Наблюдатель (СИ)

Поскольку все собрались вместе, и былой ажиотаж утих, Лиана решила ввести всех в курс дела. Она не хотела манипулировать и использовать кого-то втёмную. Пусть все знают, зачем их сюда привели и чего от них хотят, а там будет видно. Может быть ситуация как-нибудь и разрешится сама собой. Она только на всякий случай всегда старалась держаться поближе к Лавру, чтобы он чего не удумал. То, что он говорил, что это не его судьба, её не очень успокаивало.
Улучив подходящий момент, Лиана взяла слово и рассказала всё, что знала и как она это понимала. Про то, что миру угрожает опасность если реактор не стабилизировать, а стабилизировать его можно, только наделив сознанием, а для этого кто-то должен пожертвовать собой и войти в этот алый квадрат, став частью реактора.
— Мы помним, что ты на нас в этом вопросе рассчитывала, — сказал Руперт, — но это по тому, что неверно понимала наши мотивы попасть сюда. Умирать нам тоже не хочется. И пусть ты говоришь, что это не смерть, но в привычном нам понимании, это и не жизнь. Поэтому у меня предложение. Чтобы всё было честно, мы можем бросить жребий. Разумеется, исключив ребёнка и женщин, да мужики? — Руперт огляделся, ища поддержки.
— Не то чтобы я горела туда пойти, но мы никогда за чужие спины не прятались. Если будет жребий, я тоже буду участвовать, — сказала Фила.
— И я, — сказала наёмница.
— И я, естественно, — сказала Марго.
— Вик, прости, но я тоже буду участвовать! — сказала Мина.
Вик вздохнул, пожал плечами и сказал:
— Значит, положимся на судьбу!
Лавр тоже хотел что-то сказать, но Лиана сильно двинула его локтем в бок, так, что у него перехватило дыхание.
— А может дракона туда засунуть? — предложил Эрик.
— Нельзя, — покачала головой Лиана, — это я первым делом предложила.
— Кому? — не понял Марк.
— Ну, не сама же я всё это придумала. До меня эту информацию довели. И так убедительно, что я в неё поверила. Термос, одно из напоминаний, что это всё не пустые слова и есть в мире силы, которые находятся за пределами нашего понимания. Животное не подходит. Нужно обязательно человеческое сознание.
— Почему же тогда счётчик его учитывает? — задумчиво сказал Лавр.
— Не знаю, — пожала плечами Лиана, — может, он просто всех живых считает, а не тех, кто подходит для этого дела. Ну и раз уж все участвуют, то и я не могу остаться в стороне.
— Получается, что только я не участвую? — с обидой в голосе сказал Лавр.
— Прости, дорогой, напомни, сколько тебе лет? Ты же совсем ещё не жил, хотя и выглядишь уже юношей. Тебя это ничуть не унижает, поверь, — Лиана погладила его по голове. Она боялась, что он сбросит её руку, но он этого не сделал.
— Ну ладно, жребий так жребий, — сказал Руперт, выходя на середину круга, — нужно только придумать чем его тянуть, чтобы вопросов ни у кого не возникло. Есть предложения? — сказал он.
Но ответить ему никто не успел, потому что шестая дверь распахнулась, и в комнату кубарем влетел кто-то, отдалённо напоминающий человека. Этот некто был весь невероятно вымазан в чём-то тёмном, эта субстанция висела на нём засохшими кусками. Лица практически не было видно, только глаза блестели из черноты.
Следом за ним в дверь вбежало какое-то существо, похожее на голову из которой растут сразу руки. На этих руках оно и бегало. Человек развернулся, со всей силы пнул эту голову ногой, она с визгом улетела в дверной проём, и человек захлопнул дверь. После чего медленно повернулся, почувствовав, что он тут не один. 
Буквально на секунду цифра над прямоугольником сменилась на «21», но как только дверь закрылась, стала показывать «20». И опять это заметил только Лавр. 
Увидев множество людей, человек обвёл всех растерянным, но заинтересованным взглядом. Внезапно, его лицо поменяло выражение. Он кого-то узнал.
— Лиана! — вскрикнул человек и бросился к ней. 
Подбежав, он обнял её и начал раскачивать в объятиях. Лиана растерялась и не знала что делать. Она не могла понять, кто это.
— Ты глянь, — тихонько сказал Руперт Савве, — популярная какая девушка! В кого не ткни, все её знают!
 
— Ну и запашок! — сказала Лиана после небольшой растерянности, и отстранив от себя человека пристально взглянула ему в лицо. Что-то в нём было ей отдалённо знакомо.
— Ну, ты что же, не узнаёшь меня? — сказал человек.
— Тимур? — не веря в это до конца, медленно произнесла Лиана.
— Ага! — радостно кивнул тот, — я тебя искал, чтобы сказать спасибо! Я на тебя больше не сержусь!
Внезапно, в комнате стало заметно светлее, после чего темнее чем было до этого. Учитывая, что весь свет шёл от алого прямоугольника, получалось, что он сильно мигнул. Все обернулись.
— Что происходит? — спросила Лиана.
— Я точно не видела, но мне кажется, что туда кто-то вошёл, — сказала Фила.
Все стали оглядываться друг на друга, пытаясь понять, кого не хватает.
И вдруг Лиану прошиб ледяной пот.
— Нет! Нет! Нет! — закричала она, и упала на колени — папа, зачем? 
  
Глава 20
 
Пётр не вполне понял откуда взялся этот импульс, но не раздумывая ему последовал. В душе он был уверен, что делает это, чтобы вывести из под удара Лиану и Мину. Жребий предсказать невозможно, он не мог позволить, чтобы его дочь так рисковала собой. Но потом, анализируя произошедшее, он не мог избавиться от ощущения, что на его решение кое-кто повлиял. И кто именно, гадать особо было не нужно.
Когда он шагнул в алый квадрат, то, как будто, упал в пропасть. Возникло ощущение что он падает, и исчезло понимание верха и низа, словно он был в невесомости. 
Кругом висел алый туман, такой же яркий, как и прямоугольник, в который он вошёл. После небольшой паузы издалека стал раздаваться звук. Это было похоже на сигнал тревоги, который приближался, становясь всё громче и громче. Как будто сирена завывала.
Этот звук очень напрягал. Он буквально кричал, что что-то идёт не так, как должно. Что ситуация критическая.
Вскоре, через сирену стал различим другой звук. Металлический голос без остановки повторял:
— Опасность! Опасность! Опасность! Двойное сознание! Возможен конфликт воли! Аварийная ситуация!
И так по кругу, снова и снова.
Пётр растерялся. Он, разумеется, понимал, о чём идёт речь, но совершенно не знал, что ему делать.
Он вдруг почувствовал что расслаивается. Физически. Он знал, что такое почкование, и сейчас понял, что является участником этого процесса. От него вправо отделялось как будто второе его тело. 
Он удивлённо повернул голову и увидел что это тело, не вполне настоящее. Да, оно как бы отслаивается от него, но всё состоит не из плоти, а из густого тумана. Похожего на тот, что его окружал, только гораздо более концентрированного и тёмного. В очертаниях он стал различать Артура. 
Артур начал отдаляться и тонкие струйки тумана, которые ещё связывали его с Петром, стали рваться и развеиваться с лёгкими завихрениями. Туманный Артур отплывал от него всё дальше и дальше. Наконец, он повернулся к Петру. Туман, из которого он состоял, уплотнился настолько, что стала видна мимика. Он улыбался.
— Спасибо! — сказал Артур.
— За что? — не понял Пётр, и заметил, что разговаривают они мысленно, как будто Артур до сих пор сидит в его голове. 
Тот как будто услышал его мысли и ответил на незаданный вопрос:
— Я ещё с тобой, но скоро уйду. Это лучший выбор для меня. Я уже вижу реактор изнутри, и он прекрасен! Я даже не предполагал, что это может быть настолько красиво! 
— А что будет со мной? — спросил Пётр.
— Не знаю! Я ещё не интегрировался, он пока проверяет меня на совместимость, — сказал Артур и замолчал, как будто увидел что-то внутри себя.
— Другими словами, ты можешь ещё и не подойти? — удивился Пётр.
— Могу, но это маловероятно. Сейчас это скорее формальность. Реактор в ужасном состоянии, нужно срочное вмешательство и я уже начинаю понимать, что нужно делать. Как будто процесс переноса сознания уже идёт, хотя он до конца и не одобрен, — сказал Артур.