти убедился, что Ринальдо убила Франческа. А если так, значит она убила и Лодовико. Если её арестуют, Лючия сможет раскрыть личность Орфео без страха, что его обвинят в убийстве.
- Мне не кажется, что Гримани готов арестовать маркезу Франческу, - сказал Флетчер. – Он вцепился в Беверли и меня, когда понял, что мы выходили из комнаты ночью.
- Он просто был скрупулезен. И он хочет выстроить обвинение против вас или де ла Марка, потому что считает одного из вас Орфео, которого он ненавидит за то, что тот ускользнул у него сквозь пальцы. Но доказательства против Франчески слишком весомы.